Сергей Кусков - Расправляя крылья: Шаг перед пропастью

Я начал перечислять действия своего противника по пунктам, один за другим, благо, выучил запись из вагона наизусть, посекундно. Когда почти закончил, он перебил:

— То есть, судя по описанному, если бы это не был гражданин Марса, если бы на месте пострадавшего Авакяна был подданный Венеры, ваши национальные чувства задеты бы не были. Я правильно понимаю?

— Сеньор… Господин адвокат, там был именно гражданин Марса! С друзьями — гражданами Марса! — настоял я. — И они делали все, чтобы унизить нашу девушку, вытереть о нее ноги.

— Но если бы это были НЕ граждане Марса, — продолжал давить адвокат, — то вы бы возмутились просто отношением к девушке, как нормальный человек возмущается поведением обычного отморозка! В испанском есть слово "отморозок"? Вы в достаточной степени понимаете, о чем я? — уточнила эта скотина, вновь играя на публику.

— Да, сеньор. Я вас прекрасно понимаю.

— Это хорошо. В таком случае повторю вопрос: если бы на месте господина Авакяна с друзьями были, скажем, венериане, китайцы, имперцы, африканцы — был бы в этом случае национальный вопрос вынесен за скобку?

— Нет, — отрезал я, покачав головой, слыша, как за спиной вновь начинается шум. — Не был бы. Господин Авакян и товарищи были ГРАЖДАНЕ Марса. — Я почувствовал, как в душе просыпается злость. — И вели они себя так, как привыкли вести себя на наших улицах ГРАЖДАНЕ МАРСА!!!

Шум почти перекрыл громкость голоса, судья постучал молоточком. Адвокат продолжил:

— То есть, вы хотите сказать, что у граждан Марса есть некий особый вид поведения, я правильно понимаю? И что ни один хулиган, НЕгражданин Марса, не может вести себя так же?

Зал гудел, но мы больше не обращали на него внимания.

— Вы хотите вынести за скобку то, что было причиной раздора, — парировал я, чувствуя, что аргументации недостаточно. ТАКОЙ, стандартной. Передо мной волки, которые выкрутят что хочешь как хочешь. — А камнем раздора стало именно МАРСИАНСКОЕ отношение Авакяна Артема к девушке, имени, пардон, не знаю, при громогласной поддержке друзей! И я могу доказать это на примере записи нашего разговора в вагоне метро.

— Еще раз, — победно усмехнулся лысый, проигнорировав упоминание о записи, — вы хотите сказать, что более НИКТО, представитель ни одной национальности, не мог вести себя таким же образом. Это могли сделать только марсиане. Что будь на их месте кто-то иной, конфликт был бы погашен. Так, сеньор Шимановский?

— Так, — ответил я, чувствуя, как дрогнул голос. Зал неистовствовал.

— Тише! Тишина!..

Судья несколько раз стучал молоточком, пока гул в зале немного не стих.

— Ваша честь, у меня всё! — закончил коротышка, не скрывая настроя.

— Ваша честь, я могу подтвердить данное высказывание делом, разобрав запись по пунктам!.. — попытался протестовать я, но был перебит:

— Отклоняю! Свидетель Шимановский, вы высказали свою точку зрения, ваша позиция понятна. В просмотре записи нет необходимости, она была рассмотрена нами не один десяток раз, в самых мельчайших подробностях.

— Но ваша честь…

— Достаточно, свидетель Шимановский! Еще вопросы есть? — Это уже не мне.

— Нет, ваша честь.

И обвинитель, и адвокат отрицательно покачали головами.

— Сеньор Шимановский, вы свободны! — победно улыбнулся он, напоследок зло сверкнув глазами.

Зал снова начал гудеть, это дало мне несколько секунд собраться с мыслями.

— Ваша честь, на мой взгляд, здесь имеет место намеренное игнорирование факторов, определяющих судьбу процесса, — не сдавался я. — Вы не учитываете несколько нюансов, национальных особенностей, судите всех по себе, а это неправильно. Я все же прошу слова, выступить и доказать вам, что вы ошибаетесь.

— А на мой взгляд, сеньор Шимановский, вы пытаетесь выдать желаемое за действительное, возможно, испытывая к обвиняемым неприязненные чувства личного плана, поскольку находитесь под следствием дела об убийстве. — Есть, инфа проскочила. Совсем немного, но градус настроя в зале сбить должен, а это уже хорошо. — Мы рассматриваем дело семерых обвиняемых, — продолжил он, — с которых началась драка в метро. Которые повели себя, и этому масса доказательств, некрасиво. Недостойно звания уважаемого человека, а, возможно, и просто человека. Но недостаточно некрасиво, чтобы судить по их действиям обо ВСЕХ граждан Марсианской республики, сеньор Шимановский. До свидания, вы свободны!

Начавшийся шум носил явно одобрительный характер, но уходить я не торопился. Это была точка, но только точка в обязательной программе. Дающая старт программе произвольной. И я вновь поднял руку.

— Вы еще здесь? — скривился судья, лицо его побагровело бы, владей он собой хоть немного хуже.

— Да, ваша честь. У меня к вам вопрос личного характера, позволите?

Пауза. Наверное, опешил от такой наглости. Но на нас смотрели миллионы, он не мог заткнуть меня совсем уж грубо, потому я, почувствовав слабину, продолжил:

— Вам известно, что взаимоотношения венериан и марсиан далеки от идеала? Думаю, да, ибо вы производите впечатление умного грамотного человека, разбирающегося в происходящем. Вам так же наверняка известно, что сейчас эти отношения на грани взрыва, за которым последуют новые погромы, новые жертвы. И когда взаимная ненависть зашкалит, окончится все разрывом космического Альянса.

Теперь пауза, необходимая для усвоения слов "стадом". Есть, продолжаем:

— Вам так же наверняка известно, какие глобальные последствия в мире это вызовет, какие сдвиги в геополитике. Потому, что повторюсь, вы производите впечатление умного и грамотного человека. Потому мой вопрос таков: сколько денег вам заплатила имперская разведка за то, чтобы вы "слили" данный процесс, упирая его в несущественные мелочи, не давая высказаться противной стороне, ускорив тем самым развал Альянса?

Несколько секунд ничего не происходило, затем начались возмущенные выкрики, усиливающиеся и усиливающиеся, переходящие в негодующий гвалт. Который, к слову, тут же начал и затихать. И кажется, впервые с момента начала выступления в зале появились мои сторонники.

Судья побагровел. Против него играли камеры, а так же сотрудники дворцовой стражи, стоявшие за моей спиной. Он не мог себе позволить вышвырнуть меня, хотя видит бог, как сильно хотел. Что, сеньоры, не нравится? Вы первые начали, так что я в домике, не надо так буркалами зыркать! Слова сказаны, и сказаны на огромную аудиторию вещания. Даже если я сейчас уйду, так просто эту тему теперь не замнешь. А значит, есть надежда, что его превосходительство с королевой ситуацию все-таки нужным образом выкрутят. План-минимум выполнен.