Кристофер Банч - Незримое божество

Вольф распахнул входную дверь. За ней были двое — оба молодые, в смокингах, оба улыбались. И у обоих глаза были холодные.

— Мистер Тейлор?

Вольф кивнул.

— Извините за вторжение, но, может быть, если вы уделите нам минуту, это будет полезно и вам и нам.

— Значит, Хагерсмарк сболтнула, — пробормотал он, приглашая их в комнату. — Выпьете?

— Нет, спасибо. Не хотим отнимать у вас время. Меня зовут Хендерс, это — мистер Найсмиг.

— К вашим услугам, — любезно произнес Вольф.

— Насколько мы с моим товарищем поняли, вы интересуетесь определенным видом досуга.

— Временами.

— Известно ли вам, что оба клуба такого типа… я об «Оазисе» и заведении мистера Накамуры… на самом деле — частные?

— Нет. Мне об этом не говорили.

— Поэтому-то мы пришли и предлагаем устроить вам членство в обоих казино.

— Какой сервис, — сказал Вольф. — Я так понимаю, «членство» предполагает и другие блага?

Младший из гангстеров осклабился, но Хендерс продолжал улыбаться.

— Угадали. Во-первых, в Прендергасте есть и другие заведения, где рады видеть членов нашего клуба. Но главное преимущество для такого человека, как вы, — возможность поменять валюту в любое время дня и ночи. К тому же на планете Рогана, к сожалению, необычайно высокая преступность. Если вы выиграете значительную сумму, наша организация предоставит вам эскорт до любого названного места или даже уговорит банк открыться в неурочное время, чтобы вы могли положить деньги на счет.

— И разумеется, если я откажусь, меня вполне могут ограбить и отнять выигрыш, — сухо сказал Вольф.

— Такое случалось.

— Полагаю, членский взнос довольно велик.

— Мы рассчитываем его исходя из возможностей конкретного кандидата, — сказал Хендерс, выразительно поглядывая на апартаменты. — В вашем случае, поскольку вы прибыли с большой помпой, плата действительно может оказаться высокой. Но, уверяю вас, вы не пожалеете.

— Сколько?

— Зависит от времени, которое вы планируете здесь пробыть, — ответил Хендерс — Обычно мы взимаем взнос за неделю. Впрочем, возможны варианты для долгого срока пребывания или для постоянных жителей.

Вольф подошел к бару, налил себе глоток арманьяка.

— Мне нравится планета Рогана, — сказал он. — Разумеется, первая шестерка, которая к тебе подкатывает, оказывается в весе пера.

— О чем вы? — рявкнул Найсмит. — Это совершенно законное предложение.

— Ну конечно. Я просто поддерживаю разговор. Обычно на такие намеки я отвечаю быстро. Как правило, с бандитами второго уровня разговаривать куда приятнее, особенно после того, как они найдут подчиненных в темном проулке.

— Мы знаем, что у вас своя система безопасности, — сказал Хендерс, — но, вероятно, вы не отдаете себе отчет, какой организации намерены бросить вызов.

— Почему же, отдаю, — сказал Вольф, — и потому восхитился планетой Рогана. Я отметил, что вы — не простые уличные мордовороты, а действительно связаны с влиятельными людьми. Я отнюдь не против налогов, — продолжал он, — они заложены в смету. Но будь я проклят, если позволю водить себя за нос.

— Все понятно, — сказал Хендерс. Найсмит никак не мог решить, злиться ему или недоумевать. — Вы проанализировали ситуацию быстро и, должен сказать, правильно. Думаю, мистер Тейлор, вы могли бы стать ценным дополнением к определенной группе людей. Вы проявляете необычайную мудрость.

— Не мудрость, — поправил Вольф. — Здравый смысл. Так сколько?

— Мы посчитали, что десять тысяч кредитов было бы разумной платой. По крайней мере, для начала. Если обстоятельства покажут, что мы ошиблись, сумма может быть снижена.

— Или увеличена, если мне будет везти.

Хендерс кивнул.

Вольф прошел в другую комнату. Двое гангстеров переглянулись. Младший нервно облизал губы. Вольф вернулся с толстым кожаным бумажником.

— Вот, — сказал он. — Кредитки чистые, новые, из разных серий. Очень рад войти в вашу… организацию. А теперь, если вы меня извините, мы собирались обедать. Возможно, у мистера Накамуры.

Двое вышли.

Из спальни показался Макс с бластером.

— Почему вы им заплатили? Я не понимаю, зачем давать волю вымогателям.

— Поэтому-то ты — читет, а я — игрок, — сказал Вольф. — Кристина! Умираю от голода!

— Теперь я понимаю, почему тебя назначили старшей, — произнес Вольф. — У Макса маловато мозгов.

— Он — хороший человек, — с жаром сказала Кристина. — Может быть, я быстрее поняла, что к чему, потому что больше пробыла с вами.

— Наверное, — сказал Вольф, — порок заразен.

Кристина улыбнулась. На ней было свободное платье, тускло-серебристое с багровыми цветами, глубоким вырезом и ампирным лифом, абсолютно прозрачное; под ним угадывалось ажурное трико.

Вольф надел белый пиджак, белые брюки, черную шелковую рубашку и белый шейный платок. Он поерзал на стуле, удобнее поправляя бомбу.

— Я раз сказал кому-то, что слышу за спиной гром крыльев колесницы дней, но никогда не думал, что это осуществится настолько буквально, — пробормотал он.

Кристина вскинула бровь.

— Просто мысль вслух, — сказал Джошуа.

Кристина откусила кусочек, прожевала.

— Замечательно! Что это?

— В читетском меню оно было бы обозначено как мышечные волокна неполовозрелого быка, в оболочке из теста, с секреционными выделениями коровы и плодовыми телами различных видов грибов.

— Пфи! — сказала Кристина. — Это не возбуждает мой аппетит. Такими словесными играми мы забавлялись в детстве.

— Играми? Вообще-то ты ешь беф-Веллингтон. Назван в честь генерала, который умел ждать, пока его противник допустит первую ошибку.

— Разумеется, мы играли… я играла… в детстве. Что ты думаешь, читеты только ходят стройными рядами? Мы такие же люди, как все, — произнесла она с горячностью. — Просто мы живем и думаем правильней остальных.

Вольф открыл было рот, но передумал.

— Ладно. Признаю ошибку: вы — существа солнца, света и пляшущих волн. А теперь ешь овощи, или не буду больше читать тебе Чарльза Пирса [1] на ночь.

— А я знаю, кто он, — сказала Кристина.

— Поняла, о чем я?

Кристина растерялась.

— Нет.

— Ну и не важно.

Когда они выходили из ресторана, с другой стороны заведения мистера Накамуры донеслась музыка.

— Хочешь потанцевать перед работой?

— Нет, — сказала Кристина. — Я не умею. И потом, меня учили, что глупо двигаться, когда играет музыка. Довольно оценивать ее умом.

— Это тебе, Дионис, — сказал Вольф.

— Вот именно, — отвечала Кристина. — Аполлоническая сторона должна контролировать события, иначе наступит хаос.