Сергей Спящий - Время terra incognita

Он хотел прервать звонок, но тут комсомолец сказал кое-что привлекшее его внимание.

— Ещё этот интеллект… — пробормотал абонент.

— Эра?

— Играет в солдатики. Надоела уже.

— Хорошо играет? — спросил Мотылёк.

— Последнюю пару месяцев не проиграла ни одной игры— признался комсомолец: —Мы подумали, что она только в симуляторах хороша. Договорились провести зарницу на местности и оказались разбиты вдвое меньшими силами под её управлением. Теперь наши жаждут реванша. Привет от вас передавать?

— Передавай— согласился Мотылёк.

Голографическое изображение собеседника схлопнулось в точку.

В задумчивости Мотылёк барабанил пальцами по подлокотнику кресла. Регулярные проверки Эры позволяли собирать любопытные данные по реакции интеллекта на обучение военному искусству. Если бы у него имелось достаточно времени, он бы обрабатывал их полнее, но и незаконченный анализ указывал на два факта: разум Эры остаётся стабильным и обучение изменяет её.

В последнем не было ничего необычного. Любая целенаправленная деятельность, особенно обучение чему-то новому, изменяет разум. Мотыльку не нравилось добровольное превращение Эры в оружие. Но что он мог поделать?

Мотылёк пытался говорить с Нэлли и Новосибирском — безрезультатно.

— Мы должны специализироваться— объяснила Нэлли: —Каждый в отдельной области. Так мы станем более эффективны.

— Не волнуйся— ободрил Новосибирск: —Каждый из нас держит на контроле состояние двух других.

— Всё будет хорошо, Денис— заверила Эра: —Береги себя, Наташу и Костю, а за меня не беспокойся.

Как будто он мог не беспокоиться! Однако не оставалось ничего иного как согласиться.

В степь приходило лето. Оно ещё не пришло, лишь заглянуло одним глазом, пустив вперёд себя ласковую весну. Из Москвы всё чаще приходили запросы, общий смысл которых склонялся к следующему: —Вы получили ресурсы и людей. Так когда уже будет результат?

Приходилось отвлекаться от работы и по многу раз объяснять одно и то же. Процесс идёт по плану. В ста девятнадцати сетевых кластеров завязались зародыши будущих интеллектов. Работа исследовательской группы направлена на манипулирование информационными потоками, чтобы не дать одному зародышу поглотить и включить в себя остальные, к чему каждый из них неосознанно стремится. Нет — зародыши ещё не разум. Это совокупность программного кода выделяющегося в информационной среде и реагирующего на информационное воздействие как единое целое. Нет — людей пока достаточно, новых придётся вводить в курс дела, учить и это только замедлит процесс. Нет — ресурсов тоже больше не надо. Топология сети и так безмерно сложна. Если усложнить её ещё больше, то для расчётов придётся отвлекать кого-нибудь из интеллектов. Да и не нужно этого. Нет — он не сможет выдать результат уже завтра. Вот хоть режьте — не сможет. Потому, что сроки и планы были взяты не с потолка. Нет — быстрее не получится. Процесс рождения вообще невозможно ускорить и дополнительное вливание в проект ресурсов или людей не поможет. Сколько интеллектов они смогут предоставить по завершению проекта? Ну, допустим, на десяток можно, наверное, рассчитывать. Мало? Увеличение существующего числа интеллектов более чем в четыре раза это мало? Он назвал нижнюю границу. Да, не меньше десяти. Скорее всего больше. Только их ещё нужно будет воспитывать и обучать, а это дело не одного месяца. И даже если к обучению подключится тройка интеллектов-старожилов, воспитание требует определённого времени. А выпускать в мир невоспитанных интеллектов он отказывается категорически. Человека-хама должен сдерживать и перевоспитывать коллектив. Перевоспитать интеллект гораздо сложнее. Просто дайте больше времени — единственного требующегося его группе ресурса. Дайте время и всё будет хорошо.

— Задолбался я быть администратором— жаловался Коню Мотылёк: —Со всеми отписками, ответами и решением бытовых вопросов не успеваю заниматься настоящим делом. Доходит до того, что я вынужден расспрашивать руководителей групп о последних изменениях и новостях. И это вместо того, чтобы непосредственно участвовать в процессе, самому творить новости и находиться на острие научного поиска. Надоело.

— Прорвёмся! — хлопал по плечу Конь.

— Слушай, как у тебя получается всё успевать? — поднял голову Мотылёк.

— Секрет крайне прост.

— Говори, ну?

— Игнорирование девяносто девяти процентов входящей корреспонденции— заржал Конь: —Если что-то важное, то напомнят второй раз или третий. Сосредоточься на главном, друг мой и со спокойной душой забивай на всё остальное. Жизнь слишком коротка и интересна, чтобы тратить её на всякую ерунду!

— Ты серьёзно?

— Ещё бы! Думаешь: почему последние две ночи ночевал в лаборатории, а не дома? Возле дома караулят какие-то личности жаждущие присосаться и отнять драгоценные мгновения моей жизни. Я им, видишь ли, не ответил на какие-то там запросы. Три четверти из них разойдётся самостоятельно, а если я по настоящему кому-то нужен, то найдут и в лаборатории. Конечно, лаборатории при заводе режимный объект, но я придерживаюсь принципа, что если кому-то что-то очень нужно, то он может это получить, сколько бы препятствий не стояло на пути. А если не получил, значит не очень-то и хотел.

— Я думал ты не ночуешь дома потому, что опять поссорился со своими девочками— удивился Мотылёк.

— Это тоже! У них весеннее любовное обострение. Снова требуют, чтобы я выбрал из двух одну. Сказали не приходить, пока не определюсь. Вот я и не прихожу. Жду, пока успокоятся.

— Об этом— Мотылёк кисло улыбнулся, будто по ошибке взял не засахаренную лимонную дольку, а самую обычную и теперь жевал её, стараясь не обращать внимание на вкус: —Ты бы уже определился, а? Сколько можно?

— Сколько нужно— отрезал Конь: —Любовь пополам не делится. Так и передай Наташе. Это она просила поговорить со мной и наставить на путь истинный?

— Она— с облегчением признался Мотылёк.

— Как у вас, хорошо?

— Отлично!

— Какой же ты везунчик, друг— Конь шутливо толкнул Мотылька в плечо: —Вся твоя любовь направлена на одну и ту же девушку. А у меня сердце разделено пополам. Точнее на три части. Третья часть — работа. О ней и хотел с поговорить. Бросай писанину — подождут.

— Это из Москвы— попробовал возразить Мотылёк.

— Шли лесом. Там зародыши уже делят! Если не поторопишься, останешься на бобах. И на былые заслуги и на статус руководителя не посмотрят. Станешь «общим» куратором, хочешь?

Мотылёк замотал головой.

— Тогда ноги в руки!