Владимир Корн - Страж Либерилля

— Я поначалу в «Боцмана Хью» заглянула, — издалека начала она.

— Сейчас мы там совсем не бываем.

Еще бы: сама ведь сказала, что здесь уютно. А если учесть, что кафе принадлежит нам всем… Мы приобрели ее вскладчину, как только подвернулась такая возможность. А что, удобно: есть где собраться, поговорить, покушать. И платить не надо, и заведение приносит неплохой доход. Вернее, будет приносить, как только расходы окупятся. Здесь заправляет Карла, а Рамсир то и дело грозится выкупить наши доли.

«Надеюсь только, что гнать нас отсюда не будешь», — однажды заявил ему Дуг.

— Я у хозяина спрашивала, он так и сказал, — кивнула Сесилия. — А затем мне повезло: я встретила Кристину. Она-то и сообщила, где вы можете быть, — и неожиданно добавила: — Хорошенькая она у тебя, будь я мужчиной, обязательно бы в нее влюбилась.

«Теперь понятно, почему вы вместе. Но давай уже о деле».

— Не знаю даже, с чего начать, — замялась Сесилия, словно услышав мои мысли.

— Что-то очень плохое?

— Да не то чтобы плохое, просто неприятное. Этот ваш Ковар… — Я даже вздрогнул, когда Сесилия произнесла его имя, настолько не ожидал от нее это услышать. — В общем, он…

— Сесилия, ну не тяни же ты! Что с ним?

— Преследует он меня в последнее время. И хотя бы раз был трезвым! А вчера вообще концерт со швырянием денег устроил. «Сколько тебе надо?» — говорит. И еще — вот. — На свет появилось ожерелье из драгоценных камней, даже на первый взгляд дорогущее. — Оно, конечно, красивое, но не настолько, чтобы я сразу ему в объятия бросилась.

Я даже головой затряс. Ну ничего себе! Не ожидал от него такого. И ведь ни слова ни разу не сказал.

— Но и это еще не все. «Чем я хуже Флойда?» — спрашивает он меня постоянно. Можешь себе представить?

— Не могу, — честно признался я. — Так чем все закончилось?

— Пришлось полицию вызвать. Ты поговори с ним, пожалуйста, что так делать нельзя. А заодно и ожерелье отдай. — Сесилия пододвинула драгоценность ко мне.

— Поговорю, обязательно поговорю!

Я с ним так поговорю, что мало не покажется! Он что, решил: если много денег, ему все позволено? Но теперь хоть понятно, куда он пропал.

— Верю, Крис, верю. — Сесилия неожиданно рассмеялась. — Только смотри не прибей его. Вообще-то он милый мальчик, но разве девушек так завоевывают?

— А потом, когда полиция приехала, как он себя вел? — Все могло быть куда хуже, чем кажется на первый взгляд. С оружием мы не расстаемся, и пусть в его ношении никакого криминала нет, но мало ли что Ковару взбрело в пьяную голову? — Надеюсь, стрельбу он не устроил?

— Нет, — покачала головой Сесилия. — Хоть на это у него ума хватило. Вот, кстати, его пистолет.

И на столе появился револьвер Ковара. Не тот, который я забрал у Марка Войера и подарил ему, он давно уже покоится на дне Либеры. Но в точности такой же, Ковар приобрел его сам.

— Это револьвер, Сесилия. Надеюсь, он тебе им не угрожал?

— Не угрожал. Наоборот, клялся, что сам застрелится, еле уговорила отдать револьвер. Вчера злая на него была, своими бы руками убила, — призналась Сесилия. — А сегодня мне его так жалко стало! Подумала, что он до сих пор в полиции.

— Спасибо, мы его потерять уже успели. Кстати, может, тебя отвезти куда-нибудь? Вы как с Кристиной сюда добрались? — Я посмотрел на саму Кристину: как она там? Не бросает на меня полные ревности испепеляющие взгляды? И увидел свою невесту рядом с Карлой. Они весело о чем-то болтали.

— На таксомоторе приехали. А насчет отвезти… Не откажусь, и без того кучу времени потеряла. Меня, наверное, в мюзик-холле заждались.

— Тогда буквально минутку погоди.

Вдруг Кристина не захочет меня одного с ней отпускать? Вернусь, а она мне устроит сцену, с нее станется.

— Кристина, — подойдя, обратился я к невесте, — мне нужно Сесилию отвезти.

И я замолчал, ожидая ответа.

— Ну так и отвези, а я пока рыбу доем. — Блюдо с ассорти, предназначенное для негодяя Ковара, было уже наполовину пустым. — Надеюсь только, надолго ты не задержишься?

— Что-то случилось, Крис? — поинтересовался Дуглас.

— Случилось, — не стал отрицать я. — Вернусь, поедем Ковара из полиции выручать. — И, глядя на сразу посерьезневшие лица, добавил: — Кстати, сам ты и виноват: кто его когда-то насчет ожерелья надоумил? Кристина, может, все-таки поедешь с нами?

— Не поеду, — покрутила головой она. — Мне и тут хорошо. Да, Крис, предупреждаю: мы с тобой послезавтра на концерт идем: мне Сесилия контрамарки дала. Ла-ла, ла-ла, — напела она мотив очередного шлягера Сесилии. — Обожаю эту песню!

«Знала бы ты, откуда она взялась, эта песня», — уже за рулем авто думал я.

Сесилия все-таки выпытала, что это за мелодия, которую она ненароком услышала в моем исполнении, настолько мотив ей понравился. Выпытала и попросила себе. Конечно же я не отказал. А затем она написала на нее песню. Грустную, о прошедшей любви. Но именно такой она и должна была быть, потому что, когда мелодия родилась у меня, я думал о Кристине и о том, что нам никогда не суждено быть вместе.

— Так тебе в мюзик-холл, не передумала?

— Нет, — ответила Сесилия, с интересом глядя в окно. — А, показалось. Никогда бы не подумала, что у Марка и Сейгала могут быть какие-то общие дела.

С Марком все было понятно и без слов.

— А кто такой Сейгал? — поинтересовался я, обгоняя какой-то рыдван, груженный коробками. Следовало поторопиться: черт его знает, чем могло закончиться неожиданное заточение Ковара. К тому же предстояло еще и Кристину домой отвезти: в ее присутствии этот герой-любовник легко отделается.

— Ты его, наверное, не знаешь. Старший Габиз.

— Не знаю.

Я действительно его не знал, вернее, никогда не видел.

— Марк, кстати, до сих пор очень зол на тебя.

— И чего это ему все неймется? Давно бы пора уже забыть.

— Да там такая история… — Сесилия разулыбалась. — Марк спит и видит себя преемником своего крутого папаши. Не рядом с Ренардом, конечно. Хочет стать правой рукой старшего сына президента.

Ну да: все прочат, что именно он однажды займет место своего отца.

— А Эдвард все над ним насмехается: мол, если уж кого и делать помощником будущего президента, так это одного нашего общего знакомого. Понимаешь, о ком я?

— Понимаю.

Но ни малейшего желания не испытываю.

— А чего это ты о нем вдруг заговорила? — поинтересовался я.

— Мы не так давно в Затоне были, и я видела, как они о чем-то секретничают, Марк и Габиз. В окно сейчас увидела похожего на Марка мужчину и вспомнила. Ассоциативная цепочка называется: Марк, ты, а затем уже и Габиз.