Майкл Стэкпол - X-Wing-4: Война за Бакту

— Ага.

— Итак?

— Мы поговорили.

— Или ты немедленно сознаешься, или я уговорю М3, что ему необходимо больше времени проводить в беседах с тобой.

— Эй, глуши турболазеры, — Корран помялся немного для приличия, потом тяжко вздохнул. — В общем, мы с твоим отцом все обговорили. Он сказал, что я бросил тебя на Тайферре…

— Чего?!!

— … а я обвинил его в том, что он бросил тебя, отправившись на Кессель.

— Чего?!! Ты ему так и сказал?

— Ну да, потом добавил, что ты была для него всем и что он должен только радоваться, что тот, кем интересуется его дочь, имеет тот же уровень ответственности и запас внутренних сил, что и он.

— А почему у тебя ноги и руки еще на месте?

— Миракс, твой отец вовсе не вуки, — Корран несколько нервно рассмеялся, потирая все еще ноющую челюсть. — Кроме того, именно на этой фазе в разговор вмешался командир.

— А, теперь понятно, почему вы оба все еще живы.

— Верно. Ведж указал нам, что поскольку ты любишь нас обоих, то у нас больше общего, чем разногласий. Вообще-то он сказал, что мы оба должны повзрослеть и начать вести себя как взрослые и разумные люди.

Миракс захихикала.

— Прямо так и сказал?

— Нет, сначала съездил мне по физиономии, а Бустеру дал под дых. Твой отец очень удивился.

— Могу представить… Ведж вообще на него странным образом действует.

— По крайней мере, отец его выслушал, а потом мы оба приготовились начать новый раунд. Антиллес пригрозил, что пристрелит обоих, а я немного поработал мозгами, знаешь же, перед лицом непосредственной опасности я становлюсь почти гением. Так вот, я сообразил, что мне твой отец не нравится по неверной причине.

— Это как?

— Просто подсознательно я считал своим долгом перед отцом продолжать его соперничество с твоим родителем. И слишком поздно сообразил, что отец не имел в виду ничего личного. Он мог выслеживать твоего отца с большим рвением, чем других, но лишь потому, что твой папаша — добыча не из легких. Но он не ненавидел Бустера. А позволив себе поступить иначе, я на самом деле порочу все то, чему отец старался меня научить.

— Путано, но я могу понять, — голос Миракс стал мягче. — А еще тебя дергает, что твой отец никогда не рассказывал тебе про деда, да?

Корран обдумал этот вопрос, согласно кивнул — больше самому себе.

— Наверное, но не так, как я ожидал. Иногда я думаю, что меня вроде как предали, не рассказали, как будто я не достоин. А иногда я понимаю, что это совсем не так. Меня держали подальше от семейных тайн ради моей же безопасности. То, чего не знаешь, не сможешь разболтать. Я даже не знаю, помогал ли дедушка Хорн семьям других джедаев, но то, что может узнать один, раскопают и другие. И отец вбивал в меня кодекс чести, очень похожий на тот, которого придерживались джедаи. А еще он учил доверять инстинкту и предвидениям.

Хорн помолчал, не совсем понимая, чего его так потянуло на откровения в такой неподходящий момент.

— Знаешь, что меня больше всего беспокоит? Я знаю отца, он гордился своим происхождением. Должно быть, хотел поделиться со мной после смерти Императора, но не успел, Босск убил его… И я все думаю: как бы он мне рассказал, какими словами?

— А твой дед, Ростек Хорн?

— Он на Кореллии, под Диктатом. Не было возможности с ним связаться. Попробую, когда закончится наша заваруха. Но мне хотелось бы услышать, что отец рассказал бы о своем отце.

Вмешался Свистун.

Корран нехотя глянул на монитор.

— Что значит: нужно было только спросить? Дроид загудел.

— Ладно-ладно, это ты так оправдываешься. И что бы случилось, если бы я спросил? Свистун сыграл марш.

— Корран, что там такое болтает твой дроид?

— Обожди минутку… — Корран протянул руку и провел пальцем по горящим на дисплее буквам. — Полагаю, удивляться не следует, но я удивлен. Отец ввел в память Свистуна закодированный голографический файл. Очевидно, когда я вступил в КорБез, хотя нет… Свистун говорит, что это случилось раньше. На тот случай, если с ним что-то случится. Свистун говорит, что ему были оставлены инструкции проиграть мне файл, когда я попрошу. И предоставить код. Полагаю, кодом должно быть имя Нейи Халкиона или настоящее имя моего отца, Валин Халкион.

Кожу пощипывало от неожиданного озноба: словно отец дотянулся из могилы. Наверное, Хэлу Хорну тоже было интересно, а оценит ли сын то неожиданное наследство, которое он получил от деда. До того как Коррану стало известно о Халкионах, он списывал все на удачу или счастливый случай. Теперь — другое дело. Видимо, отец знал, что когда-нибудь информация понадобится, вот он и подготовился.

Открывались новые горизонты. Вновь замаячило заманчивое предложение Скайуокера присоединиться к нему и выучиться на джедая. Может быть, отец записал файл именно для такого случая? Да нет, едва ли, откуда отцу знать о возрождении рыцарства? Как откуда?

Дроид прочирикал вопрос.

— Нет, Свистун, попридержи послание. Сейчас не самое время.

— Почему, Корран? — изумилась Миракс. — Нам все равно нечего делать.

— Потому что мне сейчас некогда обдумывать вопросы, которые при этом возникнут.

— Такие, как?..

— Такие, как — а не погорячился ли я с ответом Скайуокеру? Может, мой отец хотел, чтобы я учился? Чтобы я стал рыцарем-джедаем… Я отказался и вынудил своих друзей принять сложное решение. Может быть, самое сложное в их жизни. Веджу мой отказ стоил военной карьеры, а это все, что у него было. Но он поддержал меня, и эскадрилья поддержала меня, и теперь я в ответе за них. И я дал слово вернуться за пленниками. И я хотел бы сейчас думать о задании. И.. . и… и не хочу я бросать тебя, чтобы учиться неизвестно чему!

— То есть слушать послание ты не будешь? Хорн мотнул головой.

— Не сейчас. И уж точно не буду, пока мы не уладим дела на Тайферре.

— Почему у меня такое чувство, что ты вообще можешь никогда не проиграть его?

— Потому что ты слишком хорошо меня знаешь, любовь моя, — Корран на мгновение зажмурился; в горле больно царапало и хотелось поскорее проглотить колючий комок.

Потом он поднял руку и прижал пальцы к спрятанному под комбинезоном медальону. Он таскал его сначала на удачу, потом в память об отце, а потом — с полным правом, как потомок джедая.

— Эта голограмма… последнее, что оставил отец. Но он никогда бы так не поступил, если бы думал, что разрушит при этом мою жизнь.

— Ты уверен?

— Ага. Если бы мне было необходимо услышать этот файл любой ценой, Свистун не получил бы инструкций ждать моей просьбы, — Хорн рассмеялся, першить в горле не перестало. — Отец доверял мне. И позволял принимать собственные решения и отвечать за последствия.