Александр Хиневич - Джоре (СИ)
Дети впали в жуткий ступор и походили на статуи, из парка пионеров. Все пять женщин и трое мужиков, возле повозки, упали в обморок. Лишь десятник стоял неподвижно, глотая воздух ртом, с ужасом в глазах глядя на нас.
- Яра, посмотри, что с детьми и женщинами. Попробуй привести их в чувство, возьми в помощь Ратку. Капитан Дар Конуэл, соберите оружие у повозки, а я пока пообщаюсь с десятником.
- Слушаюсь, командир, - сказал капитан и направился к повозке.
Следом за ним направились Ярославна и Ратка. Гарна присела слева от меня не сводя своего взгляда с десятника, а её малыши, с четырёх сторон, окружили его. Мы минут пять молча смотрели друг на друга.
- Ну что, Лирс, вы ещё будете продолжать настаивать, что мы, всего лишь миф для детей?
- Нет, Древний, - еле выдавил из себя десятник.
- Вот и хорошо, - всё также спокойно произнёс я, - хочу сразу сообщить, что капитан Дар Конуэл сказал правду. Тяжелый крейсер ДВР-512 находится на орбите Реулы. Лесиниэль жив и сейчас с орбиты наблюдает за вами. Если есть желание, можете помахать ему рукой, он вас увидит.
Лирс Вариэл, помаленьку начал приходить в себя. Окончательно привело его в чувство появление Мириэль и еще трех девочек примерно её возраста. Увидав Гарну они замерли у кустов, не двигаясь. Лишь дочка капитана Конуэла, не обращая внимания на Арту, подбежала к нам.
- Станислав Иваныч, дядя Лирс, что происходит? - запыхавшись от бега, взволнованно произнесла девочка.
- Всё в порядке, Мириэль, твой дядя Лирс, тут недавно утверждал, что нас не существует, что мы всего лишь миф.
- Дядя Лирс, как так можно? Станислав Иваныч и капитан Конуэл, спасли меня от рук Ганиэля, который хотел меня задушить, - затараторила девочка, чуть не плача, - а Богиня Яра вылечила меня.
- Что? Ганиэль хотел тебя задушить? Мира, ты ничего не придумываешь?
- Лирс, предлагаю совершить небольшую прогулку, тут недалеко, - всё также спокойно сказал я десятнику, - там на месте, сам увидишь, придумывает девочка или нет. Ну как согласен?
- Да.
- Вот и хорошо. Мириэль, тебе лучше с нами не ходить, туда где мы были утром, лучше пойдите с девочками к Яре и помогите ей приводить детей в чувство.
- Хорошо, Станислав Иваныч, - сказала девочка и побежала к Ярославне.
Троица молоденьких "эльфиек", осторожно, сторонкой, обойдя Гарну с малышами, последовали за своей подругой...
Арта быстро довела нас до полянки, где оставался привязанный к дереву труп Ганиэля. Десятник внимательно осмотрел тело и удивленно рассматривал пулевое отверстие над левым глазом покойника. После я показал ему место преступления, примятую траву и отпечаток лица Мириэль в почве.
- Ну как, десятник, доказательств его вины достаточно? А то можно прогуляться еще до одного места, где он прятал тела, убитых и изнасилованных им за полгода, девушек.
- Так это он виноват в их исчезновении?
- Именно так. У капитана Конуэла на кристалле записаны все его показания при допросе. Надеюсь, больше доказательств его вины не требуется?
- Того, что я увидел, мне достаточно. Мне непонятно только одно...
- Что именно? Спрашивай, десятник, не стесняйся.
- Странное большое отверстие у Ганиэля над левым глазом, что это?
- Это след от выстрела из моего оружия. Еще вопросы есть?
- Нет, Древний.
- Вот и хорошо. Подожди немного, мне нужно переговорить с Гарнами, а потом мы пойдём назад.
Подойдя к Арте я присел на корточки и посмотрел ей в глаза.
- Можешь идти с малышами к своему клану, - сказал я на языке Гарнов, - скажи своим, что если нужно кого-нибудь полечить или накормить малышей, то пусть приходят к нам. Мы некоторое время будем тут, в убежище Джоре, а потом вернёмся на корабль. Если не трудно, передай им мою просьбу, охранять убежище от чужих.
- Старший, я передам твои образы своему клану.
Арта поднялась, лизнула меня в щеку своим шершавым языком, я обнял её и погладил. После чего она позвала своих малышей и они покинули полянку. Я повернулся, к десятнику, тот смотрел на меня с расширенными от удивления глазами.
- Лирс, что опять не так? Что ты на меня так уставился?
- Прости, Древний. Я никогда не слышал о том, чтобы кто-то мог говорить с Гарнами, но увидеть самому, как вы общаетесь и обнимаетесь... это выходит за все грани понимания моего разума.
- Это твои грани понимания, десятник, а не мои. Я с другими разумными стараюсь найти что-то общее для общения, а вы же пытаетесь их убивать. В этом наше с вами различие. Пока вы не научитесь сохранять жизни других разумных, вы будете терять свои жизни и жизни своих близких. То, что я сейчас сказал, никак не относится к врагам, которые приходят к вам, чтобы лишить вас жизни и имущества. Врага нужно уничтожать полностью и без остатка, чтобы он не смог восстановить свои силы и вновь напасть на вас. Понял меня?
- Да, Древний.
- Вот и хорошо, а теперь пошли назад.
Вернувшись назад, мы угодили прямо на трапезу. Вся группа уже пришла в себя и занималась поеданием горячей каши с добавлением мясных консервов, особенно старались налегать на еду дети, Мириэль и три её подружки. Когда мы подошли, Яра тут же, протянула нам чашки с кашей и ложки. Взяв свои порции мы присели на травку...
- Яра, солнышко, а ты когда умудрилась кашу сварить? Я даже котла не вижу.
- Стась, а никакого котла и нету. Когда вы, на корабле, уходили с капитаном в мед-секцию, я попросила Белояра выделить мне несколько небольших стазис-контейнеров. Приготовив всю горячую пищу в автомате кают-компании, я заполнила все контейнеры и поручила дроидам погрузить их в твою машину.
- Как дети? - Спросил я поедая кашу. - Много больных?
- В основном у всех истощение от долгого недоедания и так, кое-что по мелочи, но эти мелочи я уже устранила. Тут есть еще один больной, в повозке, и я не знаю, что делать, он находится в какой-то странной коме. Я бы хотела, чтобы ты на его посмотрел, только сразу прошу, капитана к нему не бери. Когда увидишь больного, сам всё поймёшь.
- Лирс, - спросил я десятника поедающего кашу в двух шагах от нас, - что за больной в повозке?
- Не знаю, Древний. Женщины его нашли в таком состоянии примерно полгода назад, вот и возят его с собой. Странный он какой-то. По их рассказам, он полгода ничего не ел и не пил, но при этом никакого истощения у него не наблюдается, он даже не потел когда были жаркие дни. И еще, у него какая-то странная штука, на левой руке под одеждой, раньше там светился зеленый огонёк, а вчера цвет поменялся на синий.
Доев кашу, я отдал чашку Ярославне и пошел к повозке, капитан хотел проследовать за мной, но я его остановил, сказав, что будет лучше если он проследит за тем, как кушает его дочь и её подруги. Дар, остался на месте, хотя было видно, как его изнутри распирает любопытство. Но ослушаться меня капитан не посмел.