Фантастика 2026-181 - Маргарита Блинова

Мясник резко втянул воздух, оттолкнулся от земли и взмыл к облакам. Вместе с ним поднялось облако пыли, сухой листвы и капель влаги. Я судорожно закашлялась, прикрывая глаза от мусора, повернулась, чтобы посмотреть на тиграя, но встретилась взглядом с изумленной толпой адептов.

Ребята замерли у перехода в Черный сектор. Никто не шевелился, точно факультет звездокрылов играл в детскую игру «Лесная фигура, на месте замри». Фару схватился за голову и застыл в таком положении. Глен стоял с открытым ртом. Одна из девочек уронила сумку с тетрадями, и теперь ветер трепал страницы конспектов у ее ног.

На секунду мне показалось, что я вижу за спинами Астрид, но почему-то в форме звездокрыла. Личико девушки исказилось гримасой ненависти, но стоило мне моргнуть, как она чудесным образом исчезла.

Однако самое грандиозное зрелище представляла из себя величественная фигура Эрики Магни. Декан стояла с невероятной смесью испуга и удивления на лице, которое, впрочем, быстро сменило удовольствие, тщательно спрятанное под маской строгости.

Она шагнула было ко мне, но спохватилась и глянула на замерших адептов.

— Так, смертники, чтобы никаких попыток повторить эту глупость за адепткой Нэш! Все ясно?

Адепты в черных комбинезонах факультета послушными болванчиками закивали. Принялись на все лады и голоса уверять дорал-кай, что вот они на такой шаг не осмелятся и вообще очень хотят жить, желательно все с тем же количеством конечностей, что и при рождении.

Эрика Магни сделала вид, что поверила, развернулась и, по-военному печатая шаг, с неизбежностью десятиметровой волны в шторм двинулась в мою сторону.

— Адептка Нэш! — повысила она голос. — Каюсь, я подумывала о том, чтобы кинуть кого-то в пасть Мяснику, но исключительно ради воспитательного момента, а ты что устроила? Откуда эта тяга к членовредительству?

— Госпожа Магни… — жалобно пролепетала я. — А можно я сяду? А то вот-вот ноги откажут.

Грозная дорал-кай глянула, как я медленно оседаю на землю, потому как да, наступил откат и ноги действительно перестали держать. Женщина привычно ругнулась в духе «грек твою налево» и подхватила меня за талию.

— Смертница, — припечатала она и покачала головой. — Храбрая, но какая ж глупая…

И уже совсем другим тоном.

— Нэш, ты что удумала? Никаких обмороков, девочка! Да, Мясник взлетел, но ты должна понимать, что он не только взбешен, но и измотан. Запала в засранце хватит на половину круга вокруг академии, а дальше он приползет и рухнет мордой в кормушку. В идеале полную фруктов. Так что рано расслабилась, смертница. Хватай тележку и вперед на кухню!

Эрика Магни подтолкнула меня в спину, сама развернулась к тиграю.

— Мел, тебя я убью и попинаю чуть позже. — А дальше крикнула все еще пришибленным адептам: — Так, а вы чего застыли, как сурикаты в дозоре? Бегом марш за свежей водой для поилки! Живо-живо-живо!

Очнулась я уже в закутке Мясника. В одной руке нож, в другой свежее яблоко, которое я достала из доверху груженной фруктами тележки. В замешательстве глянула на кормушку, на собственные руки и прыснула от смеха.

Да, надо признать, что Эрика Магни мотивирует ничуть не хуже моей мамы.

Через пару минут работы в проходе послышались тяжелые шаги и в проеме показалась морда Мясника. Он заметил меня возле кормушки, замер и возмутился:

— Гр-ра!

— Ой, да будь мужиком! — чуток вышла я из себя, развернулась и посмотрела в глаза упрямцу. — Проблема не в том, что у тебя кризис, депрессия и все такое. Проблема в том, что твоя старая стая тебя изгнала, а как начать дружить с новой — ты не в курсе. Ты звездокрыл. Тебе жизненно важны общение и постоянный тактильный контакт. Тебе нужно спать вповалку и чувствовать свою принадлежность к чему-то большему. Ты загибаешься один, поэтому привлекал к себе внимание самыми нестандартными способами. Но это так не работает.

Я немного помолчала, вслушиваясь в оглушительную тишину и хриплое дыхание обессиленного завра, и добавила:

— Признать неприятную для себя правду не значит отказаться от борьбы.

Несколько долгих минут Мясник смотрел на меня, а после медленно зашел в загон, рухнул рядом и опустил морду в кормушку.

Начиная с этого дня больше проблем с полетами и аппетитом у звездокрыла не возникало. Увы, но проблема с характером так и не реши- лась.

* * *

После того как Мясник поел и провалился в сон, я убралась в его загоне, долила свежей воды в поилку и только после всех этих вынужденных манипуляций по комфорту завра побрела в сторону арки перехода. Уставшая, но невероятно довольная собой, прошла по проходу мимо вольеров, махнула на прощание рукой ребятам и вышла на улицу. Свернула, намереваясь поскорее покинуть Черный сектор, доползти до душа и завалиться спать, как вдруг порыв теплого воздуха закружил мои волосы.

Повернувшись, я увидела морду Мясника, прислонившегося носом к отверстию отдушины. Он сонно моргал и, видимо, поднял голову только для того, чтобы вопросительно рыкнуть что-то в духе «ты куда».

— Все хорошо. Спи.

Я подошла, подняла руку над головой, встала на цыпочки и положила открытую ладонь между ноздрей завра. Тот протяжно выдохнул.

— Я вернусь. Не переживай.

Погладила черные удивительные чешуйки звездокрыла и внезапно вспомнила свой первый день практики с Эрикой Магни.

А ведь уже тогда я хотела подойти к Мяснику!

И вот сделай я это, не было бы пореза на руке, не было бы похода в лекарское крыло и ошибки Знающей. Не было бы сине-желтой формы и факультета ядожалов. Не было бы яростного Борщевика, несущегося на перепуганную адептку, и попыток переучить меня. Не было бы боевой практики и спасенных галчат.

Ничего бы из этого не случилось.

Я не стала бы другой.

Пока я находилась в моменте событий, то часто спрашивала, почему все это случилось со мной? Почему этот мир так несправедлив к Адриане Нэш и постоянно испытывает на прочность? Почему, почему, почему…

Сотни «почему» без ответов.

Но теперь, оглядываясь назад, неожиданно подумала: а что, если мне нужно было пережить все это?

Я словно прошла через круг событий, который изменил меня, и вернулась к тому, с чего начинала. И все ради того, чтобы сегодня Мясник полетел и позволил быть рядом.

— Хм-м…

Успокоенный звездокрыл широко зевнул, обдав меня еще одним порывом ветра, а