Сурен Цормудян - Отражение во мгле

Для реализации этой идеи они планируют оккупировать Перекресток Миров, взяв его жителей, территорию и, конечно, ферму под свой контроль. Если это произойдет, то отбор неприкасаемых будут вести уже они и имеющиеся у кого-то жетоны утратят свою силу. Рождаемость в Архионе лет десять назад была ниже, чем у нас, и поэтому они понимают, что через несколько лет баланс сил может измениться. Часть населения состарится, а молодая смена будет недостаточной. Поэтому логично, что тварелюбы попытаются присоединить нас к себе.

Однако эту информацию мне необходимо проверить. Не исключено, что это провокация, например, свидетелей Армагеддона. Возможно, нас и тварелюбов хотят стравить, чтобы мы ослабли в войне и позволили другим, более слабым сейчас коллективам занять наши убежища. Я пока не могу сказать, откуда поступила информация, иначе подведу хороших людей. Скажу лишь, что политической разведкой во благо нашей общины занимаюсь уже очень давно и не в одиночку. Чтобы избежать непоправимых ошибок, мы с Василием Селиверстовым попытаемся выяснить намерения тварелюбов. Если информация подтвердится, то Селиверстов, как единственный человек, способный вести на равных диалог с Аидом, попробует заручиться у него согласием на венный союз против Архиона. В любом случае, если к исходу указанного мною срока ни я, ни он не вернемся на Перекресток Миров, это будет означать, что первичная информация верна и нашей общине следует ждать нападения тварелюбов в любой момент.

В этой ситуации необходимо оповестить искателей и всех наших людей, что заняты в питомнике. Помните, что оккупация лишит большинства из нас жен и придется вкалывать в десять крат интенсивнее, чтобы доказать новым хозяевам свою „состоятельность“. Того, кто не докажет непосильным трудом свою полезность для новой власти, отдадут тварям как лишнего.

В приготовлениях к отражению атаки нельзя рассчитывать на старосту Едакова и его вооруженных людей. Есть информация, что захват Перекрестка Миров будет осуществлен Архионом по сговору с нашим руководством. Вполне вероятно, что Едаков и его приближенные решили отдать общину тварелюбам в обмен на личные блага и безопасность. Это значит, что серьезных военных ресурсов тварелюбы не задействуют, ведь основная часть нашего населения не имеет оружия, даже больших ножей. Чтобы избежать порабощения, нам необходимо овладеть арсеналом и организовать оборону. Необходимо изолировать Едакова и его людей, предварительно разоружив их. Нейтрализовав власть Перекрестка Миров, займите круговую оборону и ждите нападения».

Борис оторвался от текста и крикнул в сторону кабинки, предназначенной для отдыха дежурной смены охраны питомника:

— Тимоха, слышь?!

— Ай, — отозвалась кабинка, и оттуда вылез лысый и худощавый сверстник Камолина. — Чего, Борь?

— Давай срочно собери бригадиров наших. А еще позови Саньку Холода. Беслана, Алишера, татарина и бульбаша.

— Лады. А что случилось?

— Вот соберетесь все тут, и я объясню. Только чтобы без лишней суеты. И чтобы люди старосты ничего не знали.

Тимоха удивленно посмотрел на Бориса.

— Даже так? Ну ладно. Сейчас созову всех…

Белый вездеход перемалывал широкими гусеницами свежий снег и оставлял отчетливый след. Дьякон находился в пассажирском отсеке, где располагалась аппаратура связи и были сиденья по обоим бортам. С водительской кабиной отсек соединялся окошком, стекло было сдвинуто в сторону. Виднелся крепкий затылок Обелиска, который вел машину. Дьякон вынул перископ из гнезда; внутрь хлынул холодный воздух. На кольце, способном поворачивать средство наблюдения на 360 градусов, рейдер стал аккуратно устанавливать кронштейн для крепления устройства, имеющего совсем иное предназначение.

— Командир! — крикнул Обелиск.

— Что? — спросил Дьякон, продолжая свою работу.

— Может, как-нибудь определимся с названием этих существ?

— Я же их вроде как-то назвал, когда ребята отправились в этот чертов рейд.

— Гребаная неведомая херня?

— Наверное. Не помню.

— Слишком длинно, командир!

— Да плевать мне, как они называются. Ребята в беду попали. Барон погиб. Плевать мне, Оби!

— Давай назовем их гренхами!

— Я же сказал! Плевать! Мне сейчас все равно кого мочить! Только бы ребят из этого дерьма вытащить!

Дьякон поднял сиденье у правого борта. Там покоился шестиствольный пулемет ХМ-214, уменьшенная версия американского пулемета М-134. Двести четырнадцатый, со стволами под натовский патрон 5,56, был когда-то, в том еще мире, довольно известен благодаря популярным кинобоевикам. Однако серийно он не производился и на вооружении не состоял. Тем не менее российское оборонное ведомство наряду с французскими кораблями-вертолетоносцами, израильскими беспилотниками, английскими снайперскими винтовками и итальянскими кастрюлями и чайниками закупило незадолго до мировой войны опытную партию этих пулеметов. Ни Дьякон, ни его люди не знали, для чего это было сделано. Равно как и не могли понять, зачем при отечественных традициях и опыте кораблестроения, производства летательных аппаратов, стрелкового оружия и банальной посуды покупать все это за рубежом. Тем не менее практически вся партия пулеметов каким-то образом оказалась в распоряжении тайного братства.

Кольцо позволяло высунуться из теплого отсека, как танкисту из башни, только надо было избавиться от рейдерского силового костюма. Что и сделал Дьякон, после чего вылез по пояс, приладил к кронштейну пулемет и стал прикручивать люк, чтобы не выстужать салон вездехода.

— Поднажми, Оби! — крикнул он.

— Как могу! — был ответ.

Позади свистели под набегающим потоком воздуха выдвинутые из кормовых пеналов антенны. Локальную связь, в пределах десятка километров, они обеспечить могли, хотя и предназначались для работы со спутниками. Но спутников давно уже не существовало. Могли антенны и запеленговать наночип человека, из-за которого рейдеры оказались в этом городе.

— Оби!

— Да, командир!

— Ты попутно сканируй нашего клиента! Хорошо бы его поскорее найти и убраться отсюда!

— Сканер работает, командир!

Дьякон закончил монтаж люка и убедился, что тот закрывается плотно. Рейдер довольно хмыкнул и снова вылез наружу — надо было зарядить пулемет.

Вдруг вездеход резко затормозил. Дьякона качнуло вперед, в ребра впился кронштейн пулемета.

— Черт! Обелиск! Какого хрена?! — Командир нырнул в отсек и через внутренне окно посмотрел на товарища.

Тот резко повернулся, взволнованно доложил:

— Дьяк! Есть сигнал от наночипа! И он не один!