Яна Завацкая - На тверди небесной
Мы быстренько накрыли на стол. Инза разложил свою штанью по тарелкам. Со штанами это блюдо ничего общего не имеет, кроме названия. Это очень вкусно, хотя из земных продуктов получается не совсем аутентично. Туда входят макаронные пластинки - как для лазаньи, разные овощи, сыр обычный и моцарелла, грибы и оливки, а суть - в особом соусе, который Инза научился как-то составлять из земных, триманских продуктов. На правах единственного мужчины здесь - как бы заменяющего священника, он прочел молитву. Мы принялись за еду. Операция не была секретной, и я с удовольствием рассказала ребятам о случившемся.
Приятно рассказать. Все живы-здоровы. Мы даже не убили ни одного человека. Дарайца. Я не люблю убивать и не понравится мне это никогда. Идея новая - интересная и перспективная. Жаль только, нельзя называть имя Эльгеро, а мне бы хотелось поговорить о нем.
В конце концов, им полезно знать о новой контрстратегической операции. Будут отслеживать теперь рекламу Нью Эйдж.
Инза разлил вино по бокалам - сухое "Дорнфельдер" из Пфальца, здесь мы становимся гурманами. Методом проб и ошибок выяснили, что именно это вино нравится всем троим.
— За победу! - привычно сказал Инза. Неважно, за какую именно. Всегда - за победу. Она ведь нам всегда нужна. Одна на всех, мы за ценой не постоим. Мы выпили. Потом за погибших. У нас нет традиции "третьего тоста", за погибших мы пьем во вторую очередь. А дальше уже - как придется.
— И когда нас только в Питер переведут опять? - с тоской сказала Ашен. Я взглянула на нее.
— Тебе-то что? Ты ж не русская, в отличие от меня.
— Питер мне нравится больше, - ответила девушка. Я кивнула.
— Мне тоже. Но что поделаешь, как начальство скажет…
В Питере была наша вторая "точка", оттуда тоже легко топографически попасть к построенному мной Городу в Медиане. Там мы и работали первый год. Но сейчас начальство сочло, что удобнее держать и обеспечивать нас в Германии. Может быть, из-за нестабильности русской политической ситуации. Или благодаря дарайской активности. Не знаю уж.
Лицо Инзы в свете ночной лампы казалось птичьим - острый длинный нос, тонкий профиль. Глаза опять отливали кошачьей зеленью. Ашен рядом с ним казалась даже слегка полноватой, хотя вообще у дейтр фигуры скорее астенического типа. Но Ашен нормостеник, притом маленькая и крепкая. Доброе круглоглазое лицо сердечком. А вот Инза - типичный дейтрин, для гэйна, пожалуй, кажется слишком хрупким, но это обманчивое впечатление. Я в который раз подумала, что они бы хорошо выглядели парой. Но это лишь казалось - за годы совместной работы Инза и Ашен так и остались просто друзьями. Впрочем Ашен с ее добродушием подружится с кем угодно. У Инзы не так давно погибла невеста. А вот у Ашен жених был - тоже гэйн, только работал он в Лайсе. Свадьба была назначена через полгода. На среднем пальце Ашен носила тонкое серебряное колечко.
В который раз, глянув на это колечко, я вспомнила, что видимо, скоро Ашен уйдет от меня. И пожалела об этом. Привязалась я к ним обоим. И к Инзе с его легким высокомерием. И к Ашен, которая могла успокоить и разрешить любой конфликт - пожалуй, иначе мы бы с Инзой уже переругались. Я пожалела - и тут же выругала себя за эгоизм. У Ашен своя жизнь. Она выйдет замуж, родит ребенка. Будет счастлива. Не всем же такое мучение, как мне. Поживет с ребенком годик в Лайсе, в мирной зоне. Потом, может, родит еще. Нам, женщинам-гэйнам, все-таки везет - бывает в жизни несколько лет перерыва на рождение малышей. Дети нужны Дейтросу. До такой степени нужны, что любую, самую талантливую гэйну охотно отпустят рожать.
