Виктор Кравец - Далекие близкие звезды

   Сейчас мужчина с тонкими усиками мало чем напоминал суетливого живчика в высоких ботинках и камуфляже, который наливал водку российскому императору на берегу реки. Сейчас это был пижон и франт - лев вечерних приемов, хищник раутов и званых ужинов.

   "Мне б еще тросточку и котелочек... и белые перчаточки для полноты картины... Тем более, что условно обольщаемая дама на заднем плане уже имеется".

   - Ну и параноики ж мы с тобой, Чи-чан. Ну, что нам стоило встретиться на Лазоревой или на Рюкю? Я - в плавках с гавайским венком на шее, в широкополой шляпе и черных очках... Шлепанцы обязательно! И гавайку поцветастее... Ты - в бикини и палантине... или как там эта полупрозрачная штука называется, которую вы завязываете поверх купальника то так, то эдак?

   - Парэо, неуч! - Расхохоталась красавица. - Представляю себя в шерстяном палантине под палящим солнцем! "В палантине и бикини"! Ха-ха-ха! Поэт! А почему не в паланкине? Ха-ха-ха!

   - Насмешил? Здорово! Ты хоть и хохотушка, но над старыми шутками не смеешься... Кстати, серьезный недостаток для женщины - мужчины не смогут развлечь тебя анекдотами...

   - А вот про анекдоты - это одна из тех самых старых шуток, над которыми я не смеюсь, Витя-кун! - Фыркнула собеседница. - Но я должна сказать "спасибо" за минуту здорового смеха! Между прочим, на Рюкю тебе пришлось бы тяжело-о-о! Знаешь, какие там парни по пляжам ходят? Высокие, загорелые, мускулистые - шедевр генетической селекции Сияющих Звезд. М-м-м... Не то, что некоторые - низенькие, щупленькие и... ты когда последний раз под солнцем-то ходил, Вик-сан?

   - Умеешь ты мужчине приятное сказать, Чи! - Покивал головой мужчина, не оборачиваясь. - Хоть один из этих... загорелых-мускулистых... ушастых... продержался рядом с тобой больше суток?

   - А ви таки с какой целью интересуетесь, батенька?

   - Узнать хочу, насколько не свезло парням напороться на настоящую эльфу - злую, язвительную и стервозную.

   - Хи-хи-хи... Вик, я тебя обожаю! Не прошло и пяти минут, а ты уже ДВАЖДЫ меня рассмешил! Ах, прямо старыми временами повеяло!

   - И то хлеб - значит, не зря сюда летела, Несмеяна ты наша!

   Он подождал минуту и повторил:

   - Но ведь параноики ж, Чи?

   - Параноики. И чё? Непараноики, знаешь ли, сильно пожалели о своей доверчивости. Даже невзирая на изменение политики партии, как ты выразился. Сколько нас было первоначально, Ткачев? - Мужчина поморщился, как от лимона. - А сколько осталось сейчас? Этот мир слишком опасен! Невзирая на... Вот мы и... предохраняемся, хи-хи-хи...

   - Откуда я знаю, сколько вас там осталось? Я за вами не слежу. А вы попрятались, как зайцы...

   - Кажется, это у вас называется "взаимоиск'ющающие па'аг'афы"? Если не следишь, откуда знаешь, что попрятались?

   - Я имел в виду, что специально не слежу. А что, таки попрятались?

   - Конечно! Не все ж такие прогрессивные и молодые, как я. Шок оказался очень силен... Аркуэнэ, например, сошла с ума - ты знаешь? Ты вообще помнишь эту бедную девушку?

   - Аркуэнэ... Аркуэнэ - Наморщил лоб Виктор... - Я с ней спал?

   - Спал? Ну, не зна-а-аю... - Протянула эльфийка и вкрадчиво напомнила. - Кривой такой ритуальный ножичек...? Ну, так как - спал?

   Мужчина вздрогнул, лицо перекосило и он демонстративно сплюнул, еще раз заставив эльфийку весело расхохотаться.

   - Ожидаемо. - Процедил он. - Эта тварь и раньше с мозгами не дружила.

   - Ты злопамятен, Виктор! Мы все признали свою ошибку, принесли тебе самые искренние извинения и не имеем...

   - ... потому что у вас не было другого выхода - со мной надо было очень сильно дружить... Девочек мне в постель подкладывать, умасливать и заигрывать. Да? До сих пор жалею о том, что у меня стандартная ориентация и о том, что у вас такие красивые девушки - а ведь достаточно было щелкнуть пальцами и Старейшина... как его там? а, не важно! ... этот козел раздвинул бы булки и изобразил бы дикое блаженство на своей остроухой морде.

   Зеленоволосая заливалась смехом:

   - Вик, я тебя люблю! Еще чуть-чуть и я снова окажусь с тобой в одной постели! ("Тут ковры мягкие" - буркнул Виктор) Ковры? Да, на коврах у тебя получалось особенно хорошо! - Хохотала она.

   Успокоилась:

   - А этот "как его там" - старейшина Рьювилевар - разбился во время ежегодных гонок на Самхди. Старикана потянуло... поадреналинить. Так что забудь ты ту обиду... вот он, труп врага, проплывающий мимо! Ты оказался куда мудрей... пережив старого маразматика!

   Зеленоволосая с показательным наслаждением шумно, как положено, сделала глоток чая. Мужчина о чем-то задумался, пожевал губами и повернулся к красавице:

   - Чиниэль-ванима! Лхафрэ ни! ("Прекрасная Чиниэль! Послушай меня!")

   Девушка нервно дернула ушами, нахмурилась и отставила чашку на столик. Веселое выражение куда-то подевалось с красивого лица:

   - Лхафрэ, аркуэн лаир! ("Слушаю, мой благородный друг!" )

   - Высокая госпожа моя, почему мы сейчас ведем себя, как герои дешевой бездарной книжки? Как персонажи, которые за неимением у автора мастерства, начинают объяснять читателю как, что и почему? Еще чуть-чуть и ты ненатурально и не к месту станешь рассказывать о событиях столетней давности!

   - Стопятидесятилетней, победитель мой. Сто пятьдесят лет прошло с тех пор, как мы... - Она поймала насмешливый взгляд собеседника и поразилась. - Однако! Могу совершенно точно сказать, что никаких воздействий на меня сейчас не было! Как так, Виктор?

   - Ты сама сказала - этот мир слишком опасен. - Развел тот руками. - А я бы еще и добавил - "особенно для вас, пришельцев".

   - Оператор, входящий по техническому каналу.

   - Кого там...?

   - Змей-четыре.

   - Блин! Давай!

   - Хорь-шесть, прем!

   - И тебе прием, Змей-четыре!

   - Так чем занят был, когда ушастые появились?

   - Слушай...!

   - Ты ведь Сомченко, да?

   - Да, я "ведь Сомченко".

   - И ты в РИВАКОС на одном курсе с Тетерским учился.

   - (Вздох). Четыре тысячи человек училось с Тетерским на одном курсе.

   - Из этих четырех тысяч кого-нибудь в нашей группе знаешь?

   - Нет.