Андрей Жиров - Отмщение
И вот сейчас, кажется пора... Офицеры как раз закончили построение, все проверили, всех накрутили. Заворчала на краю площади выстроенная в две колонны техника. Да и люди, тесня друг друга, все более восторженно шумят в предвкушении. Глянув на часы, адмирал коротко кивнул: без двух минут три. Время...
Со спины между тем подошла делегация города: Варза, вновь преобразившийся - на этот раз в привычный костюм и пальто, разве что без шапки, начальник комсомола, Хопкинс, Токин и ещё несколько неизвестных.
- Ну что, Александр Игоревич? - спросил председатель райисполкома, положив адмиралу ладонь на плечо. - Пора...
- Да... - задумчиво кивнул Кузнецов, не отрывая взгляда от площади. - А что, не смог прибыть начальник городского гарнизона? Все-таки своих принимать тоже будет. Да и начальника НКГБ не видно...
- Нет больше у нас командующего гарнизоном... Вообще генералитета нет... - зло бросил Варза. Отвернулся в сторону, руки - по карманам, дышит тяжело.
- То есть как? - тут же уточнил Кузнецов. С удивлением перевел взгляд на собеседника.
- А вот так! - скривившись, бросил недовольно Варза. - Что смотришь? Как немцы пришли - генералов сразу под арест взял, охрану приставили. Начальника ГБ и вовсе увезли к себе в штаб, а после - в Новосибирск. Ну а когда поняли, что твориться - по-быстрому обрубили концы. Вот так... Черт! Даже ведь стариков - профессоров и ректоров академий не пожалели!
Тут Варза вновь смолк, привычно скрестив руки на груди. Нога ожесточенно вколачивала дробь по мостовой. Помолчали недолго. Памятуя о долге, председатель оперативно взял себя в руки, уже спокойно произнес:
- Все, Александр Игоревич! Действительно пора уже. Время...
А на площади, вторя сказанному, торжественно грянул медью оркестр...
Часть 7 - Предел.
Глава N19 - Кузнецов, Ильин, Фурманов. 17.20, 18 ноября 2046 г.
Уходить всегда тяжело. Единственное утешение - уйти, чтобы вернуться. Или хотя бы знать: даже без тебя всё будет хорошо. Не так уж много, говоря по-правде... И ещё: прощание не стоит затягивать. Если нужно - уходи сразу, рви и не жалей. Неизвестно, благоволит ли удача храбрецам, но нерешительность - верный способ навлечь её гнев.
И потому Кузнецов заявил о намерениях с ходу, во время торжественной речи. Вначале, конечно, были слова приветствия и благодарности, а уже после прозвучавшее громом среди ясного неба: "Мы уходим..."
Офицеры о планах командира знали - тот заранее предупредил, что не намерен оставаться в городе. Сразу же после победы - и в том же кабинете, где впервые заявил о необходимости применить "трофейное" ядерное оружие. Задержка только на отдых - до темноты. А после полным ходом на Новосибирск. Мнения по устоявшейся традиции разделились: большинство офицеров подобную спешку с ходу осудили. Выразителем мнения стал Лазарев:
- Александр Игоревич! Люди ведь не железные - и так который день жилы рвут. А сегодня и вовсе только из боя! Я уже не говорю про ремонт, пополнение запасов!
- Действительно, товарищ адмирал, - присоединился к коллеге полковник Любчич. - Что нам даст этот поспешный маневр?
- Зачем? Что даст? - повторил Кузнецов чуть растягивая слова. На миг закрыв глаза ладонью, замолк и лишь после устало ответил: - Не о том спрашиваете... Что даст бригада, расквартированная в Томске? Ну? Смелее.
Офицеры только переглянулись - и ни слова - промолчали.
- Останемся в городе - нас блокируют. И все... - продолжил адмирал, так и не дождавшись ответа. - Чего ради тогда марш? Чего ради освобождение города? Сделаем так - и всё насмарку. С равным успехом можно было вовсе ничего не делать.
- Позвольте, Александр Игоревич, - решительно возразил Лазарев. - Освобождение Томска - не безделица. И победа над противником тоже. И люди не просто так погибли.
- А я и не говорил о бессмысленности, - легко признал Кузнецов. - Я-то как раз и предупреждаю об опасности потерять завоёванное. Пустить по ветру усилия. Ещё раз повторяю: стоит задержаться здесь на лишний час - нас окружат. И так, считайте, блокировали. Единственные шанс: идти на прорыв.
- Но ведь бригаду обнаружат! - резонно возразил Лазарев.
- Согласен, - вновь вмешался Любчич. - Город сейчас наверняка под пристальным контролем. Выход войск так или иначе засекут. Так что неожиданности не добиться и встречу противник успеет подготовить.
- Встречу? - подхватил эстафету Лазарев. - Да на марше выбьют! Что им стоит? Мы же как на ладони! Без прикрытия, без авиации, без спутников - все равно, что голые!
- И что? - иронично заметил Кузнецов. - Из этого следует, что нужно остаться здесь и забиться в норы поглубже?
- Разумно выбрать реальный шанс, а не авантюру, - нахмурившись, заметил Лазарев. - Возможно, оставшись здесь, мы не сможем сделать ещё что-то значимое. Не сразу, во всяком случае. Но только лечь на марше - ещё большее преступление перед сделанным. Тогда уж точно всё зря.
- Ясно... - ответил Кузнецов, чуть заметно кивнул. - Может, кто-нибудь решится возразить? Кроме меня?
Офицеры невольно стали переглядываться: настороженные взгляды метались по сторонам, выискивая храбреца или безумца, который бы рискнул поддержать опасный позыв адмирала.
Наконец, через несколько секунд напряженного молчания, нарушил тишину Ильин.
- Разрешите? - поднялся со стула полковник. Кузнецов благодарно кивнул. - Я надеюсь, мне никто не станет обвинять в излишней горячности или авантюризме?
В ответ раздались одобрительные короткие смешки.
- А раз так, - спокойно продолжил полковник, - То вот мое мнение. Я считаю, что выступать нужно как можно раньше. Это не просто правильный, а единственно верный в нашем положении выбор.
- Даже так... - протянул Лазарев, неодобрительно покачивая головой. - На риск стало быть наплевать?
- Алексей Тихонович... - усмехнулся Ильин, - Да ведь вся наша кампания - сплошной риск! Авантюра на авантюре! Через половину страну туда - и обратно! Не говоря уже про секретные склады, перелеты в ночь без приборов... Да мало ли? Все под знаком риска.
- Но это по-прежнему не означает, что любой риск оправдан, - возразил Лазарев, уверенно обороняющий занятые позиции. - Иначе можно до абсурда дойти!
- Наше ремесло вообще связанно с опасностью, - заметил Ильин. И тут же поднял руку, предупреждая возражения. - Подожди! Я не обвиняю! Просто хочу напомнить: прежде всего при выборе цели нужно рассматривать потенциальную и реальную перспективы. А уже после вопрос выживания.
- Считаешь, сомнительный шанс взятия Новосибирска важнее реального удержания Томска?
- Не важнее, - спокойно поправил товарища Ильин. - Я уже говорил: единственный. Томск удержат и без нас. Во всяком случае, какое-то время справятся - врасплох местных не застать. И, что важнее всего: Томск этот Томск. Как бы ни уважал и не любил все города Родины, военно-политического содержания нельзя забывать.