Кирилл Алейников - Сияние. Остров теней

Стас схватил пистолет. Он хотел также взять с собой и бумаги, но, посмотрев на них, выкинул эту мысль. Бумаг было слишком много, и нести их не представлялось возможным.

Третий удар сообщил, что крышка люка в бункер больше не заперта. Стас заглянул в соседнее помещение, где располагался выход, и обомлел: мертвецы лезли в отверстие люка, сверкая черными глазищами. Не думая больше ни секунды, Стас открыл огонь из пистолета. Он пытался попасть тварям в голову, ведь именно так их можно было лишить подвижности и убить. Вместе с тем Стас пятился назад и кричал:

— Дверь! Открой вторую дверь!

Он знал: там есть какой-то туннель. Возможно, это туннель вроде найденного американскими летчиками. Сейчас туннель стал единственным путем к спасению.

Марина ударила по кнопке на стене, ее сердце сжалось и замерло. А что, если дверь не откроется? Но металлическая зарешеченная дверь со скрежетом отворилась. Марина бросилась в туннель, но вдруг остановилась. Она развернулась и тщательно осмотрела дверь с внешней стороны. Щеколда. Здесь есть щеколда!

Стас выстрелил еще раз. В голове вертелся вопрос: сколько патронов у него осталось. Сколько раз я могу выстрелить?! Один? Два? Ни одного? Он пятился назад, ведь ясно слышал, что Марине удалось открыть дверь. Слава богу, слава богу. Теперь остается надеяться, что нам повезет и дальше. Стас думал, можно ли запереть дверь снаружи, чтобы не дать мертвецам возможность преследовать людей. Один из зомби, сраженный пулей в голову, свалился на бетон и перестал шевелиться. Но другие лезли в люк. Через несколько секунд они будут уже в помещении связи. Стас сделал последний шаг назад и…

— Эй, какого черта?!

…уткнулся в запертую металлическую дверь спиной. Марина, бледная словно смерть, стояла по ту сторону решетки. В глазах ее читалась решимость.

— Открывай же! Ты что, с ума сошла!?

Марина медленно покачала головой.

— Ты выстрелил в мою мать, гад.

— ОТПИРАЙ ДВЕРЬ, СУКА!

— Она была жива, но ты превратил ее в мертвую. Я знаю это. Я чувствую.

Стас в панике обернулся. Мертвецы уже вторглись в помещение связи. Он что есть сил ударил дверь плечом, затем пнул, но мешала щеколда с той стороны. Даже нажатие на кнопку не отперло ход, спасительный ход.

— ОТКРЫВАЙ, ТВАРЬ!..

Марина сделала шаг назад, во тьму. Затем развернулась и быстро побежала прочь.

Стас понял, что обречен. У него в руках был пистолет, но как его применить, он решался почти секунду. Сука, сейчас я пристрелю тебя… ах вы, мрази, иди сюда, получи, ублюдок… я не стану ходячим трупом, я лучше застрелюсь…

Марина бежала и бежала, пока темнота полностью не поглотила ее. За спиной она слышала шипение и визг мертвецов, проклятия Стаса, а затем — выстрел. Больше она не слышала ничего. Девушка торопливо шла на ощупь, придерживаясь руками стен узкого туннеля, пока в буквальном смысле не уткнулась носом в лестницу. Она быстро вскарабкалась по металлическим скобам, поводила рукой по железному люку над головой и с трудом открыла его. Крышка люка противно лязгнула о камни, в глаза ударил резкий солнечный свет, переносимый с трудом после слабо освещенного бункера и неосвещенного вовсе подземного хода.

Марина вылезла наружу и торопливо затворила крышку люка. Оглянулась, пытаясь определить, если ли поблизости опасность. Но вокруг цвели благоухающие цветы, носились роями насекомые, а в ветвях перекрикивались пестрые попугаи. Парочка грызунов бросилась наутек, видимо, напуганная внезапным появлением человека.

Неширокое ущелье здесь заканчивалось крутым земляным склоном. Девушка пробежалась до него и быстро вскарабкалась к лесным зарослям. Она была жива… Она была жива, я видела ее глаза… А он, скотина, прострелил голову ей, моей маме!.. Пусть подохнет за это… В лесу пахло сразу миллионом запахов, вскруживших голову после пыльных и сухих подземелий. Марина не знала, куда ей идти, но понимала, что оставаться в лесу одной опасно. Потому решила идти туда, куда направлялась вся группа до нападения мертвецов.

К месту, где эта скотина видел отсвет костра.

Проклятая тварь! Сука! Она сошла с ума!

Стас отбежал от двери, на которую тут же налетел мертвец. Ловкость и проворность зомби вызывали ужас. Мертвецы обычно лежат в гробах и не шевелят даже пальцем на ноге, а эти — носятся как угорелые, прыгают и даже дерутся! Сзади подскочил еще один монстр. Стас приставил к его лохматой, изъеденной временем и живностью голове ствол пистолета и выстрелил. Ошметки мертвой плоти брызнули вокруг, оросив Стаса вонючей, черной, словно нефть, дрянью. Противников было еще по меньше мере пять-шесть, а затвор пистолета заклинило. Кончились патроны, черт возьми. Кажется, я попал.

Стас укрылся за стеллажами, соображая, как выпутаться из весьма затруднительного, смертельного положения. Сука оставила меня подыхать. Ну ничего, вот превращусь в мертвеца, найду тебя и выгрызу твое сердце… Эта мысль немного приободрила Стаса, но он по-прежнему не желал становиться мертвым. Живым ему было гораздо лучше.

Мертвецы обступали стеллажи. Они сверкали черными глазами и тихо шипели, но уже не бегали. Понимали, очевидно, что человеку некуда деться. Стас начал шарить пространство вокруг глазами и вдруг натолкнулся на очень подходящее средство защиты: на стене в деревянной раме висел пожарный топор. Стас молниеносно схватил его и успел замахнуться как раз вовремя, чтобы опустить тяжелое оружие на голову бросившегося вперед мертвеца. Со звуком раздавленной дыни голова зомби развалилась на две части, а сам он тут же рухнул на пол. Стас освободил топор и размахнулся вновь. Следующий удар отсек голову второму мертвецу, отделил ее аккурат по шее от туловища.

— Получите, твари!

Стас был в ярости. Он размахивал топором, не подпуская мертвецов. Те, поняв, что ломиться просто так бессмысленно, стали обходить человека, окружать. Еще двоих Стас сначала лишил конечностей — отрубил каждому по руке у ключицы, — а затем фактически разрубил надвое. Но последний мертвец ловко пригнулся и бросился Стасу в ноги.

— А-а-а-а! — завопил Стас, ощущая, как собачьи зубы вгрызаются ему в икру.

Из лежачего положения было трудно нанести смертельный удар, потому Стас поначалу лишь ранил противника, прорубив в трех местах спину. Но четвертый удар топором раскроил мертвецу череп.

Бой закончился в пользу Стаса. Несколько воняющих трупов истекали гутой жидкостью нефтяного цвета, один все еще шевелился в конвульсиях, недорубленный напополам. Стас с омерзением на лице широко размахнулся и отнял тому голову.

Черт. Черт-черт-черт…