Илья СТАЛЬНОВ - НА ОСТРИЕ ИГЛЫ

– Не верю!

– Напрасно. Вы с вашим другом мне сразу понравились, – ухмыльнулся вор – Надеюсь, вы не отдадите старого знакомого в грубые руки городского палача.

– У меня есть желание сделать это.

– Тогда наступите этому желанию на горло. Поверьте, это не лучшая мысль. Вас будет мучить совесть, а ее уколы порой довольно болезненны.

– Черт с тобой, негодяй, я прощаю тебе мой кошель! Но как быть с драгоценностями графини?

– Почему вас так волнует их судьба? Вы так печетесь о благе графини, чье любимое занятие запарывать слуг до полусмерти. Слава о порядках в ее владениях облетела, наверное, уже весь свет.

– Разве это служит тебе оправданием? – возразил я, зная, что в отношения графини он прав.

– Или вам по душе ее любовник, который сам наверняка зарился на эти драгоценности и стащил бы их, если бы я его не опередил?

– А, ладно! Я знаю, что поступаю не правильно, ибо вряд ли ты оставишь столь грязное занятие и найдешь дело, достойное дворянина и честного человека…

– Все в руках Господа.

– Проваливай, мерзавец. И пусть тебя самого начнет когда-нибудь грызть совесть. Когда-нибудь ты все равно будешь наказан – такая жизнь еще никого не доводила до добра.

– Так же говорит и мой исповедник. Он протянул мне мой кошелек.

– Сейчас, когда это легкое недоразумение рас сеялось, как утренний туман, не согласитесь ли вы посидеть со мной и выпить немного доброго вина?

Денег у меня не особенно много, но я найду, чем рас платиться.

– Боже упаси. Я буду пить вино с вором?..

– Будете, мой друг. Я должен сообщить вам весьма важную вещь.

И тут я ощутил какое-то легкое притяжение. Я понял, что должен пойти с ним, что наши пути сегодня пересеклись не напрасно и что в этом есть какой-то скрытый смысл. Я не должен упускать свой шанс. В чем он заключается я пока не понимал. Но я научился за последнее время серьезно относиться к подобным чувствам.

– Хорошо, идем.

Мы нашли столик в прокопченном углу ближайшей харчевни. Надо заметить, что там собрался отпетый сброд, но я привык к таким местам, да и Генри чувствовал себя здесь так же легко и непринужденно, как главная фрейлина на балу у короля.

– Не беспокойтесь, здесь проводят время не только воры, но и люди более почтенных занятий, – заверил меня Генри.

– Кто еще? – полюбопытствовал я оглядываясь. – Наемные убийцы?

– И они тоже, что порой весьма полезно. И вы в этом, возможно, еще убедитесь. Давайте выпьем.

Мы пригубили вино, и я, решив побыстрее завершить эту встречу, требовательно сказал:

– Что такого важного ты хотел мне сообщить? Генри отхлебнул вина и проникновенно произнес:

– Я страшно виноват перед вами. Помните наш разговор, когда мы виделись в первый раз?

– Помню.

– Я жестоко обманул вас.

– В чем?

– Я сказал, что дед мой был отъявленным негодяем. А отец, наоборот, чуть ли не святым человеком.

– Ну и что?

– Это ложь. Это бессовестная ложь. Не только мой дед был негодяем, но и мой родной отец. Он служил у самых кровожадных флибустьеров корабельным врачом и, надо сказать, пользовался у них уважением. Притом не только за свои способности лекаря.

– Это все, что ты хотел мне сообщить?! – разозлившись, воскликнул я и собрался встать и покинуть это место.

– Это главное… Э, куда вы так заспешили? – замахал он руками. – У меня есть еще кое-что для вас, правда, гораздо менее существенное.

– Говори!

– Тот любовник графини, чернобровый испанец, – он сейчас в Тулузе.

– Не слишком приятное известие. Но и не слишком огорчительное.

– Правда? – насмешливо спросил воришка.

– Вся беда в том, что он почему-то увидел в нас твоих соучастников. Думаю, на досуге он смог спокойно поразмыслить и прийти к выводу, что это не так. И вряд ли дурацкие мысли посетят его вновь, если, конечно, он сейчас не увидит меня в твоей компании.

– Это не совсем так. Приехал он сюда вовсе не из-за меня. И не по каким-то своим личным делам. Он идет по вашим следам. Мной же он вообще не интересуется.

Я внимательно посмотрел на собеседника, и как-то сразу, безоговорочно поверил ему. Поверил душой. Что-то мне говорило – вор не врет… И известие меня покоробило. Я ощутил, что за, всем этим скрывалось что-то мерзкое и опасное. Дело тут нечисто.

– Он узнал, где вы проживаете, после чего заявился с визитом к братьям Ришар, – продолжил вор, и я видел, что он хочет, чтобы я верил в его искренность.

– Кто такие братья Ришар?

– О, это удивительные люди. Лучшие представители местной гильдии наемных убийц.

– Та-а-ак! – протянул я.

– Они не любят работать за пределами Тулузы. Думаю, братья заявятся к вам в гости, пока вы здесь.

– Зачем?

– Зачем наемные убийцы являются к жертвам? Конечно, чтобы поговорить с ними о спасении души!

– Мне верится с трудом.

– В конце концов, это ваше дело.

– Как они выглядят?

– Как обычные дикие звери, – Он описал их внешность. Два здоровенных, белобрысых близнеца. Один из них без правого уха.

– Учтите, они не любят работать с помощью ядов, пистолетов и прочих недостойных инструментов. Кистень и стилет – вот оружие дипломированного убийцы. Так они считают. И еще – хитрость, изобретательность, подлость. Они хорошо знают свое дело.

– Мне не очень-то верится в это, – по инерции упрямился я, хотя уже решил для себя сдать все позиции. – У испанца нет никаких оснований стремиться к нашей погибели. Мы с ним встречались всего раз. Недоразумение, небольшая ссора – и все. Для такой ненависти и для таких усилий нужна причина поважнее.

– Значит, они у него есть.

Я поднялся и полез в кошелек.

– Нет, сегодня плачу я, – жестом остановил меня сэр Генри.

– Ну что же. Прощай…

– До свидания. Думаю, мы еще увидимся.

– Надеюсь, не тогда, когда твоя рука будет шарить в моем кармане!

Темнело. Я возвращался в гостиницу, под впечатлением разговора с вором, озираясь и ожидая удара ножом в спину.

Обошлось. Время убийц приходит с заходом солнца. Они – дети Тьмы. Свет им противопоказан, богомерзкие дела творятся по ночам.

Я поднялся по скрипучей узкой лестнице на третий этаж. Там, под самой крышей, находилась только одна наша комната.

Адепт уже вернулся домой.

– Завтра утром, – произнес он, – как только откроются городские ворота нам надо снова двигаться в путь.

– До завтра еще нужно дожить, – возразил я.

– Ты это сказал так, как будто знаешь что-то такое, что неизвестно мне.

– Знаю.

Я подробно рассказал о нашем разговоре с Генри.

– Ты прав, с этим испанцем что-то неладно, – Адепт воспринял сей рассказ очень серьезно и поверил сразу. – Братья Ришар… Если они придут, то сегодня ночью. Вряд ли они будут дожидаться утра. Я знаю таких субъектов. У них весьма своеобразные представления о чести гильдии. Если они подрядились кого-то убить, то сделают это, не откладывая в долгий ящик.