Ирина Кузяева - Танец Искры

— Вы меня все равно убьете, потому ничего не скажу? — дерзко выплюнул термит, затем дернулся и пронзительно закричал:

— Тревога! К оруж… — последние звуки затерялись в предсмертном хрипе.

Из пронзенного горла толчками выплескивалась теплая кровь. Но и этого вопля хватило, чтобы ближайшие дозорные встрепенулись.

— Варгал тебя раздери! — выругался один из близнецов.

— Мда, не удачная была идея с пленным, — растроился Лантэн, но сделанного не воротишь.

Необходимость таиться и прятаться подошла к концу, тхеновцы с облегчением вздохнули. Уж очень хотелось кинуться в битву, остервенело рубить противника и не задумываться о том, чем все кончится…

Не сговариваясь, айруновцы притихли, выжидая противника. Оружие покинуло ножны.

Раздался глубокий звук большого рога, который разлетелся по длинным коридорам и эхом докатился до дальних частей цитадели, похожий на могучий вопль, перекрывший рев водопада.

Издалека донесся звон оружия. Враг столкнулся с отрядом Дамира. Судя по многочисленному топоту, айруновцам приходилось несладко.

— Надо вернуться. Нашим, наверняка, требуется подмога, — произнес Синт, старый друг Лантэна, настороженно прислушиваясь к звукам битвы и крепко сжимая рукоять острозаточенного клинка.

— Не думаю, что набившись в один из тесных залов, мы много чем поможем, — отвергла Фиола предложение толусовца. — Нужно атаковать с другой стороны.

— Хорошая идея, — поддержал Лантэн, уверенно махнув усиками. — О нас они не подозревают, так что наше появление с тыла немало удивит их.

— И ко всему еще и напугает, — улыбнулся Вейн, — ведь они не знают, сколько нас еще. Будут с опаской выглядывать из-за поворота, боясь наткнуться на еще один отряд.

— Верно, — кивнула Фиола, — нужно спешить, а то может статься, что и помогать-то некому будет. Термиты, скорее всего, пребывают с главного входа во дворец. Можно как-то пройти туда через другим путем?

— Конечно, — кивнул один из толусовцев, который служил помощником в оружейной лавке, — пошли.

Проводник задал такой хороший темп, что отряд не шел, а энергично бежал. Несколько раз на пути вырастали одинокие стражники. Их просто безжалостно сметали с пути.

Выбежав через арку во двор, айруновцы наткнулись на отряд лучников. Стрелы термитов прытко, точно крулхи, выскакивали из колчан, натягивалась тетива. Осы вышли вперед и дали ответный залп. Засвистели, разрезая воздух, первые стрелы. Почти каждая достигла цели.

Две волны с заостренными наконечниками схлестнулись в полете. Айруновцам не удалось незаметно зайти с тыла, но проредили врага изрядно. На помощь лучникам неслись вооруженные мечами и топорами термиты.

Секира в руках Фиолы загудела голодным хищником. Она закрылась щитом крыльев и бросилась в атаку. Десяток лучших воинов из отряда Эллоры, уже ворвались в вихре боевого танца в ряды стрелков. За ними, обнажив оружие, с воинственными криками хлынули тхеновцы.

Грянула битва. Зазвенела сталь.

Сколько времени продолжался бой Фиола не догадывалась, но оружие в руках значительно потяжелело, а удары замедлились.

Мыслей о победе ни у кого в отряде не было, просто старались отправить как можно больше врагов на тот свет. Лантэн бился спокойно и расчетливо. Близнецы сражались, словно единый организм, слаженно атаковали и защищались.

Айруновцев теснили озверевшие, потные термиты, они стремились рубануть мечами, истыкать копьями.

Фиола поймала себя на мысли, что волей-неволей поглядывает на боевых товарищей. Еще она поняла, как ей не хватало рядом в пылу схватки Зарда, Гранша и даже безумного старика Дрена.

Термиты наседали. Айруновцы неохотно сдавали позиции, шаг за шагом. Над ними снова нависла широкая арка, ведущая к боковому входу во дворец. Каменный полукруглый потолок держали четыре высоких статуи. Они изображали Варгала таким, каким его видят мурмицины. В теле муравья, с задумчивым лицом, будто придумывал очередное научное открытие. Фиоле показалось лицо бога знакомым, но память отказывалась напоминать, чей именно лик ей померещился. Искра отогнала несвоевременные мысли из головы. У нее зародилась безумная идея, которая помогла бы им сделать шаг вперед. Одна беда, мурмицины ни за что не простят ей этого поступка.

— Всем укрыться во дворце! — Фиола удивилась, что ее голос перекрыл шум боя и крики сражающихся.

Лантэн обернулся на искру, вопрошая взглядом разъяснений.

— Объяснять некогда. У меня есть план, но надо заставить айруновцев отступить внутрь здания!

Лантэн коротко кивнул, полностью положившись на решение Фиолы. Если бы он тогда знал, что задумала искра…

Айруновцы медленно отходили, уставшие, перепачканные кровью, словно мясники после зарубки слизня. Окунулись в полутемную, пронизанную душными запахами прохладу внутри толстых стен дворца. На лицах было непонимание, недоумение. Последними отходили искра и отряд ос, которых Фиола втихаря попросила, чтобы ни случилось, сдерживать толусовцев за стенами дворца, пока она не закончит задуманное.

Термиты, не ожидая ловушки, разгоряченные тем, что враг позорно сдавал позиции, озверело шли за айруновцами. Их набилось под аркой, точно стрел в колчанах у десятка лучников.

Возле входа остался десяток ос, встав полукругом возле Фиолы, еле сдерживая атаку более сотни термитов, набившихся под арку. С лестницы бесконечными жалами летели лихие стрелы и слышалось возмущение:

— Что происходит?…Почему не бьем врага?…Что там снаружи задумали?

Лантэн взглянул на выход. Его, как и остальных толусовцев, бесцеремонно затолкали за стены дворца. И тут он понял, что задумала искра. Его пронзительный вопль: «Нет!», слился с заклинанием огненной молнии: «Фаинтер!».

Магический шар разрушил ближайшую статую, за ним полетел второй, третий, четвертый. Заклинания били точно в цель, быстрее стрелы, кроша на мелкие осколки опору арки.

Каменный свод обрушился на термитов, безжалостно давя и сминая. Тхеновцы едва успели затащить почти потерявшую сознание искру. Фиола прижалась к оружию, точно дитя к игрушке, восполняя силы. После череды заклинаний искра не могла даже идти, страшно хотелось есть.

Плотной белой завесой взмылась пыль.

Не успевшие попасть под арку термиты, дрогнув, отступили. Прийти в себя они не успели. На них неслись разъяренные толусовцы, их лица были перекошены от гнева и злости за утраченную святыню. Мурмицины готовы были убивать голыми руками.

«Гнев — это тоже хорошо, очень сильное чувство. Оно может сломить горы», — Фиола вовремя вспомнила слова старого мудрого оса. Эти слова, когда-то врезавшись в память, помогли влить в уставших айруновцев силы. Она воспользовалась поступком Дрена на площади в Долине искр, будто старик знал, что ей придется проделать то же самое.