Николай Шмелёв - Кронос. Дилогия (СИ)

— Кажется, начинается! — оживился Комбат.

Все сгрудились у экрана телевизора, ожидая животрепещущие новости из жизни европейских «Команчей».

Репортаж о ролевых играх, которые, уже смело можно назвать «Полосатый сталкер и дырявый организатор», как всегда ведёт журнал «Доигрались!» и его неизменный корреспондент Георгий Загоруйко, при поддержке телекомпании «Ролевик». Ведущий Сергей Неунывайко выступит в обновлённом онлайн-шоу «Замочная скважина», отпочковавшейся от программы «Нашим людям всё по плечу».

— Корреспондент. — Итак, сэр гей… Тьфу ты — Сергей! Каковы прогнозы на будущее ролевых игр?

— Телеведущий. — Сам ты… А вообще-то здесь, на ближайшее время, ничего интересного уже не произойдёт, так как отдельные разрозненные формирования разбрелись по лесам, пробираясь домой, а того, кто не успел покинуть зону оккупации правительственными войсками, не ждёт ничего хорошего. Совершенно другое кино сейчас происходит в подземных лабиринтах Энского метро, куда скрылась группировка «Вонючий ветер».

— Корреспондент. — Весьма любопытно! Начинается новая игра?

— Телеведущий. — Скорее всего — новая война! Нашему агенту удалось внедриться в их сообщество, и это его погубило.

— Корреспондент. — Убили?!

— Телеведущий. — Да что вы! Приняли, как родного: обогрели, накормили, напоили, подкурили… Он за два дня деградировал. Как известно, что хорошо идейному борцу, то неподготовленному, в том числе и морально — смерть. Тут ещё партия зелёных флажками машут: они, видите ли, против сожжения зелёных насаждений. Хорошо, что их ОМОН повязал: по рёбрам напинали, зубы пересчитали и в наркоконтроль сдали, где зелёных обвинили во всех посадках конопли, мака и других, содержащих наркотические вещества, растений.

— Корреспондент. — Ну и что?

— Телеведущий. — Что-что! Колумбийское правительство требует выдачи международных преступников, ратующих за «озеленение всей планеты!»

— Корреспондент. — Да, и на уборку пшеницы не пошлёшь!

— Телеведущий. — Ну, и хрен с ними! Мы и так отвлеклись, а впереди нас ждут интересные события, в настоящее время происходящие в метрополитене Энска. Не совсем ясна судьба группировки «Вонючий ветер». Ясно только одно — она объявлена вне закона. Допросить внедрённого корреспондента, до сих пор не получилось, по причине полной невменяемости последнего. Мы можем, только освещать видимые события, а в остальном полагаться на рассказы военных, вернувшихся из рейда по тоннелям. Они свидетельствуют об отчаянном сопротивлении.

Ожесточённые стычки, время от времени, происходящие в глубинах метро, не оставляют сомнений в том, что сообщество намерено осесть там надолго, если не навсегда. Жители Энска, оставшиеся без метро и, до сих пор, не могущие забыть протухшую колбасу в холодильниках, в спешном порядке формируют отряды самообороны, питаясь засвеченным салом. Самых подготовленных зачислили в карательную экспедицию. Они готовятся к выходу, поправляя снаряжение и, учат немецкий язык.

— Корреспондент. — А зачем язык учить?

— Телеведущий. — Так, на всякий случай… Их, родной брат деда Афанасия, инструктировал.

— Корреспондент. — Кстати, а где он сам, на данный момент?

— Телеведущий. — А кто его знает? Одни говорят, что на северный полюс подался, другие утверждают, что это он сам и есть, а родного брата у него отродясь не было.

— Корреспондент. — Тёртый калач, умеет грамотно с вышки падать.

— Телеведущий. — Чего?

— Корреспондент. — Да так — навеяло…

— Телеведущий. — С нами, только что связался наш корреспондент, работающий в штабе правительственных войск и, прояснил, кое-какую ситуацию. Предлагались меры, по выкуриванию группировки из переходов и тоннелей, с помощью различных газов но, учитывая, что члены данного сообщества шмаляют и не такое, метод был признан недейственным, а наоборот — укрепляющим моральный дух противника. Кстати, как наглядный пример, был показан наш корреспондент. Генерал обозвал его овощем, но непонятно, что он при этом, имел в виду: общее состояние шпиона или цвет его кожи. Сколько будет продолжаться подготовка к штурму, пока неясно, но мы всегда на связи со штабом, и если будут какие-то изменения, мы покажем их в экстренных выпусках нашей передачи. А пока, до встречи и, как говорится — но пасаран!

— Действительно, они не пройдут! — прокомментировал показанное Крон. — Вот только неясно, кто не прошмыгнёт. Ох уж мне эта двойственность!

— Может, нам самим язык выучить? — с иронией, предложил Доцент.

— Я уже выучил! — сказал Дед, протягивая стакан. — Налиффай.

— Найн! — рявкнул Почтальон, сурово глядя на участников диспута. — Видели корреспондента, и что с ним стало? Вот именно — из него вышла овощная закуска.

— Мы не настаиваем, — тихо произнёс Бульдозер, не отрывая глаз от склада продовольствия и бутылок, всех мастей. — Я и сам справлюсь.

— Да никто и не сомневался, — Бармалей развёл руки в стороны. — С такими габаритами, это не куча, а так, только червячка заморить.

— Натюрлих! — сказал Кащей и, все посмотрели на него…

Тут Крон вспомнил, что ещё не знает продолжения сценария, сюжет которого, любезно согласилась рассказать Наина, при первом удобном случае. Обед давно закончился, а он только спохватился, что всё прошло машинально и неуловимо быстро. Она стояла в соседней комнате, глядя в окно и не двигаясь. Ни один мускул не дрогнул на её лице, от хлопнувшей двери, только глаза скосились в сторону вошедшего:

— Завтра вы найдёте своего горбатого возле свалки радиоактивных отходов.

— Почему там? В том районе нет ни одного приемлемого, для путешествий, коллектора. И почему открытым текстом — даже непривычно, как-то.

— Хватит в игры забавляться! — при этих словах, лицо Наины приняло ещё большую загадочность, приобретя философские черты обречённости. — Напрямую сказано потому, что времени нет и тоннеля нет, в том мире. Не можете вы месяц искать, и в этом, созданном измерении, оставаться нельзя…

— Радиация, или «Кот?»

— Что ты за него беспокоишься? — ответила Наина, посмотрев на Крона пронзительным взглядом.

Её зрачки, казалось, вот-вот приобретут вертикальную позицию, а свет из окна, падающий на причёску, окружал овал головы мистическим ореолом. Повернувшись к нему всем корпусом, так что они встретились лицом к лицу, она тихо сказала:

— Может статься, что он тебе с завтрашнего дня и не понадобится вовсе.

Капля холодного пота стекла с виска к подбородку, а «Кот» молчал: