Дмитрий Дмитрий - Клинок выковывается

Король шёл по проходу, милостиво улыбаясь и приветственно помахивая рукой, те, кому повезло оказаться в передних рядах, принялись громко его поздравлять, к ним присоединились все остальные. Зал наполнился хвалебными речами, от которых лично у меня давно бы случились рези в животе. Поздравления были напрочь льстивы и неискренни, но король, похоже, вовсе не замечал очевидных для меня вещей, принимая всё как должное.

Чтобы не выглядеть белой вороной, я вместе со всеми проорал хвалебную здравицу, хотя во всеобщем ажиотаже можно было просто открывать рот. Ответная речь короля, уже успевшего дойти до трона и умостившегося на нём, была чрезвычайно пафосной и длинной, я порадовался, что успел занять место в задних рядах, даже если начну зевать, никто не заметит. К тому же обеденный стол был рядом, и я украдкой тягал с него разные вкусности. Король всё не замолкал, я успел в деталях рассмотреть, во что одеты стоящие рядом дворяне и дворянки, сглатывая слюну, когда мой взгляд натыкался на оголенные плечи и спины молоденьких девушек. Давно у меня никого не было, ох, давно!

После речи короля последовали бурные аплодисменты, а затем распахнулись двери в противоположном конце зала и слуги присутствующих стали заносить различные предметы. Я напрягся. Меня никто не предупредил, а сам я не сообразил, что королю в день рождения надо дарить подарки! Я засуетился, спрятался в оконном проёме и незаметно достал свой кошелёк. «Блин, ну, Валенса, ну, спасибо! — ругался я про себя, судорожно извлекая из него серебро и медь, и стараясь хоть приблизительно понять, сколько в нём остаётся золота. — Хоть бы напомнил, что подарки нужно будет дарить! Хорошо хоть, деньги не выложил, когда ехал на бал, ведь была такая мысль».

После сортировки в кошельке осталось пятьдесят золотых. Отцепив его от пояса, я распихал серебро и медь по карманам и направился к концу длинной очереди поздравляющих. Все присутствующие один за другим подходили к трону и укладывали свои подношения к его подножию, так что очень скоро король был в буквальном смысле завален подарками. Я заметил, что дарили всё подряд, начиная от богато украшенного оружия, до запечатанных кувшинов со специями.

Чтобы не очутиться в хвосте, я, игнорируя недовольные взгляды, втёрся между двумя дворянами, недалеко от конца очереди. Мало кому хотелось привлечь к себе особое внимание короля, оказавшись последним поздравителем. Когда подошла моя очередь, я, льстиво улыбаясь, не стал ничего изображать, а быстро положил кошелёк на край горы подарков и попятился назад, пользуясь тем, что внимание короля отвлёк один из герцогов.

В тот момент, когда я уже собирался облегчённо вздохнуть — до толпы гостей мне оставался всего один шаг — раздался недовольный голос короля.

— Неужели нынче послы так бедно живут?

Я внутренне вздрогнул, но сделал спокойное лицо и, повернувшись, встал на одно колено.

— Что вы, Ваше величество, как можно! Перед вами не подарок, а его аванс! — я склонил голову и постарался наполнить голос глубочайшим почтением. После инквизитора недоставало только вызвать гнев короля.

— В каком это смысле? Что значит — «аванс»? — король явно заинтересовался и даже слегка придвинулся ко мне на троне. Ну всё, без потерь мне явно не выкрутиться. Вокруг наступила мёртвая тишина, краем глаза я заметил, как скривился Валенса.

— Я преподнёс вам аванс, Ваше величество, поскольку не решился в этом году привезти сам подарок, — приходилось нагло врать. — Жалование посла не позволило мне нанять достойную охрану для той великой ценности, которая была предназначена вам в дар.

— Да? — король был заинтригован. — И что же вы приготовили мне в подарок?

— Ваше величество, — я слегка улыбнулся, — какой же это будет тогда подарок, если я вам расскажу?

Король улыбнулся, а затем нахмурился и грозно вопросил:

— А может быть, вы обманываете своего короля в надежде, что он забудет о подарке?

При виде неудовольствия короля, в зале похоже, перестали даже дышать, Валенса испуганно замер на месте, а тонкие губы Нарига растянулись в ехидной усмешке.

— Ваше величество, — я подпустил в голос немного возмущения, — только прикажете — и я сейчас же поеду к себе и, невзирая на опасности долгого пути, привезу вам этот наиболее достойный вас дар.

Сказав это, я с видом оскорблённой добродетели уставился на жирного короля. Похоже, тот поверил мне.

— Нет, не стоит сейчас так рисковать собой, — король довольно откинулся на подушки трона, — но на следующий год я хочу, чтобы мой подарок был мне доставлен, невзирая ни на какие трудности! — В голосе короля зазвучала угроза. — Ни на какие, вы поняли меня?

— Ваше величество, — я склонил голову, снова превратившись в воплощённую простоту, — ровно через год я буду первым, кто предстанет перед вашим троном и готов ручаться своей должностью, что подарок вам понравится!

— Головой, барон! — голос короля был как мёд, но я едва не задрожал от звучавшей в нём угрозы. — Если нам не понравится ваш дар, вы будете отвечать головой!

— Как будет угодно вашему величеству, — смиренно сказал я. «Год ещё прожить надо, — ликовал я, — найду уж чего-нибудь за это время».

— Я доволен вами, барон, — король после публичной демонстрации силы был очень горд собой, это прямо светилось во всём его облике.

«Сейчас, после публичной порки, должен последовать пряник, — догадался я, — как же, мы же такие великие. Можем карать, а можем миловать. Да и остальным урок будет».

Король меня не разочаровал.

— Честность, благородство и отвага — всё в лучших традициях нашего королевства! — король говорил это больше не для меня, а на публику. — А ваши дуэли, барон, заставили бы побледнеть от зависти даже нашего деда.

— Благодарю вас, Ваше величество, честь для меня превыше всего, — я сразу вспомнил свой плен и в голове замелькали картинки былых унижений. «С кочевниками нужно что-то решать, — в который раз подумал я, — и чем быстрее, тем лучше».

— Вы свободны, барон, — король перевёл своё внимание на следующих в очереди. Я быстро встал и, поклонившись герцогу, вернулся в толпу. Там со мной принялись здороваться все те, кто не сделал этого в начале бала. «Предусмотрительные подхалимы, решили не упустить свой шанс, вдруг на следующий год я окажусь любимчиком короля, — хмыкнул я. — А если не стану, так без головы и не смогу им ничего предъявить».

Отойдя к столу, я задумался, новые возложенные на себя — хоть и под давлением чрезвычайных обстоятельств — обязательства отключили меня на остаток вечера. Хорошо, что больше ко мне никто не приставал, видя моё отрешённое лицо, все обходили меня стороной, просто на всякий случай.