Леонид Турбин - В погоне за быком (СИ)
Наконец вышел Каланча. Он спустил закатанные до этого рукава, на лице было полное удовлетворение.
— Всё, пулю вытащили, жить будет, но ближайшие пару месяцев должен находиться на больничном режиме, — обрадовал он сталкеров, — а теперь с вами, — Каланча показал на бледного, как поганка, Умника, — следуйте за мной, сейчас я вас подлатаю…
— Извините, профессор, а Петер с вами будет? — вмешался Вампир.
— Нет, — Каланча исподлобья взглянул на него, — а что вы хотели?
— Да слышал я он артефакт редкий искал…
— Артефакт, говорите, а что за артефакт? — Каланча напрягся.
— Так с ним можно поговорить? — Вампир встал с места и почти вплотную подошёл к профессору.
Каланча перебросился взглядом с Максом и тот еле заметно, одобрительно кивнул.
— Ну что ж, пойдёмте…. Артефакт не забудьте, — Каланча поправил очки….
…
Оставив Вампира и Умника в большом зале с удобными креслами возле камина, Каланча завернул в очередную комнату и начал спускаться по ведущим вниз ступенькам. Ступеньки уходили вниз, три раза поворачивая на девяносто градусов, пока, наконец, не упёрлись в окрашенную жёлтой краской стальную дверь, больше напоминавшей сейфовую из банковского хранилища. Кодовый голографический замок был ноу-хау даже за пределами Зоны, но здесь он был, причём уже давно. Набрав нужную комбинацию, Каланча потянул за массивную металлическую ручку, и дверь открылась, легко и бесшумно. Длинный закольцованный коридор с дверьми по обе стороны простирался под всей базой «Чистого Неба». Бетонный пол и стены были окрашены краской с вакуумными шариками, что делало помещение на удивление тёплым, а линолеум на полу придавал ощущение спокойствия и жилого помещения. Каланча быстрыми шагами пошёл по коридору. Вторая дверь по левую сторону была полностью стеклянной и герметичной. За ней, в белоснежной комнате, залитой ярким светом, стояла кушетка, на которой в ещё бессознательном состоянии лежал только что прооперированный Болт, укрытый по пояс свежей чистой простынёй. Подключённые датчики показывали давление, сердечный ритм и прочие параметры — всё было в норме, он ещё не отошёл от действия наркоза.
В комнате напротив тихо урчал генератор наподобие того, что стоит на базе «Нео-Век» — в основе лежат артефакты электрической природы. Дверь наглухо закрыта и обработана полимерным прорезиненным составом, чтоб свести к минимуму выход радиации, царивший внутри энергоблока.
Профессор Шлёссер сидел в исследовательском кабинете почти в самом конце кольцевого коридора, практически вплотную с лестницей. Множество компьютеров, мониторов, разнообразных приборов никак не состыковывалось с Зоной и делало этот кабинет больше похожим на серверную.
— Петер, — окликнул его Каланча, — там один сталкер наверху говорит, что у него есть интересующий тебя артефакт…
— Да-а-а? — Шлёссер отвлёкся от монитора. — А что за сталькер?
Шлёссер говорил с очень заметным немецким акцентом, поэтому все его слова были чёткими, даже немного жёсткими. Этот весьма не молодой худощавый профессор очень явно подходил под описание «истинного арийца» — аккуратно зачесанные назад седые волосы, гладко выбритый, обязательно круглые аккуратные очки в еле-заметной оправе, «арийский» профиль с «орлиным» носом, а довершал картину кристально чистый белый халат поверх чёрной, застёгнутой на все пуговицы, рубашки и таким же чёрным галстуком. Незнающий человек с первого взгляда сказал бы, что этот профессор чертовски похож на экранного нацистского доктора из какой-нибудь секретной лаборатории третьего рейха, который вот-вот встанет, щёлкнет каблуками своих тяжёлых армейских ботинок, да вскинет руку в фашистском приветствии и возгласом «зиг хайль!».
— Не из наших, свободный… Подойдёшь? — добавил Каланча.
Шлёссер поморщил лоб.
— Ти знаешь, я подходить…. Позже чуть….
— Ну, хорошо, я ему передам…. Кстати, там ещё один легко раненый, но с ним я сам управлюсь.
* * *Каланча увёл Умника, оставив Вампира одного в зале. В камине догорало дубовое полено, и его угольки не давали практически никакого тепла. Сталкер сидел в кресле и, не отрываясь, смотрел на эти тлеющие угли. Каланча сказал ему ждать, и что профессор Шлёссер скоро к нему выйдет.
Заметка в личный дневник:
«Скелет оказался очень чувствительным, — больше так убеждать не буду, а то ещё угроблю. Что такой метод часто и густо на одном объекте применять нельзя выяснилось только недавно, так что нужно завязывать, тем более что и он, и Тень как-то косо на меня смотрят.
В Дзержинском наткнулись на потрёпанную группу желторотиков, жалко мне их стало, дохнут как мухи от дихлофоса. Пришлось с собой тащить, ну ничего, может толк с них и будет, за два дня — минус три, одного кровосос утащил, ещё двоих в перестрелке ранило, хотя показали себя полезными ребятами.
Наконец добрался до болот, ух и противное место, воняет нещадно, даже фильтры не справляются. Наткнулись на партизан ЧН. Немец жив и здоров, а база их наверняка с секретом, уж больно маленькая для трёх сотен бойцов и с десяток бывших сотрудников в белых халатах…
P.S. Скелету нужно новую броню раздобыть, попробую с немцем поторговаться».
Из той же самой комнатки, в которую уходил и возвращался Каланча, вышел Шлёссер. Он остановился в дверном проёме и облокотился плечом о косяк, не вынимая рук из карманов своего халата. Вампир невольно встал и смотрел прямо в пронзительные чёрные глаза немолодого профессора.
— Мне сказали, что ви имеете артефакт заинтересовать меня… — путая и коверкая слова начал немец.
— А вы Петер Шлёссер?
— Да, я Петер Шлёссер, а ви есть кто?
— Меня зовут Вампир, я из вольных сталкеров…
— Так, это есть хорошо, а что ви есть артефакт меня заинтересовать?
— Да, у меня есть «Чёрная плёнка», — Вампир из кармана достал заранее подготовленную стеклянную ампулу, покрытую изнутри чёрным как смола налётом.
— О! — обрадовался немец, даже вытащил руки из кармана. — Можно взглянуть?
Вампир протянул склянку. Шлёссер аккуратно, двумя пальцами взял эту ампулу:
— Можно я открыть?
Вампир только пожал плечами, мол «да можно конечно». Шлёссер снял резиновую крышечку, и едкий запах чего-то тухлого и гниющего вырвался из ампулы, причём настолько едкий, что вонь болот по сравнению с ним покажется благоуханием ландышей на рассвете. Вампир заткнул нос…. Ему показалось, что Шлёссер даже не поморщился, а всё с тем же довольным выражением лица продолжает стоять и нюхать. Он действительно, несколько раз поводил ампулой у себя возле носа, а потом закрыл крышку обратно.