Майкл Стэкпол - Кровь Керенского-2: Кровавое наследство

ИльХан взял с подноса черную маску, которую принес его помощник. Только цветом она отличалась от той, что была вручена Фелану. Она была черная, иссиня-черная... Ульрик надел маску на голову Наташи, затем попросил ее повернуться к залу.

— Я вручаю вам Наташу Керенскую из рода Волка и требую, чтобы вы признали в ней воина, водителя боевых роботов.

Фелан вместе со всеми тихо выдохнул:

— Да будет так!..

Как только Наташа встала рядом с Феланом, Ульрик обратился к присутствующим:

— Мой долг сообщить уважаемому конклаву, что Наташа Керенская совершила невозможное. Она превысила все оценки, на основании которых мы награждаем и возвышаем победителей. Человек ее возраста обычно переходит работать в сиб-группы и отдает свой опыт и знания молодым. Так повелось с тех пор, как возникли кланы. Для нас эта традиция очень дорога. Однако реальная жизнь подсказывает — не слишком ли легко мы прощаемся с теми, кто смел, находчив, обладает бесценным боевым опытом? Кто еще способен принести пользу Клану... По сравнению с учеными, техниками и прочими нижними кастами нашего общества карьера тех, кто принадлежит к касте воинов, кажется мимолетной. Их полнокровная жизнь получается не длиннее срока, отпущенного природой ночной бабочке. Некоторые утверждают, что это происходит в силу того, что наши критерии к защитникам родины необыкновенно высоки и выдержать их может только молодежь. Так-то оно так... Я согласен с тем, что уровень наших требований — это святая святых нашего мироощущения. Снижать его — кощунство. И вместе с тем задумаемся: не слишком ли легкомысленно мы относимся к тому, что накопили кланы за свою недолгую историю? Что является нашим главным богатством? Каждый способен дать ответ на этот вопрос. Конечно, человеческий материал, а также наследственные программы. В этом смысле случай с Наташей Керенской весьма поучителен. Вот о чем нам всем надо задуматься. Подобное долголетие, свежесть и бодрость — ценнейшее качество, которое необходимо закрепить в потомстве. Тут есть над чем поработать нашим генетикам... Несомненно, успехи в этом направлении придадут кланам новые силы. Ради этого стоит пойти на кое-какие изменения и в социальной жизни.

Теперь о результатах испытаний. Ее необыкновенный успех требует соответствующих отличий. Но что мы можем предложить ей? В настоящее время она является командиром соединения. Она сама сформировала его. Она дослужилась до полковника звезд, и я, ильХан Ульрик, объявляю, что в награду это звание она может сохранить пожизненно, неотъемлемо и в полной мере. Приказываю считать боевое соединение Черной Вдовы особым гвардейским соединением, расформировать которое можно только по распоряжению ильХана или по ее, Наташи Керенской, решению.

Он вытянулся по стойке «смирно» и торжественно провозгласил:

— Пусть все будут верны отданному здесь приказу. Все присутствующие приглушенно подхватили:

— Да будет так и ныне, и во веки веков.

Затем раздались аплодисменты. Услышав их, Фелан покраснел. Однако хлопки быстро стихли, люди начали покидать зал. Сирилла и Ранна сняли маски и, борясь с толпой, двинулись к Фелану. Тут и Ульрик спустился с возвышения и принялся пожимать руки новоиспеченным воинам.

— Поздравляю, Наташа! Фелан, молодец!.. — ИльХан радостно улыбался. — Вчера вы меня просто потрясли. Ты, Наташа, теперь многих склонила на свою сторону. Справиться с четырьмя роботами! Надо же!.. Ты, Фелан, тоже не подкачал. Уверен, теперь к тебе будут относиться по-другому.

Фелан снял маску и пожал плечами:

— Не подкачал? У меня просто не было выбора. Если бы Наташа не прикончила робот Влада, меня бы здесь не было.

Наташа, успевшая снять маску, тоже повернулась к нему:

— Нет, Фелан, ты действительно вел себя образцово. Что приятно — вполне разумно. Запомни на будущее: если бы ты не дал согласия работать вместе, я бы не стала стрелять во Влада. Таков наш обычай. Даже если бы ты погиб, я считала бы, что поступила верно. Твоей чести я бы ущерба не нанесла. Сказал, что справишься сам, — действуй в одиночку. Объявил, что мы с тобой напарники, — я должна была бы пожертвовать жизнью ради твоего спасения. Я придерживаюсь этих принципов с детства — наверное, и умру с ними. Возможно, только поэтому мне удалось подбить четырех противников.

Сирилла покачала головой:

— Ты недооцениваешь себя, Таша. Знаешь, сколько было претендентов, собиравшихся подбить четырех противников? Сколько было случаев, когда два пилота договариваются о стрельбе по мишеням, принадлежавшим и одному и другому? Ни к чему хорошему это не приводило — у них глаза начинали разбегаться, и в конце концов уже было не до охоты. Жизнь бы спасти... Причем были зафиксированы случаи, когда испытуемый подбивал трех врагов, однако при этом никто не оставался в живых. Конечно, вам обоим повезло, но ведь существует присказка: раз везение, два везение, когда же умение?

— Может, и так, — кивнула Наташа и обратилась к Ульрику: — Хочу поблагодарить вас, ильХан, за то, что вы сохранили мое соединение. Я знаю, вы скажете, что я заслужила это, но поверьте, для меня это — самая большая награда. Благодарю за ваш дар.

— Дар? — не понял Фелан. Ульрик улыбнулся и пояснил:

— У нашего народа есть такой обычай: преподносить подарок члену рода, добившемуся права на звание «член рода». — Он посмотрел на Наташу и еще раз лукаво улыбнулся. — Своего рода выкуп... У меня, Фелан, и для тебя есть подарок. Должен сказать, что я удовлетворен. Более того, горжусь тобой... Ты не подкачал. Конечно, мой подарок скромен, он далеко не соответствует тому, чего ты добился, что сделал для меня. Тебе я обязан жизнью. Думаю, мой подарок придется тебе по душе. Ранна!

Девушка взяла Фелана под руку и повела к выходу. Он было спросил, куда его ведут, однако Ранна молча приложила палец к его губам:

— Это будет сюрприз, любимый, так что не спрашивай.

Они спустились по лестнице и направились в южный конец огромного здания. Когда они подошли ко входу в ангар, где хранились боевые роботы, Ранна сказала:

— Закрой глаза.

— Но я тогда ничего не увижу.

— Увидишь. Когда я разрешу.

Фелан подчинился и почувствовал, как она поцеловала его в глаза. Влекомый девушкой, он двинулся куда-то в сторону. Ага, вошли в ангар — то-то каблуки так звучно зацокали по металлическим листам, уложенным на полу. Здесь было привычно прохладно, пахло машинным маслом и краской. Они все шли и шли, наконец Ранна специально покрутила его, потом они сделали еще несколько шагов. Вот остановились.

Ранна сжала его локоть:

— Можешь смотреть.

Несколько секунд глаза привыкали к полумраку, царившему в просторной нише. Свет едва сочился из потолочных светильников. От изумления у Фелана перехватило дыхание, нижняя челюсть отпала.