Алексей Борисов - 2085. Хроника пятого вторжения.
– Не нравится мне это перемирие, – нахмурился Алекс.
– Мне тоже, – феррианин неуверенно огляделся, – у меня такое чувство, что это засада.
– Да? Опять твоя интуиция?
– Нет, здравый смысл.
– Логично. Очень смущает вот какой факт. Подобные переговоры ведутся впервые. До этого как-то с нами никто не шёл на попятную.
– Ну, это не совсем так, – поправил Алекса Джемар, – Вспомни Сидонию.
– Там мы прижали тварей так, что им ничего не оставалось делать, кроме как соглашаться с нашими условиями. Если бы ты тогда…
– Отвали, не время и не место.
– Ладно, ладно. Но сейчас-то что произошло? Неужели тигроиды так озаботились повреждением одного трингла, что решили сдаваться?
– Не одного, а целых трёх, даже если не считать двух убитых тигроидов и несколько десятков выведенных из строя гептаподов. Сам ведь помнишь, рабочая гипотеза основана на предположении, что пришельцы имеют весьма ограниченную производственную базу.
Постепенно морозный воздух развеял остатки налетевшей ниоткуда пелены облаков, и взорам оперативников предстала во всей красе гористая местность внизу. Как будто океан взметнулся в небо пиками и кряжами километровой высоты, и переливающаяся всеми оттенками синего, голубого и серого, морская пена застыла россыпями льдистой крупы и снега на вершинах волн. Казалось, ещё миг и горы оживут, этот океан закованного льдом горного массива начнёт свой остановленный когда-то вековечный бег по воли приливов и отливов. Невольно Джемару представилось то время, когда Файори была вулканически активной планетой. Передав мысль-картинку Алексу, феррианин уловил скепсис. Хотя, признался он сам себе, даже ему, феррианину, насмотревшемуся в просторах космоса таких чудес, что землянам и не снились, с большим трудом удалось вообразить, как холодные пласты насыщенных медью гор взламываются буйной магмой и в небо вырываются потоки и брызги сжигающей всё на своём пути бело-голубой расплавленной породы.
– Интересно, а тигроиды давно тут обитают?
Джемар оставил вопрос Алекса без ответа, отчасти потому, что не был точно уверен в своих предположениях, отчасти из-за того, что созерцательно-философское настроение прервал Коллинз.
– Мы расшифровали их сигнал. Они предлагают нам ступить на борт трингла. Готовы передать судно под наше командование. Единственное, о чём они просят, так это о возможности уйти с миром самим пилотам. Что скажете?
– А что тут говорить, – Алекс не мог увидеть, но почти почувствовал, как сжал зубы и сощурил глаза феррианин, сидящий за рулём антиграва, висящего всего в десяти метрах справа и чуть сверху, прямо над центральным броневым щитом рубки гравиплана, – Лично я не верю им ни на грош. Будь сейчас чуть другая обстановочка, изрешетил бы оба трингла из всех стволов…, – почувствовав напряжение со стороны феррианина, Алекс крикнул, – Джемар!
– Алекс, не волнуйся. Я не вхожу в аффект. Даже и не думаю. Напротив, мне тут вспомнились слова Жосинды.
– Какие именно?
– Она так и не объяснила, почему враждебное отношение тигроидов к людям – это скорее вина самих людей. Может проблема вся как раз в том, что люди Земли слишком часто сталкивались с враждебными существами чуждой сущности и уже утратили свой небогатый потенциал искреннего доверия.
– Да, быть может, это здравая мысль. Но часто ли тебя лично посещала мысль проникаться доверием к врагу, только несколько минут назад пытавшемуся сжечь или взорвать тебя? Кажется, только здравая доля недоверия спасла в своё время нас от гибели. И если хочешь окончательный довод, вспомни историю своей планеты. Ты же сам рассказывал, к чему привела наивность твоих предков, когда возле Киракорта совершил посадку товиарф с символикой Куаларенса.
– Хм… Возможно.
Коллинз снова привлёк к себе внимание.
– Ребята, вас слушать очень интересно, я не спорю. Но надо решать, что делать. По данным наших сканеров, обшивка подбитого трингла претерпевает какие-то структурные изменения. И температура достигла уже пятисот градусов.
– Кельвина?
– Цельсия, Алекс, Цельсия! Даже если предположить, что трингл совершенно случайно, – на несколько секунд генерал замолчал, как бы давая возможность осмыслить подоплёку слов "совершенно случайно", – врежется в фюзеляж гравиплана, даже на дозвуковой скорости, его температуры, массы и совокупных кинетической и потенциальной энергий хватит на то, чтобы отправить нас к праотцам. Я предлагаю немедленное уничтожение обоих тринглов.
– Он прав, – видя нерешительность феррианина, поспешил добавить Алекс, – Давай поступим вот как. Медленно начинаем облетать гравиплан, а когда ты пропадёшь из видимости тринглов, врубай вижн-дизрупцию. Я одновременно с этим открою огонь по дальнему тринглу, а ты добивай этот.
– Хорошо. Коллинз?
– Да, Джемар.
– Я уже отсюда прикидываю конус и вектор своей атаки. Перекидываю оперативную развёртку на ваш терминал.
– Вижу, – Коллинз коротко усмехнулся, – Очень хорошо. Мы учтём мёртвую зону и не будем туда стрелять, чтобы тебя случайно не зацепить. Но правый борт ближайшего врага мы сразу накроем залпом ракет с учётом упреждающей детонации. Чтобы наверняка.
– Принял, – отозвался феррианин, медленно разворачивая "Смерч" в сторону левой плиты фасеточных батарей гравиплана.
– Вот и мой конус, – добавил Алекс, разворачивая машину вниз от правого комплекса лазерных фасеток.
– Хорошо. Ты будешь прикрывать Джемара, о'кей? И постарайся прижать второй трингл поближе к нам. Всё дело в том, что я не смогу моментально разогнать "Дух Грома", не вызвав подозрений.
– Если у тигроидов оно уже не возникло, – прошептал Джемар, отклоняя курс "Смерча" под прикрытие выступающей плиты генератора дименционного поля.
– В любом случае, начинаем на пять, – Алекс показал большой палец Джемару, когда удостоверился что "Смерч 11" скрыт от обзора с обоих тринглов, – Один, два…
Подбитый трингл вспыхнул ослепительным зелёным светом и резко развернулся на девяносто градусов, зависнув вертикально по отношению к поверхности Файори. Он как бы разделился на две половины, завращавшиеся в разные стороны вдоль плоскости треугольного фюзеляжа.
– Быстрее, Джемар! – закричал Алекс. Надавив на педаль форсажа, он бросил "Смерч" в крутое пике под нижнюю часть дальнего трингла. Но и включивший вижн-дизрупцию Джемар и Алекс, и вынырнувшие из ангарных гнёзд "Смерчи" Дитера и Керована оказались медленнее цепной реакции событий, последовавших за вспышкой трингла.
– Гусеница-а-а!!!, – раздался крик Дитера, вслед за Керованом ушедшего вверх по крутой параболе прочь от "Духа Грома".