Джеймс Сваллоу - Немезида. Война в тенях.

— Бойся, — говорит ему Эреб. — Страх облегчит скрепление. Ему будет во что вцепиться зубами.

Он не понимает, откуда слышится голос. Как и всегда, с того момента, как открылась клетка, Эреб по своей воле может в любой момент посетить его мысли. Иногда его повелитель приходит и оставляет что-то в голове — знания, способности, желания, — а иногда что-то забирает. Возможно, воспоминания. Трудно сказать наверняка.

У него возникают вопросы, но они застревают в горле, когда он видит нечто, появившееся из глубин варпа. Оно движется словно ртуть и так же излучает мерцание и опасность. Оно его видит.

Эреб предвосхищает его слова.

— Порождение варпа низшего типа, — поясняет господин. — Хищник. Опасен, но не слишком разумен. Скорее, в некотором роде хитер.

Оно приближается. Прозрачная энергетическая завеса дрожит и мерцает. Скоро она раздвинется. Всего на краткий миг. Достаточно, чтобы это впустить.

— Его можно приручить, — продолжает Несущий Слово. — Если только иметь достаточно сильную волю, чтобы не выпускать из-под контроля. У тебя есть воля, Копье?

— Да, господин…

Он не успевает договорить. Демон-хищник обнаруживает щель и просачивается сквозь нее прямо на палубу корабля. Он обволакивает Копье и пронзительно кричит, предвкушая легкую добычу.

В этот момент Эреб позволяет себе выразить удовольствие — демон, насколько это ему доступно, понимает, что как бы он ни старался отыскать место на теле Копья, не защищенное рунами и символами, ему это не удается. Он не в состоянии поглотить жертву.

Затем демон падает на палубу, извивается в агонии, стараясь вырваться на свободу, но и этого он не может, и в конце концов происходит слияние.

Задвижка, отделяющая зал от бездны, опускается, и Копье слышит удаляющийся голос своего повелителя:

— Тебе потребуется не один мучительный день, чтобы его подчинить. А если ты не справишься, вы оба умрете. Примененная к тебе магия необратима. Теперь ты связан. Это твоя шкура. И ты станешь управлять ею, как я управляю тобой.

Отзвук голоса растаял, и остался лишь его вопль и вопль демона.

И огонь, и боль.

С ночной темнотой в космопорт приходит и холодная морось. Дождик неумолчно шуршит по разбитым в ходе войны подъездным путям и по посадочным площадкам. Вода через брешь в крыше стекала по изогнутым крыльям переднего модуля «Ультио» и постепенно заливала клочок сухого феррокрита под прижавшимся к земле кораблем. Он был похож на хищную птицу, готовую взмыть в небо, но все системы сейчас работали в пассивном режиме, чтобы не выдать его боеготовности изредка проходившим патрулям.

С начала мятежа космопорт оставался почти полностью заброшенным и до сих пор значился где-то в конце длинного списка кланового правительства на проведение восстановительных работ. Атаки повстанцев на силовые установки и системы связи сделали свое дело, хотя к линиям снабжения Капра относился очень бережно, не желая обрекать на голод гражданское население. Он завоевал сердца и умы многих людей, и в конечном итоге это послужит ему на пользу.

Келл стоял у подножия трапа «Ультио» и глядел на дождь через смотровую щель боевой маски, предоставляя встроенным сенсорам делать свою работу, а сам снова задумался о повстанцах. Как они отреагируют, когда узнают, что все члены команды Келла исчезли? Подумают, что их предали? Возможно. В конце концов, так оно и есть. А когда миссия будет закончена, Капра будет знать, кто стоит за всем этим.

— Есть что-нибудь? — Сверху до него донесся голос Тариила. — Пилот-мозг доложил, что пассивные сенсоры недавно зарегистрировали отраженный импульс, но с тех пор больше ничего не было.

Келл даже не повернул головы.

— Доложи обстановку.

Тариил вздохнул:

— Гарантин отточил свои ножи до такой степени, что может рассекать дождевые капли. Я слежу за сообщениями в общественных и армейских сетях, и я уже приготовил и загрузил свои инфофаги и устройства маскировки. Койн работает над обликом армейского командира, которого мы захватили. Как я понимаю, кулексус и вененум еще должны прийти?

— Твоя проницательность, как всегда, на высоте.

— Как долго мы еще можем ждать? — спросил инфоцит. — Близится время высадки.

— Они придут, — сказал Келл как раз в тот момент, когда за дверью ангара возникло какое-то движение.

— Я уже пришла, — сказала Йота, выходя из серой пелены дождя. Ее голос из-под шлема звучал необычайно гулко. Оказавшись под крышей, Йота сняла шлем и тряхнула головой, рассыпая по плечам тонкие косички. — Меня задержали.

— Что могло тебя задержать?! — возмутился Тариил. — Здесь никого нет.

— Это теперь нет, — мягко поправила его Йота.

— А где вененум? — напряженно спросил Келл.

Взгляд Йоты переместился на его лицо.

— Твоя сестра не придет.

В глазах Келла сверкнуло изумление, а затем злость.

— Как?..

Тариил, защищаясь, поднял обе руки:

— Не смотри на меня. Я ничего не говорил.

Виндикар поморщился:

— Ладно, не важно. Объяснись. Что значит «не придет»?

— Дженникер взялась за дело, которое считает для себя более важным, чем наша миссия, — ответила ему кулексус.

— Я же дал ей приказ! — рявкнул Келл, разъяряясь все сильнее с каждой секундой.

— Да. Но она ему не подчинилась.

Келл схватил Йоту за одежду и уставился ей в лицо. Он ощутил волну исходящей от парии черной энергии, иссушающей душу, но был слишком разгневан, чтобы обращать на это внимание.

— Ты видела, как она уходила, да? Видела и ничего не сделала, чтобы ее остановить?

Вспышка эмоций скользнула по лицу Йоты, но определить природу чувств было нелегко. Ее темные глаза превратились в черные омуты бездны.

— Не смей меня трогать.

У Келла защипало кожу, а рука замерзла, как будто попала в ледяную воду. Он непроизвольно отпустил кулексус, и пальцы тотчас свело болезненной судорогой.

— О чем ты только думала, девчонка? — сердито спросил он.

— Ты ей не хозяин, — негромко заметила Йота. — Ты сам отказался от участия в ее жизни.

Ее слова ошеломили Келла.

— Я… я говорю о миссии, — продолжил он, быстро справившись со своими чувствами. — А не о ней.

— Ты сам себя пытаешься в этом убедить.

Йота выпрямилась и прошла мимо него.

Келл обернулся. На верхней площадке трапа к Тариилу присоединился Гарантин. Он покачивался взад и вперед, то сжимая, то разжимая огромные кулаки. Рядом с ними стоял мужчина средних лет в форменном плаще СПО и вертел в руке отравленный нож. Выражение его лица показалось Келлу неподходящим, но почему, он не смог бы сказать.