Алексей Жидков - Глупцы и Герои. Дилогия в одном томе

Почти одновременно раздались два свиста. Тварь увернулась от них и бросилась в лес. Она двигалась мимо Джона. Он прыгнул, чтобы ухватиться за нее, но явно не успевал. Все-таки, она была значительно быстрее.

Джон летел и тянулся к своей цели. Он понимал, что не может ее отпустить. Но также он понимал, что не дотягивается. Однако дальше, произошло что-то невероятное. Одна из иголок убегающей твари удлинилась и протянулась прямо в руку Джона. Он, не раздумывая схватился за нее. Иголка втянулась обратно и Джон, в мгновение оказался верхом на своем противнике.

Тварь с огромной скоростью перемещалась по лесу. При этом Джон бился о ветки и стволы деревьев. Но он держался. Тварь несколько раз пыталась вывернуться и добраться до него, но он, ловко цепляясь за иголки, уклонялся от ее атак. У него даже получилось нанести несколько ударов ножом и некоторые из них достали до плоти, но это были только царапины. Джон абсолютно не представлял, как убить эту тварь. А вот она, похоже, сообразила, как избавится от него. Она стала биться о стволы деревьев и об землю. И тогда Джону пришлось забыть об атаках, он только и успевал, что изворачиваться, соскакивать и опять запрыгивать на тварь. Фокус с удлиняющейся иголкой повторялся еще несколько раз. И у Джона даже стало получаться уклоняться от ударов об землю и деревья, просто удлиняя и сокращая иглы.

Через некоторое время тварь вырвалась из джунглей и направилась прямиком к скалам. Джон посмотрел по ходу ее движения и понял, что она стремиться к узкой расщелине. Если она туда пролезет, то с легкостью стрясёт его с себя об камни. Надо было срочно что-то делать. Оставалось несколько секунд. Нож уже давно был потерян, и у него не было никакого другого оружия. Оставалось только использовать оружие врага. Тем более у него есть такое родное ему оружие — иголки.

Когда до расщелины оставалось около пятидесяти метров, Джон схватил две иглы в руки и приказал им отделиться от твари. Ему почему-то казалось, что это должно сработать. И у него получилось. Иглы подчинились. В его руках оказались две иглы, как два огромных копья. А расщелина была уже прямо перед ним. Продолговатая змеиная голова его противника уже заходила в нее. Не оставалось ничего другого — Джон со всего размаху воткнул копья в спину врага и пронзил его насквозь. Судорога агонии прошла по телу твари, от чего Джон с нее слетел, со всего маху врезался в скалу и отлетел в сторону.

Перед тем как в глазах все померкло он смог разглядеть тушу поверженного противника, разорванную почти напополам. Копья зацепились за вход в расщелину, и двигающаяся с огромной скоростью особь просто разорвала ими сама себя.

Голова гудела, жутко болело все тело, а нога была как-то странно вывернута. В полусознательном состоянии Джону казалось, что он слышал запросы о своем месторасположении и передавал свою метку. Но связи же вроде не было. Может, ему приснилось. Зато он убил тварь. Бооольшущую. Быстрющщую.

— Я теперь как брат. Я теперь как Сторак. Может меня и в Южный пост возьмут, если я выживу, — Джон расплылся в счастливой улыбке и провалился в спасительное забытье.

— Что с Карэном не знаю, но Стас с Егором еще точно в бою. Правда, они абсолютно неуправляемы. На своих нападают с такой же яростью, что и на чужих. Мы несем потери.

Курьер с трудом, сквозь сильную отдышку, выговаривал слово за словом. Ему приходилось докладывать на ходу, что еще больше усложняло задачу.

Операция по захвату пункта управления межзвёздной космической лаборатории длилась уже несколько часов. Устройств связи у повстанцев не было, поэтому приходилось гонять курьеров. Они еще держались, но было заметно, что их состояние ухудшалось с каждой минутой. Спонтанные физические нагрузки без сопровождения блокираторов приводили к повышенной выработки фермента, что тут же давало о себе знать.

— Без потерь нам некуда, Илья. Никак без них. Стаса с Егором уже можно туда записывать — вот только они пока еще работают и являются нашим основным оружием. Что с противником?

Худой невысокий парень по имени Бернар Джой, в окружении десяти других мужчин и женщин, быстрым шагом шел следом за курьером по темным, узким и извилистым коридорам, в которых сейчас работало только аварийное освещение. Недавно ему исполнился тридцать один год, но выглядел он на все пятьдесят. Таковы были суровые последствия экспериментов, которым их подвергали захватчики.

Бернар разработал и контролировал ход повстанческой операции. И именно на его плечи ложился груз ответственности за погибших. Но никакого сожаления не было — ведь он знал — если они сегодня не сделают глупость, и не погибнут как герои, то завтра просто вымрут, не оказав никакого сопротивления.

— Почти все вульфонды заперлись в своих норах, — уже более уверенно отвечал курьер. — Туда нам пути нет. Проход открыт только к пункту управления. Там три лаборанта. Они не вооружены. Карэн их немного потрепал, даже ранил кого-то. Сейчас до них уже должны добраться Стас с Егором, их ведут Алана и Лена…

— А остальные? — перебил его Бернар.

— Остальные погибли… в основном от рук Карэна, Стаса и Егора. Как только они приняли препарат, то сначала набросились на лаборантов, но почти сразу переключились на людей. Я же говорю — они обезумели. Лаборантам почти удалось скрыться и забаррикадироваться в помещении пункта управления. Семен погнался за ними, а преследуя его, туда же побежал и Карен. Увидев это остальные стали собой заманивать в пункт управления Стаса и Егора. В общем, там сейчас уже должна быть мясорубка, — только он это сказал, как вся делегация завернула за угол и перед ними предстала ужасная картина — вдоль длинного коридора лежали бездыханные, истерзанные тела их товарищей.

Но курьер не остановился, он наоборот прибавил шаг и тут же перешёл на бег. Его целью была полностью прозрачная большая дверь, за которой располагался пункт управления. Он подбежал к ней, и уж было протянул руку, чтобы ее открыть, но его схватил сзади и резко отдернул Бернар.

— Стой! — сказал он. — Мы сейчас только помешаем. Спасать там уже некого.

И вправду, заглянув внутрь, курьер увидел тела своих товарищей — почти всей оставшейся группы захвата, кроме тех, кто принял препарат. Но смерть настигла не только людей — прямо перед входом лежало растерзанное худое тело одного из лаборантов в желто-коричневой мантии. Из нескольких рваных ран все еще текла черная, густая кровь.

Неподалеку лежал Карэн. Он был еще жив, но абсолютно обессилен. С трудом передвигаясь ползком, он упорно пытался добраться до своей следующей жертвы. Его глаза светились рубиновым цветом — в них не осталось ни капли сознания, лишь ярость и ненависть ко всему, что движется, ко всем, до кого можно дотянуться и уничтожить. Все свои последние силы он тратил на то, чтобы добраться до места схватки. Туда, где, принявшие препарат, Стас и Егор, с такими же рубиновыми глазами, сцепились с оставшимися лаборантами.