Мне вот, наверное, это не понадобится. Я зажмурилась и выгнала кошек, которые наладились было опять драть сердце когтями. Взглянула для успокоения на стену, где висела моя картина. В последнее время я попробовала себя в акварели. Картина называлась "Полдневные тени". Вдохновило меня на это стихотворение Инзы.
Тени. Прозрачны. Текучи, как песок.
Бегут наискосок
На уголок забвенья…
Сиреневые призрачные фигуры женщин на голубоватом фоне, воздевающие руки к треугольному солнцу. Странно для меня -я никогда так не рисовала. Просто захотелось попробовать себя в новом жанре. Ребятам понравилось, и картина заняла почетное место в гостиной.
— Еще? - Инза снова разлил вино, опустошив бутылку. В его бокале оказалось чуть больше, он аккуратно перелил часть излишка в мою, часть - в бокал Ашен. Придирчиво рассмотрел уровень вина в каждом бокале. Удовлетворился дележкой и произнес, - выпьем за любовь!
— О да, за любовь! - радостно подхватила Ашен. Я глотнула вино, почти не заметив. За любовь. Что бы сказал на это Аллин?
— А вот что писал Раймунд Луллий… - я прищурилась, вспоминая, - "Спросили у Любящего, где обитает Возлюбленный его. И ответил он: найдете его в том доме, что всех других превыше, и найдете его в любви моей, в страданиях моих, в слезах моих".
Ребята помолчали. Потом Ашен всплеснула руками.
— Инза, а стих? Кей, он такой стих написал! Почитай сейчас же! Ну пожалуйста!
Инза блеснул зеленым глазом. Сел вполоборота к нам. Глядя куда-то в стену, сквозь стену - начал медленно и по-актерски читать.
Не уверен. В деталях, числах, движеньях губ.*
Точки: отсчёта, кипения, и - над i переменчивы точно количество пальцев рук - не упрятать в перчатку и не собрать в горсти.
Слово (было уже!). Из хаоса вышел хлам, и из хлама взросли бамбуки и вбили клин.
Педантичный топограф разрезал вcё пополам, но забыл про ничейную плоть между ян и инь.
Из горячих отверстий забил речевой поток.
Ты, эффектно срывая скальп, завершил стриптиз.
Слово - не воробей, а скорее всего, патрон, и озвученный ангел срывается уткой вниз… *Н.Ребер
Мы помолчали с Ашен. Потом я сказала.
— Я вижу, вы тут не теряли времени, пока меня не было.
— Да уж конечно! - воскликнула Ашен.
— Но завтра, - я подняла палец, - завтра идем в Медиану. Так что читаем Вечерню и спать! Инза, тащи книжку.
Инза спит у нас в гостиной, мы с Ашен - в спальне. Третья комната опутана колючкой и заминирована - на тот случай, если кто-то прорвется из Медианы. Здесь наш постоянный выход. Здесь мы работаем.
Я натягиваю броник и нахлобучиваю шлем. Из оружия только шлинг и Дефф в кобуре. Вот так. И только так. Сегодня Ашен идет со мной, Инза дежурит дома. Сейчас мы будем заниматься тем, для чего, собственно, меня и держат на Триме.
Стратегией. Нет, конечно, меня готовили как агента, и иногда используют таким образом. Я идеально вписываюсь в земную жизнь. Но раз уж оказалось, что я в состоянии создавать настоящие фантомы, раз у меня такой талант - значит, меня используют для стратегии. Лишь благодаря этому таланту я сделала карьеру - за 2 года звание ксаты, а вскоре обещали и повысить до шехины. Стратег или фантом-оператор, как мы это называем, в сравнении с обычным гэйном - все равно, что пилот стратегического бомбардировщика в сравнении с пехотинцем.