Евгений Прошкин - Смертники

— Хорошая импровизация, но больше не надо, — сказал Михаил, садясь на задние лапы и поджимая передние. — Тут кругом осколки, я уже распорол ладонь.

— Извини, об этом я не подумал, — прошептал Гарин. — Сука рваная! — крикнул он без предупреждения. — Тварь продажная! Будь ты проклят! Служи, сука, служи!

Михаил завертелся на месте, пытаясь ухватить себя за несуществующий хвост.

— Ну все, хватит! Ты больше не пес! — объявил Олег.

Столяров тут же прекратил кружиться и встал по стойке «смирно».

— А кто я? — тихо спросил он.

— Не знаю… — растерялся Гарин. — Я пока не решил. Блин… вот дубина…

— Громче, — приказал Михаил.

— Дубина! — рявкнул Олег.

Столяров подошел к ближайшему дереву и звучно ударился головой о ствол.

— Ты что делаешь? — испугался Гарин.

— Молчи. — Он стукнулся еще раз.

После третьей попытки на лбу показалась кровь.

— Перестань, ты так убить себя можешь.

— Не бойся, я далек от этого.

— Но ведь больно же!

— Здесь мало… нервных… окончаний… — проговорил Михаил, сопровождая каждое слово новым ударом.

За пару минут он нешуточно разбил себе лоб и, смаргивая бегущую кровь, замер в ожидании новых указаний.

— Есть движение в окне, — проронил Олег. — На нас смотрят.

Внезапно из — за палатки вышел зомбированный. Гарин схватился за автомат, но увидел, что враг безоружен.

— Ты меня предал, скотина! — воскликнул Олег. — Я превращу тебя в тупого зомби!

Столяров, который тоже успел заметить противника, апатично двинулся ему навстречу. Когда они сошлись вплотную, Михаил не мудрствуя врезал зомбированному кулаком в лицо. Того отнесло в кусты, но спустя секунду он показался снова, со свернутым набок носом. Столяров схватил его за ремень и, присев, швырнул через голову. Упав, зомби встал с таким видом, словно ему дали бесплатно прокатиться на карусели. Михаил продемонстрировал ему еще несколько простых бросков. Бедолага падал не технично, до Гарина то и дело доносился явственный хруст костей, но каждый раз зомби поднимался и продолжал упорно идти на Столярова.

— Ладно, хватит издеваться, — буркнул Михаил.

Он повалил противника на живот, прижал ему спину коленом, завел руку под горло и рывком сломал шею.

— Надеюсь, это было не напрасно… — Столяров самовольно вернулся в образ собаки и, капая кровью со лба, затрусил к арке.

Гарин, стараясь не смотреть на окно, беспечно двинулся следом.

— Дома постираешь мне носки! — прикрикнул он, покидая двор. — А потом еще кое — что сделаешь, ясно? Я тебя, с — сука, научу хозяина любить!

Оказавшись на улице, Столяров еще некоторое время шел на четвереньках и лишь около универмага позволил себе перейти на обычный шаг.

— А если они не поймут? — спросил Гарин.

— Что тут непонятного? «Венца» у тебя нет, а ты все равно вертишь людьми, как хочешь. Уникум, второй Пси — Мастер! Поймут, куда они денутся. Коршун — уж точно.

— Ну, может, ты мне просто в карты проиграл. Типа, играли на «кукареку»…

Столяров обернулся и одарил Олега свинцовым взглядом.

— У тебя на такое «кукареку» тузов не хватит, родной. Посмотрим, чего загадывать.

Гарин шел за товарищем и машинально считал капли крови на асфальте. Левая рука у Михаила тоже была поранена, но он не обращал внимания. Олег с ужасом смотрел на эту нечеловеческую стойкость и думал лишь об одном: если Столяров настолько не жалеет себя — можно ли рассчитывать, что он пожалеет кого — то другого? Гарин невольно вспомнил всех тех, кого они встречали, от старого бандита на баркасе до сталкера Штиля, и понял, что некоторые вопросы лучше не задавать даже себе самому.

— Они клюнули! — Гарин ворвался в комнату и подскочил к шкафу с оружием. — Они идут. Их много!

Столяров как раз закончил бинтовать себе голову и методично собирал в пакет окровавленные тряпки, оставшиеся после обработки раны.

— Быстренько ребята раскачались, — благостно промурлыкал он. — А ты говорил — не поймут, не поверят… Кто там, наемники или «монолитовцы»?

— Кажется, наемники. Синие.

— Ну конечно, вся грязная работа на них. — Михаил закончил уборку и посмотрелся в треснувшее трюмо. — М — да… А что ты за стволы хватаешься? Стрелять, что ли, в них собрался?

— Я думал — и так, и так… — Гарин замер с автоматом в руках.

— Нет, Олег. Только так. — Он расстегнул комбинезон и достал оттуда «венец». — Не забудь: в окне тебя с ним видеть никто не должен. Ведь твой артефакт Порох отнес Коршуну. — Столяров подмигнул и, чуть сдвинув пыльную занавеску, выглянул на улицу. — Ма — ать честная…

— Вот — вот. Многовато.

— Твои способности оценили по достоинству. Внушить такому свирепому мужику, как я, что он собака… а потом еще заставить башкой в дерево биться… — Михаил осторожно потрогал повязку. — Это, наверное, круто. Ты бы хотел так уметь на самом деле, а?

— Это не дар, это проклятие.

— Ну признайся.

— Да я боюсь этого как огня!

— Ладно, хватит трепаться. — Столяров посерьезнел. — Пойдем повоюем.

В кухне Михаил загодя оборудовал огневую точку: выстроил на подоконнике амбразуру из книг и приготовил все рожки, что были в наличии.

Олег заглянул ему через плечо — наемники передвигались по двору медленно и аккуратно, не подставляясь. Они не спешили: скрыться сталкерам было некуда.

— Правильно, засветись как следует, — поддержал Столяров. — Пусть убедятся, что не зря явились. Только без «венца»! — напомнил он.

— Я еще не надевал. Не знаю, с чего начать…

— Тут я не советчик, — сказал Михаил и сделал два одиночных выстрела наугад.

В ответ окно осыпало градом путь. Стекла гигантскими леденцами выпали из рамы и обвалились на пол, моментально придав кухне вид заброшенного помещения. Из сооруженной Михаилом книжной пирамиды выскочило несколько томов. Один из них врезался Гарину корешком в живот, но удар был слабым.

— Даже не зацепили, — прокомментировал Столяров. — Тебя берегут настолько, что и мне, похоже, опасаться нечего.

Только он это сказал, как новая пуля свистнула где — то совсем близко и с деревянным стуком вошла в стену. Михаил схватился за мочку уха:

— Не попала, обожгла. Это какой — то оглашенный, сейчас ему мозги прочистят. — Он снова высунулся в книжную амбразуру и, не целясь, дал несколько коротких очередей. — Ну что ты смотришь? Или ты думаешь, что я в одиночку остановлю такую атаку?

— Мы и вдвоем ее не остановим.

— Это верно. Но все — таки начинай потихоньку.