Данила Врангель - Славянский стилет

– И кто интерпретатор бреда?

– Я. И это не бред. На моей исторической родине собаки способны и не на такое. Это сильнейший индуктор активного биополя – собака. Она помнит все.

– Собак привезли из Грузии?

– Да нет, нет, – терпеливо пояснил секретарь. – Псы местные, знают территорию, обычаи, зоны влияния, отношения между собаками…

– Прекрасно, – оборвал его собеседник. – Они что же, на латыни стали разговаривать? Homo sobakus, однако. Incredibile dictu!

– Они? Нет-нет, на латыни составлен отчет, который лежит перед вами.

Человек в красной мантии раскрыл бювар и воззрился в бумажку, лежащую там:

– Но это далеко, далеко не полная информация, – быстро добавил секретарь. – Собаки устали и спят. Процесс нейролингвистического декодирования весьма утомителен.

Данные, полученные смешанной спецгруппой о событиях в ночь с 31.05 на 1.06 в районе АВ Чернобыльской зоны. Деструктивность текста субъективна и подлежит коррекции психологической экспертизой.

Зав. сек. лаб. псих. мод.

Человек оторвался от текста и поднял глаза на секретаря:

– Развести меня хочешь? Махарашвили, у меня нервы крепкие, терпения достаточно, но всему есть предел. Кто измыслил эту чушь? Не говори только, что пес из Чернобыля.

Секретарь сунул четки в карман и, уверенно глядя магистру в глаза, проговорил:

– Это записал в состоянии экстаза наш специалист по сенсорному восприятию вербальных сигналов. Он принял настойку из белладонны, гриба мухомор и еще ряда трав, – рецепт имеется, – а затем вместе с этими псами охотился на кошек в течение суток, входя в ментальный образ. Это было весьма непросто, но наш агент – крепкий человек. Потом он ел вместе с ними, спал и пытался разговорить. Результат перед вами на столе. Перевод с грузинского. Из этого документа следует, что Двурога не застрелили, и что кто-то один – или ведьма, или Корниенко – мертв. Пал от руки напарника. Исходя из общего контекста биотоков собак, наш агент склоняется к варианту смерти Корниенко.

Магистр затеребил массивную цепь на шее:

– Кто переводил?

– Я.

– Специалист еще не освоил латыни?

– Нет, – Махарашвили потянулся за четками.

– Допустим, я поверил. Какова же вероятность, что донесения истинны?

– Сто процентов, Ваше Святейшество! – невозмутимо заключил бородатый грузин, блеснув глазками.

Зазвонил мобильный телефон. Магистр вытащил из-под мантии крошечную трубочку и ответил абоненту. Поговорив пару минут на арамейском наречии, он спрятал аппарат. Еще раз прочел отчет. Сделал на нем какие-то пометки. Посмотрел на Махарашвили, спрятавшегося в бороде:

– Во сколько обошлась операция?

– Один миллион девятьсот девяносто девять тысяч двести четырнадцать евро. Это включая гонорар Корниенко, – скромно добавил секретарь.

Магистр пробежался пальцами по клавиатуре, замаскированной в подлокотнике, и сделал еще одну запись на отчете Махарашвили. Смерил документ долгим взглядом, перевел глаза на автора:

– Мне только что сообщили: Двурог ушел и не оставил следов. Подтверждают смерть Корниенко. Его застрелила ведьма. – Помолчал. – Проследи, чтобы псов как следует кормили.

– И так одни трюфеля едят.

– Пусть этот… дрессировщик, переводчик, или кто он там по штату, с ними еще поживет. Как его фамилия? Шкварчнадзе?

– Да нет, Шуршашвили.

– Ну, так пусть этот Шуршашвили выяснит у псов, о чем разговаривали ведьма и Корниенко в последние часы. Это первое. В каком направлении скрылись Двурог и ведьма. Несомненно, что ушли они вместе. Это второе. Каким образом убит наш агент, не помогал ли кто со стороны. Это третье. Какой вид оружия…

– Ваше Святейшество, для начала достаточно. Работа в вербальном ключе очень утомительна и психосоматична.

– Хорошо, ограничимся сказанным. Когда будут результаты?

– Завтра к утру, – секретарь снова вытащил четки.

– Надеюсь, отчет будет более подробен и… Махарашвили, не подсовывайте мне более этих дурацких стишков. Адаптируйте в нормальный текст и – на фирменном бланке, как полагается. Стихосложение не слишком уместно в изложении агентурных данных. Возможно, в Грузии все по-иному, но здесь… «Горы мясные, уйдя в поднебесье…» Мать святая! Больше не желаю такое видеть!.. – Магистр снова слез с трона и стал прохаживаться вокруг него.

– Все понял, Ваше Святейшество, – ответил поспешно секретарь. – Но… стихосложенный текст, на мой взгляд, необходим для адекватности передачи хода мыслей.

– Чьих?

– Псиных.

– Это псы стихами мыслят?! Еще одно сверхновое открытие…

– Нет, но адекватность…

– Махарашвили, – оборвал хозяин трона. – Изложите адекватный отчет на латыни. Напрягитесь и адекватно передайте адекватность. Вы поняли?

– Да, Ваше Святейшество.

– Тогда ступайте. Впрочем…

Верховный Магистр закрыл папку с последними донесениями из зоны Чернобыля и упрятал ее в сейф позади трона под сидением, снова поднявшись для этого со своего церемониального места. Затем начал ходить туда-сюда перед окнами. Махарашвили молчал. Большие напольные часы пробили два пополудни, громыхнув пудовым противовесом. «Собаки… Псы посвященные… Надо же!..»

– Ладно, собак пока оставим. – Секретарь облегченно бросил четки в карман. – Что с масонами? – перешел Магистр к новой теме. – Они постигли наш полутуманный намек?

– Ваше Святейшество, на мой взгляд, постигли, и весьма убедительно. Иллюминаты вторую неделю заняты оккультной защитой, то есть нападением на все, что вне их магического круга. Они считают, это действенный прием. Хотя он не подействовал даже на нашего агента среди них.

– Мне известно. У агента со мной прямая связь.

– Масоны сплотились, как никогда. Дарят друг другу подарки, вовсю роднятся – архиепископы венчают в две смены, основывают благотворительные фонды странного назначения: последний из таковых – для спившихся архитекторов… Да, возводят либеральных президентов – вы в курсе, кого я имею в виду. Сплошная политкорректность, короче. Смешно видеть. Ясно одно: боятся. Прошел слух о «Немезиде»…

– Это хорошо. Страх противника – бесценное оружие арьергарда. Предполагаю, и оффшорная учетная ставка несколько упала…