Денис Ватутин - Легенда сумасшедшего

Перенесли лампы из зала, поставили в коридорах датчики движения и видеокамеры. В комнате появился свет, складной походный столик, стали распаковываться рюкзаки и раскладываться спальники, включили портативные обогреватели: в комнате царила промозглая сырость из-за воды.

Крис робко спросил, где тут туалет, Йорген начал было показывать на колодцы, но получил от Сибиллы небольшой удар локтем под ребра, а я развел руками — сразу сильно резануло плечо — и, махнув в сторону зала, где между колоннами стояли стреноженные верблюды, сказал:

— За верблюдами — везде, ну… где удобнее…

Крис выпучил глаза и ушел в зал. Я на всякий случай выглянул за ним и еле успел поймать стеснительного американца при входе в коридор: еще три шага — и сработал бы датчик движения, а мы оглохли бы от воя сигнализации.

Я, Йорген, Сибилла и полковник расположились возле выхода. Йорген копался в углу со своим спальником.

— Блин! — воскликнул он. — Смотри, какая хрень.

Он держал в руках пучок каких-то голубовато-белых перьев.

Я внимательно разглядывал их, потом взглянул на Йоргена.

— Ты думаешь, тут бывали юварки? — поинтересовался я.

— А чего тут думать? — Йорген отшвырнул перья в сторону. — Говорил же я: место поганое.

— Не дрейфь, старик! — Я махнул рукой. — Отобьемся, если что. На вахте один будет в комнате, а один в зале — к верблюдам иногда выходить.

Ирина наконец поймала меня и сказала, что будет немедленно извлекать пулю, пока не началось заражение крови. Сибилла скромно поинтересовалась — а как часто Ирина вынимала пули из людей? Та немного смутилась, но потом гордо заявила, что проходила медподготовку перед полетом и перевязывала ожоги, даже вправляла вывихи.

— Это немного другая тема, — закивала Сибилла деликатно. — Поверьте, Ирина, я вытаскивала добрую сотню пуль, штук пять даже сама у себя.

— Я хочу попробовать, — сказала Ирина твердо, — я буду предельно аккуратна, я должна…

— Я не сомневаюсь в ваших способностях, — невозмутимо ответила Сибилла, — аккуратность здесь необходима, но самое главное — это уверенность и опыт…

— Когда-то надо начинать, — быстро парировала девушка моей мечты.

— Я думаю, нужно узнать мнение пациента. — Сибилла бесстрастно взглянула на меня. — Что скажешь, Странный?

Я понял, что попался: желание Ирины помочь мне имело огромную силу, и, если я откажусь от ее помощи, я рискую ее обидеть своим недоверием. Ирина смотрела на меня умоляющими глазами, и я изо всех сил старался не думать, что в глазах двух женщин есть маленький отблеск природной кровожадности.

— Ну что я могу сказать… — Я пытался сделать равнодушно-философское выражение лица. — Это все-таки не пересадка мозга — конечно, я могу полностью вам доверять, и…

— Вот и хорошо, — быстро проговорила Ирина, — я готова: что надо делать?

— Если женщина хочет помочь мужчине, лучше ей не мешать, — изрекла Сибилла глубокомысленно. — Я буду руководить, а вы меня слушайтесь, Ирэн, хорошо?

— Конечно! — Глаза Ирины светились заботой обо мне.

— И если что-то пойдет не так, я подстрахую, — добавила Сибилла.

— Все будет отлично. — Мой милый гид деловито кивнула.

Я вздохнул и принялся снимать повязку, наложенную Азизом.

Туристы в это время пытались поужинать, кто-то уже залез в спальник, кто-то вел непринужденную беседу. Полковника перевязывал Йорген, а Азиз сам менял повязку. Я чувствовал некую неловкость за то, что мной занимается целая бригада хирургов.

Сибилла вынула из своего рюкзака потертую металлическую коробочку, выкрашенную болотно-зеленой краской, местами облупившейся, с красным крестом и продавленной на крышке надписью «Himself a surgeon»[20] и, подключив ее к питанию своего комбеза, нажала сетевую клавишу. Загорелся красный индикаторный огонек, говорящий о том, что содержимое коробки подвергается дезинфекции. Очень удобный полевой набор хирурга со встроенными внутри кварцевыми лампами и электромагнитными стерилизующими генераторами. Стоит очень дорого и обычно воруется с военных складов.

— Руки, — лаконично произнесла Сибилла, протягивая Ирине пачку антисептических салфеток.

Ирина стала тщательно обтирать ладони и пальцы. Сибилла вытащила из аптечки упаковку с резиновыми перчатками и тоже протянула Ирине, надорвав упаковку. Затем вытерла руки сама и тоже надела перчатки. Я понял, что Сибилла преподает урок хирургии: обычно она делала все гораздо проще.

Я развязал повязку и аккуратно снял, морщась от боли, застывший кусок бинта-спрея, нанесенный Азизом. Обнажилась почерневшая дырка в плече с потемневшими рваными краями с запекшейся кровью.

Сибилла приготовила стерильные тампоны и стала отдавать указания:

— Обработай перекисью. — Она неожиданно перешла с Ириной на «ты».

Ирина кивнула, взяв в руки смоченный тампон. Плечо горело. Кожу стало приятно холодить — Ирина бережно водила вокруг раны и медленно промакивала края.

— Интенсивнее и везде. — Индикаторный огонек на хирургическом ящичке сменился на зеленый. — Анестезию выше входного отверстия.

— Он же пил из своей фляги алкоголь, — неуверенно произнесла Ирина, — вдруг не подействует?

— Ничего страшного — коли двойную.

— Хорошо. — Ирина послушно взяла шприц-тюбик покрупнее, и я ощутил легкий толчок в районе сустава: кожа почти ничего не чувствовала, кроме расползающейся ледяной прохлады.

— Потерпи немножко, Дэн, — тихо пробормотала Ирина, сосредоточенно нахмурив брови.

— Я вообще ничего не чувствую, — улыбнулся я, отметив легкое головокружение.

Сибилла откинула крышку ящичка и, вынув оттуда скальпель, протянула Ирине.

— Сделай два неглубоких диаметральных надреза на коже по краям раны, чуть больше сантиметра.

— Да. — Ирина опять кивнула и взяла скальпель двумя пальцами, как сигарету.

— Вот так держи. — Сибилла показала руку со сложенными пальцами.

— Так? — Ирина повторила позицию пальцев Охотницы.

— Да.

Я почувствовал ноющую боль: руки Ирины слегка тряслись.

— Спокойнее, — комментировала Сибилла, — увереннее: он не помрет.

Проникающее движение, вдруг рана на секунду вспыхивает болью — и что-то теплое растекается вокруг. Я с силой стиснул зубы и глубоко вдохнул, глянув на плечо, — пошла кровь. Ирина вскрикнула:

— Ой, что я сделала! Дэн, извини, тебе больно?! — Глаза ее расширились от ужаса, она тяжело дышала.

— Мне нормально, Ира, — выдавил я, — не волнуйся.

— Спокойно! — громко сказала Сибилла, промакивая рану тампоном с перекисью. Перекись пузырилась, наполняя воздух металлическим запахом.