Джон Миллер - Кеноби

— А мы ждем? — Для нее это было новостью. Эннилин оглядела остальных. Келли и Джейб были потрясены не меньше ее самой; Маллен и Вика чутко прислушивались. А Бен просто наблюдал, не выдавая чувств.

Оррин крепче сжал ее руку:

— Я в какой-то степени растил твоих детей. Ты помогала растить моих…

— Вот только не вешай этот грех на мою душу! — Эннилин вырвалась из его хватки и оглянулась на Маллена и Вику. — Без обид.

— Какие обиды, — буркнул Маллен. Брат и сестра Голты стискивали в руках шляпы, полные наличности.

Эннилин вновь обратила взор на Оррина:

— Тебе самому не странно? До последнего времени ты не проявлял ко мне ни малейшего интереса!

— Неправда, — не сдавался фермер. — Ты сама это знаешь!

— Да ты только и делал, что шутки шутил…

— Если я и шутил, то лишь потому, что боялся, — произнес Оррин. — Ты могла посчитать, что я недостоин занять место Даннара. — Он отвел глаза. — Что ж, я старался. Сколько сил я вложил в свою ферму, в «Клич поселенцев»… Все ради тебя!

— Ради меня?

— Чтобы ты поняла, чего я стою.

Эннилин так и вытаращилась на него. Вокруг уже столпились зеваки, которым надоело глазеть на попытки горожан выловить кайвенских свистунов. Придя в себя, она отступила на шаг:

— Ты ждешь ответа сейчас?

— Как можно скорее, — ответил Оррин. Он нервно оглянулся, и его взгляд заскользил вдоль по улице в направлении особняка. — Да почему бы и не сейчас? Тебе по душе площадь Кернера. Сколько себя помню, здесь всегда играли свадьбы. Ну так что ты думаешь?

— Думаю, тебе пора принять таблетки от стресса и успокоиться!

— Я не шучу, Энни, — возразил он, опускаясь на одно колено. — Все всерьез!

Ее пробрала дрожь, и взгляд заметался между лендспидером и Беном. Всеми остальными и снова Беном. И наконец остановился на Оррине. Она заговорила громче, чтобы и зеваки в толпе могли расслышать.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, — объявила она.

Улыбка фермера приувяла. Он поднялся с земли, отряхнул пыль со штанины. Затем поклонился Эннилин и повернулся к машине. Праздношатающиеся, почувствовав, что представление окончилось, поспешили разойтись.

Видя, как Оррин о чем-то советуется с детьми, Эннилин решила переговорить со своими:

— Ну? Видали когда-нибудь такие чудеса в решете?

Келли покачала головой:

— Если Вика Голт сделается моей сестрой, я лучше подамся в б’омаррские монахи.

— Они тебе вырежут мозги, — вставил Бен.

— Поверь, — проворчала Келли, — это будет куда приятнее.

Полушепотом Оррин наскоро пересказал Маллену и Вике события последних часов.

— Простыми разговорами делу не поможешь, — подытожил он, вытирая пот со лба. — Но я предвидел такой поворот. Всегда два плана наготове, сами знаете.

— Насчет плана номер два я не уверен, — вставил веское слово Маллен.

Отец бросил на него измученный взгляд:

— Пресвятые солнца, что не так с Зеддом на этот раз? Его ребра давно зажили, разве нет?

— Он звонил из больницы. Похоже, принимал не то обезболивающее, — сообщила Вика. — Зедд подсел на препараты для вуки.

Оррин встряхнул головой:

— Непроходимый идиот. Глаза б мои его больше не видели.

— Нам точно надо ехать сегодня? — уточнил Маллен. — Без него мы не управимся.

— Сегодня или никогда, — постановил отец. — Нужно раздобыть четвертого — и чем скорее, тем лучше. Но, по-моему, я его уже нашел. — Оррин поглядел на Колуэллов, собравшихся между фургоном и щегольским лендспидером Эннилин. Джейб уважительно кивнул в ответ.

Шаг за шагом, с пустыни по песчинке Оррин завоевывал расположение юноши, и сейчас тот просто рвался доказать делом свою преданность.

— Да, пожалуй, дело выгорит, — резюмировал фермер, подходя к семейству Эннилин. — Джейб, — позвал он, — не хочешь прокатиться с нами до оазиса?

Мальчишка был явно изумлен таким поворотом событий. Вика, стоявшая у лендспидера Голтов, подмигнула ему. Восхищенный Джейб посмотрел на мать.

Но Эннилин была настроена скептически.

— Келли нужно вернуться и покормить животных. Она возьмет фургон, и я не хочу, чтобы она ехала одна…

— Мы поедем караваном до моей фермы, — пообещал Оррин. — Мой дроид-повар накормит Джейба, и я подвезу его прямиком к крыльцу дома. Все будет в порядке.

И без того ошеломленная недавним признанием, Эннилин не стала спорить.

— Значит, решено, — объявил Оррин, взмахом руки подзывая мальчишку к своей машине. Обернувшись, фермер наткнулся глазами на Бена, который стоял в раздумьях, спрятав лицо в тени капюшона. — Я думал, у тебя ремонт горит, — холодно заметил Оррин.

— Все верно, — кивнул Бен и повернулся к Эннилин. — Я сам доберусь до дома.

— Нет, — отрезала та. — Я довезу тебя вместе с холодильным блоком. — Она оглянулась на Оррина, которого этот расклад не слишком воодушевил. — Я ведь еще вправе собой распоряжаться… кажется.

— Добро, — бросил «жених», и его прежняя улыбка вернулась. — Что ж, тогда до вечера.

«Так вот как выглядит жизнь отшельника», — подумала Эннилин, осматривая жилище Бена. Внутри было чище, чем снаружи, — что, зная Бена, нетрудно было предположить. Но меблировка была до невозможности скудна. Эннилин не могла взять в толк, как здесь можно жить: все равно что каждую ночь проводить в палатке. Впрочем, это не так уж плохо, если вспомнить, в какой суматохе протекала ее собственная жизнь.

Гостья сполоснула ладони в раковине и встряхнула, чтобы просушить. Не стоит здесь задерживаться, учитывая, что она всего-навсего напросилась в уборную, да и это, если уж на то пошло, было маленькой хитростью.

Но приехала она определенно не зря. Эннилин верно предсказала, что Рух самостоятельно найдет дорогу домой, но серьезно ошиблась в том, насколько близки роды. Они с Беном прибыли к дому, когда первое солнце едва коснулось западных отрогов Джандлендских гор, и обнаружили у лохани с водой не только мать, но и дитя. Наскоро осмотрев эопи и ее отпрыска, Эннилин убедилась в том, что оба вполне здоровы. Очевидно, перенапряжение, испытанное утром, и привело к преждевременным родам.

В последний раз окинув взглядом помещение, гостья раздвинула занавески и шагнула в теплоту татуинского вечера. Бен склонился над Рух, которая с довольным видом пережевывала свой корм. Не желая нарушить трогательный момент, Эннилин застыла у дверей.

Но Бен ее заметил.