Олег Рыбаченко - Радуга Армагеддона
— Смотри, что-то этот звереныш долго не может придти в себя.
Гилес даже заскрипел от ярости.
Представитель цивилизации Восьмиродов сразу обратил внимание на ужасающие ожоги, покрывавшие все растерзанное тело парня. Он сказал Гилесу:
— А что вы хотели! Огонь — самая страшная вещь во всей вселенной. У него ожоги седьмого уровня, близкие к критическому поражению. Плюс, еще сильное истощение от голода и чрезмерных физических нагрузок.
— Ну, этот выродок должен, по моему желанию, пройти все виды пыток и мучений. Вот бы ты мне и помог. Я просто забыл, как максимально болезненно истязать приматов.
— Я — врач, а не палач. Лучше зайди в полицейский департамент — там тебя научат.
— Там есть информация, но она касается только пыток других рас и народов.
— А ты думаешь, что у них нет врагов внутри своей расы? Ладно, тебе следует обратиться к гангстерам. Я, лично, только могу вылечить.
— Вот и вылечи, восстанови его, сделай полную регенерацию. Желательно, максимально быстро.
— Много надо будет заплатить за форсирование регенерации.
— Да заплачу я. Ты мне еще препарат дай, чтобы он так быстро не вырубался, а подольше трепыхался в пламени.
— Огонь сделай меньше, ведь не дракона жаришь.
— Не одного умного совета!
* * *Когда Тигров очнулся, голова была ясной, боль исчезла. К моменту, когда его вздернули на дыбу, тело было измучено так, что боль была везде. Кожа была спалена солнцем, ноги — разбиты в кровь. Раны разъела люминесцентная соль, которую в изобилии густыми тучами поднимали ветра. Все уже настолько пропиталось болью и страданием, что когда его охватило бурное пламя, он был только рад, ожидая конца истязания. Уже не первый раз его ласкал огонь, пронзая до костей, и всякий раз это влекло за собой какие-то перемены…
Но что это? Боли нет, ожогов нет. Он лежит в чистой белой постели под мягким одеялом. Может, это уже рай? А может, он у себя дома? А все, что произошло, просто кошмарный сон? Как хорошо, когда ничего не болит!.. Можно легко вскочить на ноги и выбежать из этой просторной светлой комнатки. Слишком уж она нарядная: вся в ярких цветах. И это почему-то тревожит…
Володька с быстротой ласки выскользнул за дверь. Потоки огненного света ослепили глаза. Зажмурившись, мальчик бросился бежать. Раскаленный, сверкающий, как разбитое стекло, зеленовато-фиолетовый песок опалил босые пятки, заставив подпрыгивать. Не обращая на это внимания, Тигров галопом понесся по пустыне. Он понял, что его тревожило. Опять та навязчивая семицветная гамма, когда цветы повторяют рисунок имперского флага. Никогда еще Володька не мчался в таком бешеном темпе. "Какой здесь жгучий песок, даже в каменоломне не было так больно…"
Удар парализатором накрыл мальчика. Он рухнул животом на обжигающую поверхность. Кожа тут же покрылась волдырями, правда, боль из-за действия парализующих лучей была едва ощутима. Бугристая глыба с акульей пастью склонилась над ним.
— Что, звереныш, улизнуть хотел? — прошипело чудовище, страшно коверкая слова.
Затем монстр, подхватив полубесчувственного мальчика, поволок его к прежней переносной палате-камере. Его длинный, толстый, как бревно, хвост оставлял за собой извилистый след. Видно, частицы соли реагировали на контакт с жирной кожей чудовищного странника, и на зеленовато-фиолетовом песке проступили розовые пятнышки. Урод весил не меньше тонны. Мальчика он бесцеремонно швырнул, словно котенка, после чего запер дверь.
Тигров не мог даже пошевельнуться, он лежал прямо лицом к стене. Помимо цветов здесь была изображена странная для госпиталя тема.
Прекрасные, как херувимчики, в ярчайших одеждах дети, мальчики и девочки, которые безжалостно лупили из лучеметов по инопланетным существам. Причем половина существ либо стояла на коленях, либо простиралась ниц. Стэлзанята улыбались такими добрыми, веселыми улыбками, что их лица светились от счастья, словно они испытывали величайшее блаженство. Многоцветная кровь, вытекающая их убитых инопланетных существ, сливалась в радужный ручеек, текущий по направлению пурпурно-оранжевого "Солнца".
Мальчик чувствовал, как по животу поползли мучительные спазмы. Не будь его желудок пустым, как сердце ростовщика или автора это бесовской картины, весь пол был бы заблеван. Как надо оскотиниться, чтобы рисовать такое непотребство. Несмотря на паралич, Владимир продолжал извиваться, дергая конечностями.
Послышался слоновый топот. Громила с шумом вполз в комнату, острые шипы-гребни царапнули зеркальный потолок.
— Ты еще не успокоился, баритовый моллюск? Получи подарочек!
Такой удар мог раздробить гранит. К счастью, животное слегка промахнулось, и юношу задело вскользь. Металлический пол слегка прогнулся, а парень отключился, погаснув в сладостном мраке.
* * *Пробуждение было подобно кошмару. Отвратительная членистоногая обезьяна снова скалила рыло, а его новый хвостатый помощник выкручивал суставы, вздергивая на дыбу.
— Что, макака, ласты жжет? Будешь знать, как в догонялки играть.
Многоцветный огонь опалил кожу, запахло паленым мясом. Гилес даже облизнулся, его раздвоенный змеиный язычок коснулся покрытой бисеринками кожи юноши.
— Хорош! Из тебя получится прекрасная отбивная. Тебя когда-нибудь ели живьем? Я буду есть тебя кусочек за кусочком, не давая сознанию отключиться…
Дикий крик сам вырвался из груди. Каким-то чудом, может, благодаря ненависти, парню удалось его прекратить. Челюсти сжались так, что зубная эмаль чуть не треснула. "Почему все истязатели так любят огонь?.."
Отсутствие криков привело насекомообразную обезьяну в бешенство. Издав дикий визг, он схватил раскаленный прут. Точно выстрел из лучемета разбросал оранжево-зеленые мозги волосато-хитинского зверя. Другой выстрел свалил бугристого динозавра. Уже падая, по инерции, Гилес успел пройтись раскаленный прутом по ребрам, оставив на коже борозду.
В глазах Володи помутилось от боли. Все было словно в желтом тумане, но Тигров успел разглядеть избавителя. Светловолосый мальчик с ангельскими чертами лица, в сверкающем, как золото, костюме напоминал рассерженного Амура. Его небольшой лучемет казался игрушечным и безобидным. Выпустив из лучемета несколько коротких потоков света, он прожег толстую проволоку. Владимир упал на большое пламя, однако, кувыркнувшись через голову, тут же вылетел из него.
Прибывший на подмогу мальчишка помог освободиться от зажимов, сковавших конечности. Несмотря на боль, Тигров узнал своего спасителя. Да, как ни странно, это был тот самый мальчик-стэлзан, с которым они встретились в столице Галактики.