Мария Семенова - Парадокс Ферми
Дальше их ждал зал кристалла Гуг, «Определяющего Направление и Не Знающего Расстояний». Туда пришлось добираться по наклонной галерее, радужно переливавшейся всеми красками спектра. Это сияли сорок два сепекских, резонирующих особым образом камня: они располагались попарно, на равных расстояниях от стен. Невероятно жалко было гасить этот свет, но допускать, чтобы камнями воспользовались репты, было нельзя.
За галереей, в самом сердце Пирамиды, находилась святая святых — камера с уникальным, вырезанным из цельной глыбы контейнером. Её содержимое вызывало особые вибрации в Пространстве Тонких Миров, порождая энергию, не ведающую границ. Расправляясь с ним, Джех попросту плакал. А потом ещё пришлось разбивать кристалл Су и в довершение — камень, носивший имя Сагкаль: он ведал силовым полем периметров.
И затих шёпот вентиляции, погасли дежурные огни, включились тусклые гнилушки аварийных ламп… Великая Пирамида умирала.
— Творцы, до чего жалко, — тяжело вздохнул Хра. — Простите нас, пращуры… Завтра поутру прислать сюда жрецов, чтобы собрали осколки.
Когда вышли наружу, Анхуре взвился на дисколёте к самой вершине и плавным толчком бронированного корпуса сбросил с Пирамиды «Высокий, Словно Небо, Светящийся Кристалл Ул». Камень медленно опрокинулся… Скорбно ухнула земля, огненный Ул зазвенел, погас и рассыпался. Казалось, это перестало биться сердце Пирамиды, распалась её душа…
В этот момент, весьма вовремя, прибыла старший сотник Аммат. По обыкновению строгая, подтянутая и деловитая, в этот раз она с трудом сдерживала смех.
— Господин средний тысячник, просьба извинить за задержку, — вытянулась она перед Хра. — Пришлось основательно расспросить не только Асо, но и её ближайшее окружение. А потом — непосредственно Мина. Докладываю! — Она достала планшет, высветила карту местности. — Место расположения цели вот здесь. Достоверность — близкая к единице, информация получена из трёх независимых источников. Вот это, — она вытащила увесистый пакет, — компенсация от Мина Созидателя за тёмные дела в его храме. Главное, как я понимаю, — три дозы концентрированного дивитола. Вы не поверите, господин средний тысячник… — Аммат всё-таки расхохоталась. — Только представьте, всё выяснила, набила биоматериалами контейнер, тащу его, как дура, в дисколёт… и тут до меня доходит — куда отправлять, канала-то нет! Пришлось нильским рыбам отдать.
— Хорошая работа, старший сотник, — без улыбки ответил Хра. — На взлёт!
Цель, разведанная Аммат, на местности оказалась уютной долиной меж двух обрывистых, поросших кустарниками холмов. Внизу блестело небольшое, заросшее лотосами озерцо, в него с хрустальным звоном падал прозрачный ручей. Вот только округлые камни на дне озера при внимательном рассмотрении оказались человеческими черепами, а у подножия одного из холмов обнаружилось сооружение, напоминающее алтарь. Его украшали цепи, ошейники, острые крючья, какие-то совсем уже запредельные приспособления. Земля кругом, многократно пропитанная кровью, спеклась в монолит. Кости, мухи, стервятники… А смрад висел такой, что на глаза наворачивались слёзы, перехватывало дыхание и хотелось бежать прочь без оглядки. Это был запах смерти, боли и ужаса, это пахла заживо разлагавшаяся плоть, изнасилованная мукой. Он поражал не просто чувства — самоё душу.
— История повторяется, — вполголоса заметил Хра, быстро осматриваясь кругом. — Похоже на Ка-Храку, на логово крысодраконов… Думаю, нам вон туда.
Хмурый, сосредоточенный и очень злой, он ничего так не хотел, как оказаться на расстоянии выстрела от врагов. В своё время он не уберёг Геба, а теперь пали и сыновья полководца. Оставалось одно — месть. Палец Хра указывал на квадратное, забранное каменной плитой отверстие в стороне холма, от которого к алтарю тянулась мощёная дорога. По сторонам дороги шипели, вставали на хвосты, сворачивались в клубки огромные змеи… Хвала Творцам — каменные.
— Не, командир, там воняло погуще, — усмехнулся Мехен-Та. — Работаем как обычно? Главное, чтобы ползучие каких неожиданностей не устроили…
«Обычная работа» смотрелась завораживающе-красиво, как всякое дело, проникнутое подлинным мастерством. Используя естественные укрытия, Упуаут и Мехен-Та стремительно выдвинулись к отверстию, заложили резонирующий заряд и тотчас убрались на безопасную дистанцию. Склон глухо содрогнулся, массивная плита вздрогнула, раскололась на три части и вдруг осыпалась струйками шепчущего песка. Путь был свободен, и Анхуре кистевым броском послал внутрь маленькую гранату. Взрыв, ахнувший удивительно глубоко, означал, что там, в подземелье, ни одно живое существо довольно долго не будет способно воспринимать электромагнитные волны.
— Заходим! — вскинул лучемёт Хра. — Анхуре, Упуаут, Мехен-Та, за мной! Светильник Разума, держите дистанцию! Аммат, Маат, на вас тыл!
И первым шагнул через порог, чувствуя себя взведённой пружиной, готовой выплеснуть энергию в решающий момент…
…Который всё не наступал и не наступал. В подземном храме стояла ничем не нарушенная тишина. Прямой наклонный ход вывел маленькое воинство в круглый купольный зал — гладкий отполированный пол, голые стены без рельефов и фресок. В центре — неброское изваяние в виде усечённой пирамиды, и на нём — объёмное изображение глаза с вертикальным змеиным зрачком. Ничего особенного, заставляющего задуматься, привлекающего внимание.
Зал являл собой тупик. А на стене против входа густеющими каплями стекала кровавая надпись: «ГЛУПЦЫ».
Под ней на полу, раскинувшись на спине, лежал голый растерзанный человек. Похоже, его-то кровью и была сделана надпись.
— Эк его, бедолагу… — наклонилась Аммат. И вдруг выпрямилась, отпрянула. — Так ведь это же Гнус! Гернухор!.. Но ведь он… Почему они?..
— Может, краска понадобилась, а он как раз под руку подвернулся, — пожал плечами Хра. И повернулся к Мехен-Та, возившемуся со сканером. — Есть что-нибудь?
Тот кивнул, и в воздухе повисла мудрёная голограмма.
— Вот всё, на что хватило мощности, дальше не берёт.
Если верить картинке, от зала во всех направлениях разбегались подземные ходы, проложенные без всякой видимой логики. Или, всего вероятнее, логика в этой системе очень даже была, но не та, что присуща человеческому уму. В лабиринты можно было попасть, отыскав в стенах потаённые механизмы или попросту проломив каменные плиты… но что толку? Судя по тому, как подсыхала на стене кровь Гернухора, рептов и след простыл.
Надо посмотреть правде в глаза — Великому Змею удалось уйти.
— А это тогда зачем? — Анхуре кивнул на багровую надпись. — По принципу, когда репту делать нечего, он свой хвост грызёт?