Александр Лаврентьев - Зона вторжения. Байкал
«Отличная перспектива! Слепой зрячего ведет!»
Алексей быстро сунул план в карман кителя, подхватил на плечо увесистого Бато, кряхтя, потащил по тоннелю дальше. На ходу пришлепнул на стену очередную порцию взрывчатки — от нее следовало избавиться.
Пригибаясь под тяжестью ноши, он прошел вперед, отсчитал два поворота направо, свернул. Снова установил взрывчатку.
— Офигел? Угробить нас хочешь! — пробубнил за спиной Бато.
Алексей не ответил, берег дыхание. Они оказались в узком тоннеле, ведущем вниз. На мгновение Алексей заколебался, не повернуть ли обратно, к шахте вентиляции, но выбросил эту мысль из головы, в любом случае раненого Бато по шахте быстро не поднимешь. Да и сам он не успеет подняться! И он двинулся вперед, в глубь тоннеля. Кое-как удалось посмотреть на часы.
«Восемь минут!»
Бато стал неправдоподобно тяжелым. Алексей почувствовал приступ удушья, с каждым шагом становилось все жарче, хотя должно было быть наоборот…
— Лучше бы ты, сукин сын, поменьше каши жрал! — пробормотал Карабанов.
— Чего? — отозвался из-за спины Аюшеев.
— Ничего! — огрызнулся Алексей.
Он с маниакальным упорством тащил друга все дальше и дальше, с каждым поворотом штрека спускаясь все ниже и ниже, а поверхность земли становилась все дальше и дальше… На секунду опустил на повороте Бато на пол, привалился к стене — отдышаться. Бурят застонал, выругался.
«Пять минут!»
Карабанов слышал только свое тяжелое дыхание. В голове не было ни одной мысли. Он слишком устал за эти дни, чтобы еще о чем-то думать. Не осталось ни воспоминаний, ни эмоций, ни сожаления. Словно все выгорело или было спалено, выжжено из его мозга чужеродным ДНК. Интересно, о чем сейчас думает Бато? Думает ли он о Тане? Или только о том, что ему плохо? Или вообще ни о чем не думает?
…Сейчас главное — выбраться отсюда!
Штрек стал совсем низким, и Алексею пришлось дальше тащить друга прямо по полу. Его ругательства он уже не слушал.
— Извини, братка, задницей придется пожертвовать!
Они двигались и двигались вперед и вниз. Быстрее! Еще быстрее!
Неожиданно узкий лаз повернул влево и закончился небольшой камерой, на стенках которой во множестве поблескивали зеленоватые тектиты.
Алексей не верил своим глазам. Столько усилий и все ради чего? Ради этого каменного мешка? Ради ловушки?
Он посмотрел на часы. Оставалось две минуты.
«Наверное, это месть, — сообразил он. — Месть заключенных. Они так ненавидят вохру и, в ее лице, всю Федерацию, что готовы убить каждого, кто олицетворяет власть! Пусть даже он и пытается спасти их всех! Кому он поверил? Заключенному? Сволочь! Слепая сволочь!»
Бато затих. Наверное, тоже понял, что друг где-то ошибся и теперь все, хана! Алексей врезал со всей силы кулаком в каменную стенку. Боль отрезвила.
«Стоп! Хасан слепой. Кажется, Седой говорил что-то о том, что Хасан слышит лучше, чем все остальные! Это он услышал, как я спускаюсь вниз по шахте лифта. Слепые слышат то, что зрячим услышать не под силу!»
В отчаянии Алексей бросился на колени и приник ухом к стене камеры. Где-то далеко за стеной журчала вода…
Дальше Карабанов действовал быстро. На глаз отделил часть от оставшегося последнего куска взрывчатки, сунул в него взрыватель, поставил на боевой взвод, прикрепил к стене, за которой журчала вода. Была вероятность, что все вокруг затопит, что все обрушится, и они не успеют покинуть обваливающийся рудник, а если Алексей переусердствовал и установил слишком много взрывчатки, они могли погибнуть сразу, на месте!
Приходилось рисковать. Бато зашевелился и что-то забормотал.
— Ты там что, молишься, что ли?
— Ыгы, — промычал Бато.
— Самое время! — Карабанов снова подхватил друга за плечи, вытащил обратно в штрек.
…Ждать не пришлось. Сначала Карабанов услышал, как рвануло за поворотом, в камере: ударило по ушам, в лаз вылетели облака пыли и песка, а потом почувствовал, как вздрогнула под ногами земля, и все вокруг заходило ходуном!
Из глубины рудника до Алексея докатился громовой, почти торжественный гул, словно в огромную, страшную трубу штреков, шахт и коридоров протрубил, наконец, архангел, знаменуя этим ревом страшные и необычные события, предшествующие окончанию существования рудника. Заворочались, ожили неподвижно лежавшие миллионы лет камни, сдвинулись, пришли в движение тысячи тонн породы. Сама земля бунтовала!
…Алексей, не удержавшись на ногах, упал на колени, поднялся, опираясь о каменную стену, еще мгновение назад казавшуюся твердой и незыблемой, а теперь в любой момент грозившую обрушиться, схватил Бато за воротник уже порванного кителя и потащил вниз, за поворот.
В стене камеры зиял черный провал, из которого пахнуло сыростью, Алексей подтащил Бато к провалу, и вдруг невесть откуда ему в спину, в лицо, сразу со всех сторон наотмашь ударил сумасшедший порыв ветра! Алексея отшвырнуло к стене. У ног распростерся Бато. Ослепленный попавшим в глаза песком, Карабанов на миг зажмурился. А когда сумел снова разлепить веки, то увидел то, что запомнил на всю оставшуюся жизнь.
Громадные глыбы породы, снесенные со своих мест силой взрыва, которые должны были обрушиться на Алексея и погрести его и Аюшеева под собой на веки вечные, сорвались с места, поднялись в воздух и застыли! Время словно остановилось, Алексей необычайно отчетливо видел перед собой каждый камешек, каждую песчинку, висевшую как будто в невесомости! Казалось, можно протянуть руку и взять любой из камней!
Но в следующий момент налетел новый порыв урагана, откуда-то сверху, извне, в штрек проник яркий, ослепительный белый свет, и каменные глыбы, куски породы, песок, тектиты, железные балки, люки, лестницы и вагонетки и все-все-все, из чего состояла земля, в которую год за годом вгрызались люди, взмыли вверх, закручиваясь немыслимой воронкой. Происходило что-то невообразимое!
Алексей понял, что здесь не обошлось без этой странной разноцветной дряни, застывшей над рудником. Эта штука теперь, сейчас, в этот самый миг каким-то непонятным образом высасывала из рудника всю землю и весь камень, открывая огромный провал, ведущий к космическому кораблю! И он, Алексей Карабанов, немыслимым, невероятным образом помог Космократору это сделать!
Взрывами.
Сам!
Собственными руками!
Алексей задохнулся от ужаса и ветра. Преодолевая сопротивление урагана, наклонился, схватил Бато и втащил его в провал стены. На это ушли почти все остававшиеся силы.
Что было в этот момент наверху, где должен был идти бой и где майор Болтаев исполнял, быть может, самый важный в его жизни приказ, Алексей не мог знать. Он тащил Бато в глубь пещеры, все дальше и дальше от входа, за которым бесновался ураган и полыхали бесшумные разноцветные молнии… А потом он упал на камень рядом с другом и забылся. Ему казалось, что здесь, в темноте и в тишине пещеры, они были в безопасности…