Виктор Кравец - Далекие близкие звезды
- С этим тоже нельзя перебарщивать, - Встрепенулась Изуми. - Княжеская семья в обносках будет подрывать моральный дух!
- И - ты не прав - красиво, вовсе не значит дорого. - Не согласилась Мисаки. - К тому же львиная доля всей красоты, находящаяся в твоем распоряжении, не стоит тебе и рю!
"Красота вы моя львиная... Нет, лучше таки тигриная"
Судя по довольному виду, эту мысль девушки не только уловили, но и одобрили.
- Если честно, просто надоело выпрашивать. Думаю, пора закругляться - те, кто хотел, с нами уже связались. Пусть пресс-служба объявляет о завершении дружеского визита. Послезавтра возвращаемся.
- Аната... - Олега обняли сзади и жарко задышали в ухо...
- М-м-м, кися?
- Аната, а ты когда-нибудь курил трубку?
"Ну, вот... Телепатия имеет свои недостатки"
- Кошечки мои... - Вздохнул Олег. - Может быть мы тогда мою "присоску" в пышные усы переделаем?
- Дорогой, - Мисаки протиснулась между Олегом и окном, сев на подоконник и закинув руки ему на шею. - Это уже будет слишком явная историческая аллюзия... если не сказать - подражание. Мы сейчас не можем использовать имидж этого политического деятеля - наш народ и так исстрадался за время оккупации - зачем же пугать его намеками на жесткий курс... И хотя его методы сейчас подошли бы просто идеально, но в перспективе... Оставим этот спорный неоднозначный образ кому-нибудь более амбициозному... из императоров...
Зашипела входная дверь. Олег хотел вырваться, но "тигрицы" умело фиксировали его в объятьях.
"Попался!"
- А сейчас Агнесс покажет папочке курительные трубочки! - Предвкушающее протянула Изуми и цапнула Олега за ухо...
"Да что они у меня, медом намазаны!?"
"Сейчас попробую!" - Изуми лизнула его в ухо...
"Не при девочке же!" - Дернулся Олег.
- А я отвернусь! И ушки закрою! И глазки...
Руки удерживающие Олега спереди и сзади разжались. Взрослые потрясенно уставились на невинно улыбающуюся девочку...
"Но как! - Она тоже? - Но ведь я с ней не...! - Извращенец! - Ну, я все варианты... - Пошляк! - Да я не в этом смысле! - Цыц! Я, кажется, поняла: двое суток в одной капсуле со мной. Я два раза выходила на сенс-режим, проходя оборону! - Ни###а себе! Так она тоже сенс! - Не сметь при ребенке! - Агнесс, девочка, только про это - ни гу-гу! Ладно? Скажи что-нибудь про трубки!"
- Я принесла трубки, ото-сан! Мне нравится вот эта, черненькая!
Понятно, что вопрос с курительными трубками был решен без всякого сопротивления, которого справедливо ожидали девушки...
***
Не обошлось без альтернативно одаренных пошляков и интеллектуально хворых...
"Так двоюродная сестра или дочь?" - Похабно стала ухмыляться в виртуальных конференциях одна из самых испорченных частей общества. - "Папа или... папик?"
А один журналист, Исая Льоха, отчего-то не дружащий с головой, даже осмелился задать этот вопрос девочке на приеме у самого Императора Российского! Да в такой грубой форме, что...
Странно - пожимали плечами умные люди - в таких местах вероятность встретить глупого журналиста стремится к нулю! Очень умные люди, как обычно, отмалчивались и многозначительно двигали бровями.
Окружающие отметили, что девочка, кажется, испугалась. Глаза наполнились слезами, но строго вбитый в девочку этикет не позволил княжне убежать.
Картли-Тетерский вальяжно со снисходительной улыбкой подошел к журналисту и изволил поинтересоваться, в чем, собственно, дело... Журналист подтвердил свой диагноз, повторив вопрос. А потом доказал, что не только не дружит с головой, но еще и враждует с ней: уточнил, расшифровал, что подразумевал под иносказаниями, и даже имел наглость при этом сально усмехаться.
Улыбка не покинула лица Картли-Тетерского. Напротив, она стала шире. В следующую секунду журналист с вмятой грудной клеткой огромным снарядом отлетел к дальней стене и сполз по ней, оставляя на белом мраморе отчетливый красный след. Никто из присутствующих даже не пикнул - дамы не стали вульгарно визжать, мужчины не стали громко переговариваться... знающие люди оказались правы - глупых индивидуумов в таких местах, действительно, крайне мало.
Только маревом подернулся у стены воздух и рядом с изломанным телом журналиста из ничего соткались леди и джентльмены в дорогих костюмах с профессионально-спокойными глазами. Пять секунд - и ни дурака-журналиста, ни красной кляксы на мраморе. Спокойные разговоры возобновились - никто ничего не видел, никто ничего не слышал.
Дроиды журналистов зафиксировали следующий диалог:
- Что случилось с этим господином, аната? - Проявила сдержанный, в рамках этикета, интерес княгиня Мисаки.
- Не знаю, дорогая... кажется, сударь только что научился летать. - Удивленно объяснил Картли-Тетерский, который, конечно же, уже не улыбался широко, а изволил обеспокоенно хмуриться. - Надеюсь, охрана сможет помочь бедолаге.
- Отличный удар, па! - Мстительно похвалила Агнесс, схватившись за руку Михаила-Олега.
- А то! - Довольно оскалился князь, но тут же спохватился. - Хм... кто ж его так приложил-то? Я даже не заметил. А ты, кися?
Изуми, с отсутствующим видом поглаживала живот...
Слухи ходили. Задумчивость, витание в облаках, отстраненный вид, выбор платьев, скрадывающих великолепную фигуру Пантеры в районе талии, и характерное положение рук, защищающих живот. Все это "в исполнении" Пантеры Изумительной не осталось незамеченным внимательными и дотошными журналистами. Они сравнивали голографии, отмеряли что-то линейками и циркулями...
Пока затюканная пресс-служба Князя на прямой вопрос ответила... ничего не ответила. Проигнорировала. На следующий день появились ожидаемые заголовки: "Пресс-служба Князя Картли-Тетерского не опровергла слухи о беременности княгини Изуми Картли-Окаджима". Ой, что тут начало...
- Ничего не видела, ничего не слышала! - Категорично заявила та. - Думаю, записи камер, коих тут великое множество, прояснят вопрос... Найдем и жестко покараем!
Не прояснили. Низкочастотные камеры журналистов ничего не показали: стоял дурак перед князем и вдруг улетел. Что-то между ними смазанное промелькнуло, но блики и помехи к делу не пришьешь... А высокочастотные камеры охраны... ну, вы поняли - кто ж вам их записи показывать будет? Откачали дурака, и то ладно.