Владимир Контровский - Дорогами Миров
…Ещё несколько раз Гейртар бросался на всё уплотнявшуюся преграду. Силы его убывали, и неотвратимая развязка приближаясь. Кольцо-сфера Алых Магов сомкнулась, и Карантэейе уже не под силу было дотянуться до возлюбленного. Её магия бессильно стекала по разделившей их ледяной броне, и Эндар видел, как гасла улыбка на прекрасном лице, уступая место выражению боли и потерянности. Ещё совсем чуть-чуть — и спелёнатого чарами Гейртара поволокут под надёжной охраной в Цитадель, на суд Магистров, а там — или-или… Но конец драмы оказался совсем другим, нежели все ожидали. Гейртару не хватило мига до свободы, но миг для принятия решения у него остался, как остались и силы для воплощения этого своего решения в реальность…
Два заклятия сработали одновременно, и по качеству они оказалось лучшими из всех чар, что когда-либо творил Алый Маг Гейртар. Первое заклятие вызвало саморазрушение. Алый Маг рангом ниже Капитана не сумел бы должным образом привести в действие Абсолютное Оружие в одиночку, но Гейртар смог. Он не хотел убивать никого из своих, а прорваться не вышло. Но направленное на самоубийство заклятие не удалось блокировать самому Аргентару. А быть может, Командор просто не ожидал такого или… не захотел? Как бы то ни было, ослепительное белое пламя выплеснулось во тьму, и для Гейртара, и, что гораздо серьёзнее, для Первичной Матрицы, Души, Сущности, воплощённой в Маге-Воителе Гейртаре, всё кончилось. Монаде предназначено вернуться в Лоно Вечнотворящего Разума по завершении Великого Круга, и только Конечная Смерть может нарушить это Предначертание. И именно Конечную Смерть призвал для себя мятежный Ведущий…
Второе заклятье было неожиданным по сути, и поэтому осталось не замеченным никем, даже Аргентаром. Прочитал его только лишь тот, кому оно предназначалось — Капитан Эндар. Спрессованная в тугую магическую глобулу информация обо всём происходившем канула в пространство, пронзая Миры и измерения, чтобы по истечении некоторого срока — не более нескольких стандартных дней — добраться до адресата, лучше всего тогда, когда он будет спать. Волшба была поистине высшей пробы — глобула успела впитать в себя и ещё кое-что, случившееся уже после того, как Ведущий Гейртар обратился в ничто. Не так много, в общем-то, но отчаянный крик Карантэйи, крик смертельно раненой птицы, крик, переворачивающий Миры, крик, в котором не было ни капли фальши, — этот крик глобула впитала и скрупулёзно воспроизвела, добравшись до того, кому она и была послана.
И крик это, затихая, продолжал звучать в сознании Эндара, хотя видение уже погасло. Маг проснулся, встал и подошёл к окну, всматриваясь в мягкую уютную темноту за ним и пытаясь решить для себя несколько странный на первый взгляд вопрос: что это было — живое подтверждение наивно-прекрасного рыцарского девиза седых времён: «Любовь стоит жизни!» или же… очередная победа магии Инь?
* * *Как-то само собой получилось, что Эндар совсем не вспоминал о спасённом Алыми маге Технодетей. И меньше всего он предполагал, что тот тоже может находиться здесь, в Мире Сказочных, в том самом «санатории», как окрестил своё временное обиталище (а было ли у него когда-либо обиталище постоянное?) Воитель. Однако это оказалось именно так.
О том, что Техномаг по имени Иридий (странно звучащее имя!) здесь, Эндар узнал от Аэль. Он наверняка и сам почувствовал бы его присутствие, просто не придавал этому факту никакого значения, не думал об этом и, следовательно, не концентрировался.
Как-то утром (Аэль делила ложе с Воителем ночью, а потом омывала его своей целительной магией), уже уходя, Целительница окинула Мага взглядом, в котором сквозило удовлетворение от качественно выполненной работы.
— Ну вот почти и всё, Эн…Ты уже совсем как новый, Капитан. Скоро ты покинешь этот Мир. Тебя ждут новые Дороги, новые Миры, новые битвы — и новые женщины. — Аэль произнесла всю эту чуть высокопарную тираду без малейшей тени ревности (да и могла ли идти о ревности речь!), просто констатируя факт. — Да, а не хотел бы ты повидать спасённого тобой?
— Кого? Какого спасённого?
— Того самого. Ты уже не помнишь, о Воитель, что в той памятной схватке, когда тебя полоснул Чёрный Нож, вы спасли пленного — мага из галактиан. Он здесь, неподалёку. Чёрная Магия серьёзно его покалечила, и он пробудет здесь ещё не один день. Иридий едва не сделался зомби, и мне стоило немалых трудов оттащить его от края… Я рассказала ему о тебе, и Юный очень хотел бы с тобой встретиться — если ты не против, конечно.
— Почему бы и нет? Мне и самому интересно. Столько лет опекать Технодетей и не познакомиться поближе ни с кем из них — это просто неразумно.
— Правду говорят, что у Алых Воителей понятие разумности и целесообразности всегда стоит на первом месте… — с какой-то странной интонацией фыркнула Аэль. Девчонка вообще иногда позволяла себе в общении с Эндаром некоторую вольность — что поделаешь, Закон Разделённого Ложа накладывает свой отпечаток. Но Эндару и в самом деле захотелось увидеть Юного Мага — времени у Капитана вполне достаточно, почему бы и нет?
И в тот же день они встретились. Сначала Аэль намеревалась пригласить мага из расы Технолидеров в Дом Эндара, но Алый Воитель предпочёл встречу в жилище Иридия — ему хотелось посмотреть, в каком антураже обитает представитель расы, для которой магия не была столь естественной и неотъемлемой, как для тех же Алых или для аборигенов Мира Сказочных.
Когда Воитель и Целительница примерно через полчаса неспешной ходьбы миновали очередной поворот извилистой тропки, змеившейся под кронами Сказочного Леса, глазам Эндара предстало обиталище Техномага. Естественно, оно было сотворённым, и к этому всецело приложила ручку Аэль, но действовала она — и в этом ошибки не могло быть — в полном соответствии с запросами и привычками временного хозяина временного Дома.
Параллелепипед из стеклобетона (так, кажется, называется этот материал в Мирах Технодетей?) вписался в окружающий пейзаж достаточно органично. Стены казались зеркальными, непроницаемыми для взгляда (обычного, не магического) снаружи и прозрачными изнутри. Столь привычного Магам дверного полога-занавеса не было, вместо него дверной проём закрывала массивная плита, скользящая вбок и уходящая в толщу стены, как на звездолётах техногенных цивилизаций (Эндару доводилось видеть этих монстров из металла, правда, уже в безнадёжно изувеченном и мёртвом состоянии). Тропинка заканчивалась прямо у двери, которая была распахнута — гостей явно ждали.