Алан Фостер - Призыв к оружию
– Во-первых, без особой охоты, если вы вспомните. И потом я был совсем один и у меня не ладилась работа…
– Вы хотите сказать, – сказала удивлённая помощник руководителя по медицине, – что будете испытывать трудности с нахождением людей, согласных помочь нам? Представители зрелой расы всегда с охотой идут на сотрудничество…
– Я же говорю вам: мы незрелая раса! Но вы мне не хотите верить, вам нужны другие люди. Отлично. Я просто рассуждаю вслух: как мне сделать так, чтобы они пошли со мной к вам?
– Мы могли бы, в принципе, совершить дополнительную посадку в каком-нибудь городе и обратиться за помощью сами, – сказал задумчиво Кальдак. – Но, похоже, у вас на планете это может быть не так понято?
– Нет, и не вздумайте! Вам нужен я, – проговорил убеждённо Уилл. – Пожалуй, я смог бы найти нескольких людей, желающих познакомиться с пришельцами. Возможность такого контакта уже так давно муссируется в прессе, что многие люди внутренне уже готовы к этому. Но ведь речь идёт о другом, как я понял? Я должен найти людей, которые согласились бы не просто познакомиться, а прилететь сюда, на орбиту, и подвергнуться целому залпу испытаний. Это другое дело. Я даже не знаю, где искать таких смельчаков. С чего начать?
– Ведь ничего плохого в наших тестах нет, – всё ещё не могла отделаться от своего недоумения помощник руководителя по медицине. – Я, конечно, не знаю, но думаю, что у вас отбоя не будет от желающих сотрудничать с представителями иного разума.
– Вам легко говорить. У вас своё определение цивилизованности и вы им руководствуетесь. Но не уверен, что наши определения совпадают. Ну, ладно, допустим, вы оказались правы: я поднял парус, бросил якорь в гавани Белиз-сити и нашёл нужных вам людей. Вы их проверили и улетели. Этот вариант понятен. Что будет, если я всё-таки никого не найду для вас?
– В этом случае нам придётся искать иной способ проверить ваши слова о том, что земляне не готовы к войне, – прямо ответила Соливик. Уилл предпочёл не уточнять, что это будет за «иной» способ. Он продолжал размышлять вслух.
– Если бы я располагал средством убеждения посильнее моих красивых глазок… – Он вдруг что-то вспомнил и испытующе оглядел присутствующих. – А ведь вы знаете, что за просто так просить землян принимать участие в неизвестных им тестах не годится? У нас принято в таких случаях предлагать что-либо взамен.
– Подобная система отношений и сейчас действует среди большинства рас. Идея «оплаты», однако, не применяется в столь узком значении, как вознаграждение индивидуумов в обмен на их согласие подвергнуться испытательным тестам. – Кальдак повернулся к своим коллегам. – Но, учитывая сложившиеся обстоятельства, я полагаю, нам нужно пойти навстречу просьбе землянина. Предложение приобщения к технологии Узора в данном случае, похоже, не сработает. Чем мы могли бы отблагодарить испытуемых?
– Не хотелось бы в таком деле обмана или фальшивок. – Уилл внимательно взглянул на капитана. – Если не очень аккуратно сделать, могут возникнуть неприятности. И прежде всего у меня. Я бы остановился на драгоценных камнях, но здесь простые люди, которые даже чистый бриллиант тут же обзовут осколком от бутылки. Как насчёт золота? Не важно, какой оно будет формы. Главное, чтоб настоящее.
После короткого обсуждения этого варианта был сделан запрос учёному персоналу корабля. Вскоре все смогли вздохнуть с облегчением: необходимый элемент, – в поддающейся выделению форме, – содержался в морской воде планеты. Нужно было только немного усовершенствовать маскировочное устройство, которое обшивало челнок известняком, для того, чтобы оно стало производить чистое золото.
«Когда-нибудь я сочиню обо всём этом симфоническую поэму, – мечтал про себя Уилл Дьюлак. – Я назову её „Контакт“. Если бы они продолжали снабжать его произведениями своей музыки…»
Он был очень удивлён и даже разочарован, когда обнаружил, что мелодии массудов слишком прямолинейны и просты. В отличие от них музыка гивистамов и особенно с’ванов выделялась своей утончённостью, использованием поистине замечательных музыкальных средств, и Уилл был бы рад, если бы ему оставили на память пару-тройку кассет с записями этих произведений. Челнок отделился от туши экспедиционного корабля и стал стремительно падать на голубую планету сквозь безвоздушное пространство. Уилл сидел в кают-компании, держал на коленях неземное устройство, наподобие магнитолы, и слушал контрапунктный песенный цикл с’ванов. Эта музыка помогала ему забыть обо всём происходящем. Она успокаивала, расслабляла, ласкала… Ему казалось, что он прислушивается к отдалённому шуму водопада, который временами заглушается незнакомым лопотанием… Теперь-то ему стало ясно, почему его собственная музыка так шокировала пришельцев. Нет, дело не в диссонансе. Наоборот, в некоторых местах именно музыка пришельцев резала композитору слух. Их неприятно поразила его ритмичная прогрессия. Она показалась им примитивным средством музыкального самовыражения. Чёрт с ними! Уилл гордился своим изобретением. «Что я здесь делаю?!» – подумалось ему вдруг. Он окончательно очнулся. Челнок вошёл в плотные слои атмосферы и стал весь мелко-мелко содрогаться. Он держал курс на поблёскивавшие воды Карибского моря.
Уиллу подумалось о том, что он должен был сейчас сидеть в салоне своего катамарана и разжёвывать оркестровку, а не мотаться по лабораториям пришельцев с орбиты на Землю и наоборот.
С другой стороны, он отлично знал, что если не он, так они найдут кого-нибудь другого. Где гарантия, что этот «другой» не нагородит им чёрт знает какой чепухи о землянах? Где гарантия, что это будет не военный, к тому же дурачина? Своими идиотскими рассказами он может создать ложное представление о человечестве. Нет, этого Уилл не допустит! Он должен быть посредником между людьми и пришельцами. В этом состоял его священный долг. Если всё сделать правильно и без лишней суеты, то Кальдак и его друзья довольно быстро убедятся в том, что они только теряют время в этой звёздной системе. Уиллу просто нужно будет обходить десятой дорогой каждого верзилу в военном кителе и вообще всякого, кто произвёл бы у них своим внешним видом впечатление воинственного существа. Всё внимание Уилла должно быть обращено на самых обычных людей. Людишек. В Белизе это не так уж трудно.
Ему не будут верить. Возможно, даже станут смеяться. Каждый второй будет оборачиваться, смотреть Уиллу в спину и думать, что это – контрабандист. Но у композитора будет достаточно золота, чтобы увлечь за собой нескольких людей. Они пойдут за ним, если и не из любопытства, то из жадности. Если они разбегутся все при одном только виде пришельцев, тем лучше. Это только ещё раз подтвердит его тезис о том, что человечество, состоящее, главным образом, из обывателей, будет бесполезно Узору в качестве союзника в межпланетном конфликте.