Василий Клюкин - Коллектив Майнд

– Я в принципеуже во всем разобрался, но нужно выполнить кое-какие формальности, так что давайпоскорее начнем и пойдешь домой.

Айзек сновакивнул головой. Что за формальности он не понимал, ему хотелось скорей узнать, кактам Викки, и выкинуть опасный предмет из своего кармана.

– Итак, имя?

– Айзек.

– Фамилия?

– Леруа.

– Возраст и датарождения?

– Двадцать семьлет, двадцать восьмое декабря.

– Родители?

– Александр Леруаи Анна Крамер.

Айзек отвечали отвечал на вопросы. Его это не напрягало, но хотелось сесть. Айзек переминалсяс ноги на ногу.

Офицер поднялголову от протокола:

– Извини – садись!Я обычно не церемонюсь во время допроса. Привычка, прости, сядь на стул.

Всего опрос изаполнение протокола заняли минут двадцать. Айзек пояснил, что встал, чтобы помочьженщине. Он не знал, что готовится штурм.

Капитан Неро,а офицер оказался капитаном, пояснил Айзеку, что его оглушили во время штурма, потомучто стояло всего двое – террорист и Айзек. Охранник в агентстве включил рацию, иво время штурма спецназ знал, что все заложники лежат, поэтому Айзека приняли засообщника.

Однако показанияостальных потерпевших, сотрудников, и особенно Пьера Кантона, полностью убедилиНеро в непричастности Айзека к теракту. Пьер, кстати, оказался единственным пострадавшими находился в больнице. Неро проверил, что Айзек шел сдавать энергию заранее, подготовивпредварительный страховой контракт. Прочитал его. Обнаружил единственного родственникаАйзека – Викторию Франк – в больнице в ожидании операции и пункт в контракте обоплате услуг операции из денег от Агентства «Коммуна», и последние сомнения в Айзекеу него исчезли.

– Забирай своивещи, – мягко добавил Неро. – Кстати, что это за штуковина? – спросил он, протянувАйзеку “Vi-Rain”. – Скажу тебе честно, я вычеркнул ее из описи твоих вещей,а то пришлось бы тебя тут еще неделю держать, пока мы не поймем, что эта вещицаникак не связана с захватом. Ты уж извини, сначала мы разбирались с Кавелье, отправлялиего в Марсель, потом налетела свора начальников и прокуроров, зампрефекта, журналисты.До тебя долго руки не доходили. Да и у твоей сестры фамилия не как у тебя. Не знал,что она сводная. Но я проверил всю информацию по тебе сегодня, чтобы пусть поздно,но ты вернулся скорее домой. Иди, уже десять вечера.

– Это мое изобретение.Безопасное. Против дождя.

Айзек сгребсвои вещи, Vi-Rain жалобно пискнул. Такая доброжелательность Неро вызывала в немнеобъяснимую тревогу.

– Айзек, мне оченьжаль, – вдруг тихим голосом по-отечески добавил капитан, – У меня не самые радужныеновости из больницы. Твоя сестра в коме. Сегодня днем.

Пол ушел из-подног. Из глаз Айзека потекли слезы. Во рту было еще сухо, но слезы катились по щекамкрупными градинами. Он не мог произнести ни слова, мелкие евро рассыпались на пол,руки набитые всякой мелочью дрожали, никак не могли попасть в карман.

Это было несправедливо!Суки! Никто конкретно. Все! Айзеку противны были все.

– Я говорил сдоктором, не отчаивайся, это конечно плохо, но ее жизни ничто не угрожает. Ты обязательнонайдешь деньги на операцию. И сам сходи к доктору через неделю. Наш врач сказал,у тебя легкое сотрясение мозга.

На темной улицеАйзека никто не ждал. Даже журналисты, обычно в таких делах вездесущие, разошлисьпо домам или заканчивали дела в редакции к утренним выпускам. Ничего нового Айзекдобавить бы не смог, а мнение или рассказ еще одного непострадавшего были уже никомуне интересны. Время не останавливалось, время неуклонно бежало вперед. В целях секретностиего имя не называлось, и никто из знакомых не приехал его забрать. Да и некому былоехать. Дождь уже не шел, но было очень промозгло. Основная масса таксистов ужедавно спали дома, все-таки на Лазурном берегу сезон только начинался.

– Садись, подвезутебя до больницы. Или до дома, реши сам.

Айзек повернулголову. В открытом окне серого Пежо Айзек узнал капитана.

Айзек с трудом продрал глаза ближе к обеду. Организм протестовал после вчерашнегонервного дня. Отчаяние, заставившее пойти на сдачу, взрыв, удар, полицейский участок,Викки в коме – голова гудела от последних событий.

Айзек побрел вванную. Глядя на себя в зеркало, широко раскрыл глаза и поднял брови. Зажмурилсяи снова открыл глаза. «Потрепанный, как тот бомж» – подумал он, глядя на свое отражение.На него из зеркала смотрел худощавый темноволосый парень с пронзительными серо-зеленымиглазами. Нос слегка крупноват, уши тоже, чуть впалые щеки. Типичным красавцем назватьего было сложно, но девушки всегда в нем что-то находили, а им, наверное, видней.Даже небольшой шрам на подбородке не портил его, а скорее наоборот придавал каплюнедостающей брутальности. Айзек небрежно попытался поправить волосы, но они всёравно непослушно торчали. Бросил взгляд на щетину, неравномерно покрывшую его лицо.«Как всегда небрит, и не собираюсь», – подумал он.

Почему-то щетина нравится женщинам, пришла Айзеку первая светлая мысль. Ипри этом они жалуются, что она колется. Он попытался представить, как это, когдаты с утра стоишь у зеркала в ванной, а девушка подходит к тебе и проводит рукойпо небритой щеке. Как в рекламе. Но то в рекламе, а в жизни такого не бывает. Заскочилв ванную, быстро умылся и мчишься по делам.

Те редкие девушки, с которыми раньше Айзек встречался, никогда так не делали.

А чтобы рукой по щеке нужна любимая девушка. Чтобы любила, а не, так, случайныеотношения. Настоящей влюбленности в жизни Айзека не наблюдалось со времен болезнисестры. Айзек не думал, куда она делась.

Никому не нужен проблемный парень, да еще почти нищий. У всех своих головныхболей хватает, чужие не нужны. После того, как на Викки свалилась эта напасть, уАйзека не было на настоящий роман ни времени, ни денег, ни – самое главное – желания.

Оставалось довольствоваться теми девушками, которые, выпившие, подворачивалисьпод руку в «Старз-н-Барз». Ему частенько намекали, давали понять или напрямую говорили,что он симпатичный, у него правильные черты, высокий рост, хорошо сложенная фигура.Ростом, правда, не так уж высок, но Айзека не переживал, в жизни это ему не мешало.Что на уме у туристок, которые такое говорят первому попавшемуся парню, Айзеку объяснятьбыло не надо. Дают – бери, народная мудрость. Хотя сил после долгой смены всегдаоставалось мало.

От мыслей Айзек очнулся только рядом со своим компом, в руке была чашка кофе.«О, кофе! Когда это я успел его приготовить? Некоторые вещи делаются на автопилоте,как будто внутри тебя сидит некий собственный бармен», – ухмыльнулся Айзек, но емубыло невесело. Стоп. Почему сразу в компьютер? Вот ведь привычка! Надо позвонитьв госпиталь, узнать про Викки.