Безбашенный - Арбалетчики в Карфагене
- Государственной армии Карфагена теперь много чего нельзя, - пояснил наш испанский мент, - А отряды вроде нашего - это не армия, а частная охрана.
- А слоны тут при чём? - поинтересовалась Наташка.
- Договор с Римом формально не запрещает частникам держать собственных слонов, - разжевал я ей, - А как и чему хозяин-частник обучает СВОИХ слонов - его личное дело. Может и боевым приёмам их учить - ради потешных баталий, допустим. Кто-то любит своих рабов павианами задрачивать, а кто-то - и в живых солдатиков играть. Почему бы и нет? Люди - его, слоны - тоже его, имеет полное право.
- А слоны не получатся при такой дрессировке тоже "потешными"? - съязвил Серёга, - И на кой хрен они тогда такие нужны?
- Качество обучения, конечно, пострадает, - согласился я с очевидным, - Но главное ведь - не сами слоны как вид войск, а обкатка ими конницы. Лошади боятся слонов, если не приучены к их виду и запаху, а у нумидийцев слоны есть. Их хвалёная конница сама по себе в кавалерийской рубке слабовата и правильного боя с настоящей линейной кавалерией не выдержит, но они ведь её слонами могут подкрепить, и тогда...
- Да, тогда - звиздец...
- Получается, слоны Карфагену позарез нужны, пускай даже и потешные, - резюмировал Володя, - Какого ж хрена мы их не видим?
- У Флобера частных слонов тоже забрали в армию, когда не хватило казённых, - вспомнила Юлька, тоже читавшая "Саламбо", - Может, и перед Замой сделали то же самое?
- Скорее всего, так оно и было, - лично я в этом ни разу и не сомневался, - И естественно, мобилизованные в армию слоны частников были конфискованы Римом на общих основаниях, вместе с казёнными. Но с тех пор прошло уже пять лет, и частники вполне могли бы начать обзаводиться новыми. Это государству нельзя, а им-то кто запрещает?
Вопрос получался интересным, но для самостоятельных вычислений мы недостаточно владели обстановкой, а приставать с расспросами к нанимателю, которому и служить-то ещё толком не начали, было бы явной дерзостью, едва ли поощряемой. Оно нам надо? Послужим, присмотримся - разберёмся и в этом, и во многом другом...
А потом нам стало и не до дедуктивных вычислений а-ля Шерлок Холмс, поскольку мы пришли. Двор нашего нынешнего нанимателя оказался обнесённым внушительной стеной, хотя и без крепостных зубцов. Створки ворот, правда, по сравнению с ней выглядели несерьёзно, но неширокий проём в случае чего не составит особого труда забаррикадировать, так что в целом я ограду одобрил. А вот видневшийся в глубине сада сам особняк нагнал на меня тоску своим помпезным греческим портиком при входе, поскольку сразу же напомнил о наших приключениях в Кордубе. Такой же помпезный портик был у нашего тамошнего начальства, "досточтимого" Ремда, и когда на его дом напали наёмники враждующего с Тарквиниями клана Митонидов, нам оказалось весьма нелегко оборонять три проёма между колоннами. После того случая я даже дал себе зарок - когда разбогатею сам, ни в коем разе не льститься на эту показуху в ущерб обороноспособности.
- После Кордубы ты стал параноиком! - подколол меня Хренио, разгадав смысл моей гримасы.
- Станешь тут! Или ты забыл, как нас там едва не грохнули? Если бы не бабы...
Васкес хмыкнул, поскольку имел на сей счёт своё особое мнение. Не могу сказать, что необоснованное - как-никак, у него и сейчас ещё остаётся двадцать четыре патрона к его табельному "STAR 28 PK", а на тот момент были все двадцать семь, и при наличии такого козырного туза в рукаве многое видится в куда более оптимистичном свете. Бабы же фыркнули, и совсем по другой причине - я имел в виду вовсе не их. Алиби было тогда у наших баб, в рудничном посёлке они оставались, а выручили нас тогда совсем другие бабы, местные - "почтенная" Криула и её юная дочурка Велия, добравшиеся за нашими спинами до наших арбалетов и здорово помогшие нам проредить супостатов в самый критический момент.
- Подобное тянется к подобному! - съязвила Юлька, не удержавшись, - Ты, Канатбаев - сам дикарь, вот и нравятся тебе дикарки!
- Дык, с волками жить - сам шерстью обрастёшь, гы-гы! - хохотнул я, обламывая её неуклюжую попытку подколоть меня моей "чернотой". Дело в том, что Канатов-то я не от слова "канат", то бишь "верёвка", а от тюркского имени Канат, и вполне возможно, что фамилия моего прадеда по отцовской линии была исходно длиннее. Было такое время, когда фамилии, оканчивающиеся на "-ханов", "-беков", а иногда даже и "-баев", могли изрядно осложнить жизнь своему обладателю, и многие предпочитали "обрезать" лишнее, дабы избавиться от ненужных проблем. Ну да ладно, то дела давние и в наших нынешних раскладах неактуальные...
Нас выстроили на площадке между воротами стены и входом в особняк, а "досточтимый" Фабриций прошёл в дом - видимо, докладывать о нашем прибытии. Через некоторое время они вышли с отцом, уже знакомым нам "досточтимым" Арунтием, и тут мы слегка прихренели - было отчего:
- Слава Тарквиниям! - гаркнул старший нашего испанского отряда, выбросив руку в весьма характерном приветственном жесте, наводящем на ещё более характерные ассоциации - ага, "зиг хайль", гы-гы! Но то же самое сделали вслед за командиром и остальные иберы, и нам явно не следовало выделяться.
- Хайль Тарквинии! - весело рявкнули и мы с тем же жестом, да ещё и с прищёлкиванием подошвами сапог.
- Факельное шествие будет? - прикололся Серёга.
- Типун тебе на язык! - оборвал я его. Мы ведь и так с немалым трудом сдерживали смех, и расхохотаться в торжественный для остальных момент было бы крайне несвоевременно.
- Скажи спасибо, что церемониальным маршем вокруг дома не погнали! - добавил Володя, - Ты срочную не служил, и тебе эта хрень по приколу, а меня в армии эта грёбаная строевая задолбала по самые гланды!
Наш наниматель в свою очередь поприветствовал испанское подкрепление характерным небрежным жестом полусогутой руки - ага, а-ля фюрер, отчего мы снова едва не прыснули в кулаки. Потом он толкнул речугу на понятном всем иберийском языке, суть которой сводилась к тому, что испанские иберы - самые крутые во всём мире, круче их только вкрутую сваренные яйца, и что с такими крутыми бойцами Тарквинии теперь легко и непринуждённо нагнут в раковую стойку всякого встречного, гы-гы!. Ну, это я, конечно, перевожу именно суть вкратце, дословно-то "досточтимый" Арунтий вещал "высоким штилем" о доблести испанцев, об их великих подвигах в армии Ганнибала, о том, как они гнобили римлян на их собственной земле и о многом другом в том же духе. А раз так - на кого же ещё положиться карфагенским Тарквиниям в тяжёлые и непростые для Карфагена времена? Типа, пусть финикийские купеческие кланы полагаются на кого угодно, а этрусскому клану Тарквиниев не надо никого другого, пока на свете есть храбрые и надёжные испанские воины. В общем, грамотную речугу толкнул, прямо по шёрстке наших иберийских камрадов погладил, после чего не забыл и о щедрой оплате напомнить - естественно, в полновесных карфагенских шекелях. Стоит ли удивляться тому, что по окончании его речи весь отряд снова дружно изобразил "хайль"?