Игорь Смит - Одесса. Живая. Улыбка Бога
Разглядывая колонны и кованое обрамление перил, цветные витражи и великолепные хрустальные люстры, Андрей ощутил себя абсолютно инородным телом в этой холодной атмосфере торжественности и роскоши. Похоже, подобные ощущения охватили и остальных бойцов, примолкших и сдержанно осматривающихся по сторонам.
Только неунывающий прапорщик, поравнявшийся на широкой лестнице с Андреем и охранником, не удержался от ехидного вопроса:
- Слышь, Митя, и как тебе здесь работается?.. Как в музее, чесслово...
- Да реально нормально, - пожал широкими плечами секьюрити, - я уже два года здесь. А что? Платят хорошо, работа спокойная. Если проблемы возникают, подъезжают наши из охранной фирмы, реально решают вопросы...
- Чего же 'ваших реальных' сейчас не вызвали? - с раздражением спросил Стрижев.
- Так здесь же явно чистый криминал, - ответил охранник, - кровища... Она просто так не бывает. Ребята не захотели, еле дозвонился, у них там в 'Красной' тоже какие-то проблемы. Реально! Сказали наряд из местного отделения вызвать. А му..., - здоровяк запнулся, сделал несколько яростных жевков и продолжил, - а милиция не отвечает...
- Понятно..., - протянул прапорщик и понимающе переглянулся с Андреем.
- А вот, Митя, скажи, сколько у вас номер стоит? - не успокоился Новицкий.
- Всё зависит от номера, в среднем баксов около пятисот, - охранник бросил на прапорщика оценивающий взгляд и добавил, - стандарт, я вам по секрету скажу, реально брать не стоит... Будет дешевле, но надо учитывать, что гостинице лет под двести уже. В то время стандартные номера предназначались для кучеров, горничных или слуг... Реально, парни. Их, стандарты, конечно, привели в порядок. Обои там, мебель... Но так, чтобы себя человеком чувствовать, надо брать полу-люкс или лучше, и тогда вы останетесь довольны...
- Ага, - не удержался от сарказма прапорщик, - слышите, ребята, месяц поработаю и на день останусь довольным... Красота! 'Реально' кра-со-та!..
- Вы спросили, я ответил, - недовольно буркнул охранник, - ребята, а что в городе происходит? Чего му..., блин, милиция чего не отвечает? По новостям прямо какие-то сцены апокалипсиса передают...
- Об этом позже, - перебил его Стрижев, - скажи лучше, где президентский люкс, что из себя представляет? Комнат сколько, как расположены?
- Так мы почти пришли, - ответил секьюрити Митя, вывел омоновцев в холл второго этажа, и указал рукой в конец широкого коридора, - вон, этот люкс там, справа... Пошли! Двухуровневый номер. В нём в реале президенты останавливаются. Сразу за дверью прихожая, справа туалет для гостей, прямо - большая гостиная с выходом на балкон на Приморский бульвар. Слева - витая лестница на второй уровень. Там - реально здоровенная спальня, ванная комната для хозяев. И сауна... Реально, парни!..
- Ми-тя! Тебе 'реализм' в жизни не мешает? - не выдержал Стрижев.
- А? Чего? - недоумевающее спросил охранник.
- Ничего! - буркнул Новицкий, - жвачку жуй, челюсти разрабатывай! Слабые мышцы у тебя на лице, не прокаченные, понял, да?
- Да ладно..., - удивился и не поверил секьюрити. Он остановился, и старательно кося глазами вниз, показательно подвигал нижней челюстью вперед, влево-вправо... И только убедившись, что мышцы на лице у него в порядке, охранник успокоился, вновь зажевал и ткнул пальцем в ближайшую дверь, перед которой действительно расползлась по паркету и частично впиталась в ковер большая лужа бурой и вязкой жидкости, - вот он, президентский люкс...
- Рядом ещё кто-то есть? - уточнил Стрижев.
- Не, - отрицательно помахал головой здоровяк, - пустые номера, никого нет. Не сезон...
- В сторону! - тихо скомандовал охраннику Андрей и взмахом руки указал бойцам их позиции.
Новицкий с Иваном тихо обошли пятно и стали у двери слева, Стрижев с Леонидом замерли с другой стороны.
Прапорщик опустился на колено и потянулся пальцем к луже.
- Миша, ты что, совсем на голову больной? - прошипел Стрижев.
Новицкий отдернул руку и быстро вскочил на ноги. Виновато глянул на Андрея и прошептал:
- А если не кровь?
- Это, - прошептал старлей и глазами указал на характерно загустевшую жидкость на полу, - что, похоже на краску или кетчуп?
Прапорщик виновато пожал плечами и взял автомат наизготовку.
Андрей вытащил пистолет и тихо дослал патрон. Бойцы, глядя на командира, тоже изготовили оружие к стрельбе.
Несколько секунд старлей прислушивался, затаив дыхание. Но, так ничего и не услышав, Стрижев решил ускорить события и сильно постучал кулаком свободной руки по массивным дверям.
- Откройте! Милиция! - громко сказал Стрижев и вновь прислушался.
Из номера донёсся какой-то неясный шорох, что-то с грохотом упало, разбилось и зазвенело осколками стекла. Затем опять всё стихло.
- Откройте! Милиция! - повторно выкрикнул Андрей и, не дождавшись ответа, добавил, - открывайте или мы будем вынуждены вскрыть дверь!
Ещё несколько секунд тревожного ожидания и прапорщик прошептал:
- Если никто постановления не спрашивает, тогда там точно наши клиенты...
Андрей кивнул, соглашаясь, затем повернулся к сопевшему за спинами омоновцев секьюрити, требовательно протянул руку и тихо сказал:
- Ключ! Ключ давай!
Охранник чуть замешкался, но без вопросов вытащил из кармана и протянул Стрижеву ключ.
Тихо щёлкнул, проворачиваясь, замок. Андрей перехватил пистолет обеими руками, сосредоточился и кивнул прапорщику. Новицкий опустил ручку вниз и толкнул дверь, но та, как ни странно, не открылась.
- Шо за нафиг? - прошептал прапорщик.
Подтянувшийся поближе секьюрити Митя перестал жевать и так же тихо прошептал в ответ:
- Там ещё внутри, на дверях, чуть выше замка легкая накладная задвижка есть... Реально для того, чтобы видимость прайваси у вип-клиентов создать...
- Мы ломаем! Оставайся здесь! - предупредил охранника Стрижев и взглядом указал Новицкому на несговорчивую дверь.
Прапорщик примерился, слегка отодвинулся в сторону, затем сильно ударил правой ногой немного выше замка. Дверь с грохотом распахнулась.
В ту же секунду Андрей проник в помещение. Ему сразу же пришлось уйти вправо, огибая лежащий головой ко входу труп голого мужчины.
...Если бы это был просто труп! За время службы старлею пришлось многое повидать. И он считал себя готовым ко всему. Но такое ему довелось видеть впервые...