Майкл Стэкпол - Я – джедай!

Я утер пот со лба:

– Нейаа погиб во время Войны клонов?

– На самом деле он погиб немного спустя, но домой он вернуться не успел. Мы с ним часто шутили насчет того, что он собрался уйти на Войну клонов, потому что как-то было сказано, что кореллианский джедай, покидающий свою систему, делает это на свой страх и риск, – глаза моего деда затуманились, – и Нейаа обещал своей жене и мне, что не найдет свою смерть на Войне клонов. Он был прав, но все же его постигла участь всех кореллианских джедаев, покидающих свой дом. Один его друг, джедай-каамаси по имени Йиеник Ит'Клиа, пришел ко мне и принес вещи Нейаа домой. Он принес извинение, что не смог привезти его тело, но тела мастеров-джедаев исчезают, когда те погибают. У него также не было меча Нейаа. Он сказал, что Галактический музей попросил оставить его как экспонат для коллекции, посвященной джедаям, – на губах деда наметилась улыбка. – Полагаю, он все еще там.

Я покачал головой:

– Не-а. Он сослужил мне добрую службу пару раз. Спас мне жизнь.

Дед хлопнул в ладоши:

– И мою тоже. «Бегут воры, трепеща, от серебристого луча». Я частенько дразнил Нейаа это фразой.

Я усмехнулся и продолжил копать.

– Он часто был с тобой в паре, – спросил я, – когда вы раскрывали преступления?

– Постоянно. Чаще всего он одевался в простое цивильное платье, как и я. Он понимал, что большинство людей опасаются джедаев и боятся их. Когда они не знали, кто он такой, он мог помогать жертвам преступлений. Когда приходило время «брать» преступников, он облачался в плащ, и традиционное одеяние джедаев. Сцерра часто называла это «охотничьим нарядом». Преступники быстро поняли, что если они не будут оказывать сопротивления, то ничего страшного с ними не произойдет, поэтому нам немало раз удавалось разрядить напряженную ситуацию, достаточно только было показаться Нейаа в одежде джедая. Конечно же, рассказы о его поступках быстро распространялись среди преступного мира и обрастали немыслимыми подробностями, так что все реагировали на его имидж и репутацию, а не реальное положение дел.

Я тем временем расчистил то место, на которое указал мне дед, и поднял кусок пластифицированной ткани, который оказался под кучей навоза. На его оборотной стороне я заметил металлическое сияние.

– Это что такое? – удивился я. – Диффузер?

– Разве? Я и не замечал.

Я нахмурился. Существовали диффузеры самых разнообразных форм и размеров. Они просто перенаправляли энергию, исходящую от сканнеров, в другую сторону, чтобы отраженный сигнал не выдал, что находится под диффузером. Контрабандисты частенько использовали эти рассеиватели сигнала, чтобы во время досмотров не обнаружился спрятанный запрещенный товар, но совсем немного времени и усилий потребовалось, чтобы создать устройства для обнаружения диффузеров, так что они потеряли всякий смысл – найти диффузер означало найти все, что спрятано под ним.

В данном случае диффузер скрывал кусок земли.

– Дай сам догадаюсь: похороненная под землей дверь, которую никто не обнаружил, потому что не хотелось копаться в навозной куче?

– Видишь ли, примерно такую же уловку использовал твой отец, чтобы поймать Бустера Террика. Неудивительно, что он возненавидел Хорнов.

– Теперь у него есть еще один повод для этого.

Дед хитро улыбнулся:

– Да, кстати, как ему нравится, что его дочь замужем за Хорном?

Я отбросил в сторону еще одну лопату грязи, затем удивленно посмотрел на деда:

– Откуда ты знаешь?

– Корран, я очень люблю тебя и думаю, что ты вспомнишь, что мы с тобой провели долгие часы в обсуждении твоих любовных похождений и трагедий, из них вытекающих.

– Не напоминай мне, – я прожег его гневным взглядом, – скажи лучше, это у тебя совковая лопата, или ею тоже можно копать?

– Ею можно копать. Хочешь поменяться со мной? Твоя вроде не сломана.

Я изогнул бровь:

– А ты не собираешься помочь?

– Я уже накопался, пока хоронил эту дверь, так что теперь твоя очередь, – он хихикнул. – Давай, не ленись, она неглубоко. Так вот, возвращаясь к предмету нашего разговора. Когда в своих условных письмах ко мне ты перестал упоминать трудности в делах романтических, я сделал вывод, что ты кого-то нашел. Оставалось только навести справки.

– И тебя не разочаровал мой выбор?

– Разочаровал? С какой стати?

– Она же дочка Бустера Террика.

Дед подошел ко мне и положил правую руку мне на шею.

– Корран, если она сумела завоевать твое сердце и удержать его, она должна быть прекрасной девушкой. Я рад за тебя, честное слово. Когда-нибудь ты приведешь ее ко мне в дом, чтобы я смог с ней познакомиться.

– Обязательно, как только отменят ордер на мой арест по обвинению в убийстве.

Он нахмурился:

– О да, работа Гила Бастры. Я об этом позабочусь. Возможно, тот самый имперец должен быть признан виновным.

– Лоор? Он мертв.

– Тем лучше, – дед посмотрел на яму, которую я выкопал, потому что лопата звякнула о металл. – Давай, лезь туда.

Я расчистил люк.

– Старое бомбоубежище?

– Оно было здесь, когда я купил дом, – дед нагнулся и помог мне открыть люк. – Там, внизу, довольно уютно. Ты можешь спуститься туда первым, – он достал из кармана фонарик, включил его и протянул его мне.

Я спустился по ржавой лестнице, вмурованной в стену дюракритового колодца, ведущего вниз. Спустившись, я увидел, что за помещение скрывалось под навозной кучей. Квадратная комната, в которой не было ничего, кроме покрытого толстым слоем пыли старинного фиберпластового кофра. Он сразу же воскресил в моей памяти тару, которую использовали для перевозки грузов контрабандисты – дешевые коробки еще доимперского производства.

Я услышал, как дед спускается следом за мной.

– Что это за кофр? – спросил я у него.

– Когда Империя решила покончить с джедаями, я предпринял некоторые шаги. Среди них были, например, изменения в файлах базы данных, которые скрыли от охотников Империи настоящее прошлое твоего деда и отца. Это было верное решение. Я ни в коей мере не жалею об этом.

Я обернулся и посмотрел на деда:

– А были еще семьи кореллианских джедаев, которые ты скрыл?

– Тебе это не надо знать, Корран. А если таковые и есть, и их нужно будет найти, то они найдутся, – он положил руки мне на плечи. – Остальные шаги были очень рискованными. Я предпочел, что было довольно дурацким шагом с моей стороны, поставить под удар себя и свою семью, спрятав это здесь. Раскройся это, и нас всех могли убить. Лучше было бы уничтожить все эти предметы – твой дед с отцом думали, что так и сделано, потому что я соврал даже им, однако не сохранить этого я не мог.