"Фантастика 2024-146". Компиляция. Книги 1-24 - Антон Дмитриевич Емельянов
— Ну, если уж мне и есть что сказать, то позвольте этому Старику задать один вопрос всем присутствующим, — обратился он к коллегам, поочерёдно заглянув в глаза каждому из них. — Почему. Нас. Так. Мало?
Каждое его слово звучало подобно гвоздю, вколачиваемому в крышку гроба. Его тон изменился. Интонация обрела нотки опасности и едва сдерживаемой ярости, рвущейся наружу.
Все поочерёдно заозирались по сторонам, и настроение у каждого резко упало.
— Ладно, половина из вас не откликнулась на мой зов, когда я сказал, что у нас есть повод встретиться. Вы, проклятые затворники, чьи души уже близки к тому, чтобы раствориться в вечности! Но когда прозвучал, пусть и случайно, стук барабана войны, вы припёрлись. Двадцать два…
Синху тяжело задышал, с каждым мгновением всё больше и больше теряя самообладание.
— ГДЕ ОСТАЛЬНЫЕ⁈ ГДЕ ИХ КЛЯТВА⁈
— Наставник… — попытался успокоить его я. — Может, они скрываются в тенях, чтобы нанести сокрушительный удар по врагам, но не нашли его и отступили…
— Мальчишка… — с какой-то грустью повернулся ко мне Старый Клык. — Слишком молод и юн. Не знаешь…
— Не знаю чего?
— Позвольте мне, — проскрипел своими ветками Старый Древень, в один миг оказавшись рядом со мной. — Каждый из нас получил отметку Системы. Получил особый статус. И получил кое-что ещё. Это «ещё» в час нужды позволяет нам дать понять всем прочим, где мы, живы ли мы, ведём ли бой. Это помогает распределить силы.
— Этакие маячки? И что, много из них не активировалось?
— Много… Синху, не кипятись. Кто-то может постигать законы, кто-то медитировать столь глубоко, что до сих пор пробуждаются. Давай разобьёмся на отряды и отправимся проведать старых друзей? — видимо, Древень был действительно влиятельной фигурой на фоне многих, раз его слова смогли прервать убийственное намерение, исходящее от Старого Дьявола.
— Пожалуй, не будем рубить головы сгоряча… Соглашусь с тобой. Отправимся, пообщаемся с затворниками. Даже если они будут против. Что же до тебя… — наставник обернулся ко мне, покачал головой и посоветовал не заниматься самокопанием и познанием тайн Вселенной в местах, подобных этому. — Иначе, Лид, ты рискуешь создать такие разрушения, что ни один из нас не исправит… Законы, знаешь ли, весьма своевольны и даже своенравны. Как и Боги, что их познают.
— Это верно… Огненное плато до сих пор горит… А уж сколько лет прошло, как я познал закон огня… Не просто так, парень, боги вроде нас уходят в уединение на необитаемые земли, где стать случайными жертвами нашего прогресса рискуют только монстры, — по-отечески похлопал меня по плечу Хирошикайдо, глава клана «Псайеры Пустоши». Сильнейший клан Фронтира, что вбирал в себя самых сильных детей Системы, вплотную подобравшихся к пределу нынешних сил богов.
Ринго Ахей приходил ко мне знакомиться ещё тогда, во время турнира. Советовал изучить истории остальных Демиургов и потенциальных Демиургов, что погибли. Что же, думаю, в свете последних событий, дабы не создать городу и клану ещё больше неприятностей, я всё-таки потрясу владеющих информацией Стариков или же Графа Лазари начну терзать, чтобы он перерыл всё имеющиеся на рынке в свободном доступе данные.
Старики начали болтать между собой, ко мне же подходили те, кто до этого сидел взаперти. Одного из них, что создал барьер между нами и остальным городом, я даже узнал — Старый Тарг, Повелитель щитов.
Думаю, Лазари, изучающий сейчас свитки щитоносцев, будь у него такая возможность, завалил бы его вопросами. Ну а я же скромно стоял, с улыбкой отвечая на вопросы больших дядек и тёток. Причём порой, из-за их странного внешнего вида, я даже не понимал, кто из них дядька, кто тётька, а кто вообще к подобным способам определения половой принадлежности не относится.
Когда все поделились на группы и пообщались, уже собираясь расходиться, я едва успел остановить Шора, сказав, что мне нужна его помощь.
Анне же оставил указание огородить территорию, ничего не трогать и закрыть от любопытных и глазастых область Обители. Мы покинули город и пока брели по пустыне, я устроил Повелителю пространства настоящий допрос, вытряхивая заранее приготовленные вопросы. Ну не понимаю я его писанину. По крайней мере, значительную часть. И без него, как без ста грамм, не разберусь.
Порой приходилось с десяток раз задавать ему один и тот же вопрос, но под разными углами. Делал я это для того, чтобы понять всё досконально и чтобы не было двоякого понимания изученного.
Мы постепенно уходили всё дальше и дальше, вглубь песков. Добрались практически до самой границы региона, уже видя бесконечность космоса за искажённым атмосферным куполом, закрывающим этот всё ещё живой, пусть и разрушенный войной мир.
— Ну что, ещё вопросы есть или уже попытаешься? — остановился у камня Старик, предлагая мне попробовать.
Говорил он уверенно, заявляя, что моей жизни ничего, даже неудача, не угрожает, но я прекрасно знал, что попытка у меня всего одна. Провалю — и придётся долго ждать, медленно и по крупицам позволяя родной душе заживить раны, что обязательно появятся. Мало того, это будет больно. Очень больно.
— Давай, первый шаг для тебя вообще самый простой, в отличие от всех прочих. Вырастить тело для души. Сама Система велела тебе заниматься этим, — подбадривал меня Шор, а я, терзаемый сотней мыслей, тормозил.
Не потому, что тупой, а специально. Да и страшновато, откровенно говоря. Игры со своей душой я ещё не проводил. Да и после сорванной репетиции и разрушенного мной же театра уверенности поубавилось. Я даже мысли и развитие свои не могу нормально контролировать. Тоже мне, Эволюционист, блин…
— А если не я, а клон мой постигнет какой-либо закон? Такое возможно?
— А почему нет? Более того, стоит вам, клонам, собраться в одном месте, как накопленный одним опыт передастся всем остальным, равно как и воспоминания. Когда я говорю про одно место, Лид, я имею в виду один регион. Чем дальше, тем сложнее. Может, тебе и вовсе будет проще этим заниматься. Твои способности вообще словно созданы для этого, в отличие от моих.
— Ладно, ты и мёртвого уговоришь… — почесал я затылок и начал делать то, что уже сотворял сотни раз.
Рядом со мной появился мой клон. Сиамский близнец, соединённый тонким куском кожи. Всего лишь одно моё