Тимоти Зан - Черная молния

– Какого черта, – выдохнул он, удивленно уставившись вовнутрь.

– У него была бомба замедленного действия, – проклокотал Мордахей. – Мне единственному удалось вовремя сделать решающий глоток кислорода.

Мужчина выдохнул сквозь зубы и быстро отошел от открытой двери.

– Черт, – выругался он, – что это за газ – эй! Ты…

Сделав большой шаг к нему, Мордахей нанес ему обратный круговой удар в боковую часть головы. Пилот беззвучно осел. Мордахей уже было собрался стягивать с лежащего без сознания пилота форму, когда неожиданно за его спиной раскрылась дверь в коридор.

– Эй ты! – выкрикнул незнакомый голос, – что это значит?..

Большинство людей, как давно усвоил Мордахей, не ожидают атаки, когда разговаривают. И Мордахей уже успел справиться с тремя дежурными, прежде чем они осознали, что происходит. И пятью ударами позже он аккуратно сложил их на посадочной площадке на крыше рядом с несчастным пилотом.

Он осторожно исследовал все окна коридора на предмет лишних свидетелей. И не обнаружил никого. Протрусив к пилотской кабине скорой помощи, он заглянул вовнутрь и с облегчением заметил, что панель управления до ужаса похожа на ту, которую он бегло изучил вчера вместе с Лейтом. Бросив последний мимолетный взгляд на коридор, он шмыгнул в кабину и деловито взялся за рычаги управления.

Сначала он оживил двигатели, убедившись в том, что они стоят в нейтральном режиме. Включив автопилот, он ввел указание на высокоскоростной полет в восточном направлении. Сопла двигателей еще ярче озарились, и скорая помощь начала набирать высоту. Прежде чем выпрыгнуть, он выключил бегущие бортовые огни я захлопнул за собой дверь. Темная масса скорой помощи, едва видневшаяся только из-за фиолетового сияния реактивных выхлопов, отправилась в свой полет над городом.

Войдя через дверь во все еще пустынный коридор, он оглянулся в поисках лифта. Где-то там, внизу на улице, ему еще нужно было найти и украсть машину.

Транспорт как раз подъезжал к зданию Службы Безопасности, когда наконец пришло сообщение об убегающей скорой помощи.

– Что вы подразумеваете под словом украдена? – прорычал Гэлвей. – Как она могла быть украдена?

– Я не знаю, сэр. – Помощник пилота транспорта покачал головой. – Но в госпитале сказали, что никуда ее не посылали, и она не отвечает на радиопозывные. Минуточку… пришло еще одно сообщение. Генерал, они нашли пилота, валяющегося без сознания на посадочной площадке госпиталя.

Кроме Гэлвея, Куин тоже грязно выругался.

– Черт бы побрал этого тупого медика. Лейтенант, скорая помощь все еще находит ся в зоне досягаемости лазеров на Зеленой Горе?

– Нет, сэр, она уже вышла за пределы периметра Атены, направляется на восток через Денвер.

– А что вы имели в виду, упомянув про медика? – Гэлвей нахмурился.

– Разве это не очевидно? – Куин фыркнул. – Должно быть, в госпитале он все-таки провел телеметрию и определил, какую дозу противоядия нужно дать Мордахею. И дал ее.

– Гэлвей? – спросил Питман из хвостового отделения кабины. – Что происходит?

Префект оглянулся, чтобы посмотреть на него.

– Похоже на то, что Мордахею удалось вырваться, – сказал он юноше. – Он только что украл летательный аппарат скорой помощи, в котором сам летел, и направляется теперь куда-то на восток Денвера.

Глаза Питмана расширились от удивления, а губы беззвучно залепетали:

– О нет, – сказал он задыхаясь. – О черт, Гэлвей, генерал Куин, вы должны защитить меня. Вы должны. Я никогда еще для вас так много не делал…

– Защитить от кого? – перебил его Куин. – Мордахей приземлится и куда-нибудь уйдет, и уж точно сюда не возвратится.

– Возможно, – сказал Питман, его взгляд блуждал по внутренностям транспорта, когда тот приземлялся на посадочную площадку на крыше одного из зданий. – Но возможно и не так. Может быть, он просто пошел за подкреплением.

– Каким подкреплением? – усмехнулся Куин. Но он был внимателен, и его глаза сузились. – Какие-нибудь остатки «Факела»? Или что-либо еще?

Питман покачал головой.

– Я не знаю… но Лейт бы был доволен, если бы они перешли на его сторону. Это его собственные слова.

Куин взглянул на Гэлвея и приподнял бровь.

– Ты знаешь этих болотных жаб, Гэлвей, – сказал он – С какой это группой они скорее всего могли связаться?

– Эй, а может мы сначала разберемся с самым важным? – вмешался Питман, прежде чем Гэлвей успел ответить. – Я хочу, чтобы вы позаботились о моей безопасности, чтобы поместили меня куда-нибудь, где Мордахей просто не сможет меня найти, если вернется. Я имел это в виду. Гэлвей и вы, ребята, пообещали мне.

Куин засопел более чем презрительно.

– Кажется, твоя спецназовская подготовка не заложила в тебе особенно прочную основу, правда?

– Может быть, я просто гораздо чаще видел, как действует Мордахей, чем вы, – огрызнулся Питман. – Есть какое-нибудь безопасное место в тюремном блоке?

– Мы можем заточить тебя в одиночную камеру, – предложил Куин, пристально посмотрев в окно. Заключенные и охранники теперь выгружались с боковой двери транспорта, и генерал внимательно наблюдал за этим, пока все они не исчезли за бронированной дверью здания.

– Нет, не в камеру, – Питман покачал головой. – По крайней мере не в запертую. Я хочу, чтобы у меня была возможность выбраться оттуда, как только я почувствую опасность.

– Ну, тогда… только какого черта ты…

– А как насчет аварийного бункера, генерал? – перебил его Гэлвей. – Он находится в трех этажах под землей, в него есть только один вход и он рассчитан так, чтобы выдержать массированную атаку противника.

– Минуточку, Гэлвей, – рявкнул Куин, отстегивая крепление, – ты же знаешь, что бункер – это не гостиница.

– Насколько далеко расположен бункер от остальных, Гэлвей? – спросил Питман.

– Заткнись, Постерн, – вырвалось из уст Куина. – У меня есть еще приказы для тебя, и ты мне совсем не нравишься, если быть честным, то предатели, вроде тебя, вызывают у меня рвоту. Итак, запомни раз и навсегда: если ты еще хоть раз вызовешь у меня хоть половину этого ощущения, то я отдам тебя в лапы Лейта, чтобы он заткнул твою поганую глотку. Ты можешь занять бункер, но если хочешь, то рядом с дежурной комнатой есть небольшое помещение, где ты мог бы неплохо устроиться.

Питман набычился.

– Коль уж на то пошло, то мне тоже нет особенного дела и до вас, Куин. Но я вам могу сказать еще ох как много о Лейте и его команде, и я абсолютно уверен, что вы и Рекриллы очень и очень захотите все это услышать. И я не смогу вам рассказать все это, если буду мертв. Итак, как же вы объясните этому проклятому тараканьему отродью, что вы допустили ко мне Мордахея?..