Вадим Михальчук - Черная пустошь

– Ковровые бомбометания по местам возможного нахождения противника, интенсивный сбор разведданных. Это, конечно, не полный перечень всех возможностей и средств, но все они сводились к одному – нанести массированный удар по местам наибольшего скопления противника, а потом – наступать. Еще неплохой мерой был захват населенных пунктов, но городские бои всегда чреваты большими потерями.

– Значит, ты помнишь основы, Эйд. Неплохо для старикана.

– Нашелся мальчик. Выкладывай свою идею, Майкл Фапгер, пока мы не разозлились на твои дешевые шерлокхолмсовские выходки.

– Нам тоже нужно собрать наших волков в одно, четко определенное место, желательно по нашему выбору.

– Ну и как ты собираешься это выполнить? – саркастически поинтересовался Ричард.

– Действительно, Майки, как ты сможешь заманить их в ловушку?

– Может, он будет бегать нагишом по лесам, соблазняя волков своим избыточным весом? – серьезным тоном сказал Ричард.

Адам рассмеялся.

– Избыточный вес у меня был только в возрасте трех лет, Ричард, – холодно ответил Майкл, – но, если ты так уверен в гастрономических пристрастиях наших друзей, то я согласен. Я вообще согласен на все, чтобы мы остались в живых и жили нормально.

– Прости, Майки.

– Я не обиделся. А по поводу приманки я хотел высказать кое-какие мысли. Аэрофотосъемка определила, что количество волков не больше шестидесяти.

– После боя их осталось сорок.

– Хорошо, пусть сорок. Мне кажется, что их должно быть намного больше, у них должны быть постоянные места обитания, пути миграций, правильно? Мы должны найти их сами. Я не имею в виду «наших» волков – напавших на Двойку. Мы должны найти их сородичей, которые не пришли на помощь.

– Ты уверен, что местные волки получили подкрепление? – спросил Адам.

– Да. Наблюдатели клялись, что с поля первого боя смогли уйти пятеро, может быть, семеро волков. Через две недели их уже шестьдесят. Это не могло быть местное племя, мы убили почти всех, я уверен, что там на поляне было все племя целиком. Значит, «нашим» волкам помогли. Нам надо задействовать дирижабль с радиоуправлением на коротких волнах, видеокамерами и, как минимум, двумя самодельными бомбами.

– Господи, Майк, а бомбы зачем? – удивился Ричард.

– Объясняю специально для тебя, Ричи.

– Вот спасибо.

– Пожалуйста. Мы должны провести разведку не маленькими дирижаблями, которых у нас три, а тем самым большим, который до сих пор лежит в третьем транспорте нераспакованный.

– А ты как про это дознался? – смущенно улыбнулся Фолз. – Об этом знали только я и Ричард.

– Элементарно, Ватсон. Ричард, наш пунктуальный снабженец, еще на Земле снабдил всех командиров батальонов перечнем имеющегося закупленного вооружения и оборудования. Так вот, на странице двенадцать в графе «Разведывательное оборудование» под номером десять указано: «Дирижабли, количество – четыре», а в скобках – расшифровка: «Три дирижабля с кубическим объемом таким-то» и один дирижабль с объемом, намного превышающим объемы трех своих младших братьев. Так что, если вы пытались какую-нибудь секретность соблюсти, так Ричи наш облажался по самые уши. Так-то, Вейно, – усмехнулся Майкл, снова закуривая, – будешь знать, как старших обзывать.

– Сам-то хорош, – усмехнулся в ответ Ричард, – взял и начальству застучал.

– Ладно, ты хочешь воспользоваться нашим тайным оружием, Майки. Позволь поинтересоваться, зачем? – спросил Адам.

– Мы должны воспользоваться дирижаблем, чтобы искать волков с воздуха. Младший Криди сможет с этим справиться, если ты ему поможешь, как уже помогал. Насколько я знаю, дирижабль может находиться в воздухе гораздо больше, чем самолет, поэтому он – идеальный разведчик. А бомбы нам нужны, чтобы спровоцировать волков. Мы должны установить внешний периметр, оттянуть у леса как можно больший кусок, и в это же самое время мы должны установить местонахождение и примерные районы обитания племен наших соседей-волков. После того, как мы стопроцентно обеспечим колонию жизненно важной территорией для лесозаготовок, развития сельского хозяйства, выпаса животных и прочего, мы должны нанести удары с воздуха по племенам, которые не втянулись в конфликт.

– Что-то я не пойму, Майк, извини, но если мы с ними не воюем, то зачем нападать на них? – спросил Адам.

Майкл помолчал немного и бросил окурок, докуренный почти до фильтра, в самодельную пепельницу из жестяной консервной банки.

– После Двойки я, лично для себя, понял одну важную вещь, Адам. Я понял, что они не остановятся до тех пор, пока не уничтожат нас или не погибнут сами. Поэтому никто из нас, тех, кто живет сейчас и будет жить потом, не будет чувствовать себя в безопасности до тех пор, пока жив хотя бы один волк. Мы не можем себе позволить воевать с кучкой волков в сорок голов, рискуя потерять в лесу наших парней. Мы должны бомбить волков, не участвующих в войне, по одной простой циничной причине – рано или поздно все волки окажутся вовлеченными в борьбу против нас. Так что какая разница – спровоцировать волков сейчас преднамеренно или спровоцировать их позже, когда мы или наши потомки вторгнемся в их земли? Чем раньше мы разберемся с ними, чем больше волков за один раз мы сможем уничтожить, тем безопасней будет наше будущее.

– Ты хочешь повторить первую бойню, Майки?

– Да, – жестко сжал губы Майкл, – это ведь не метро, когда ты наступил кому-нибудь на ногу. Там ты можешь извиниться, а что сможем сделать мы? Поймать одного из волков, встать на колени и зарыдать в голос: «Прости, мы не хотели. Нас подставили, сказали, что вы страшные звери, что вы непременно нападете на нас. Поэтому мы сожгли и расстреляли вас. Мы умеем быть теплыми и пушистыми»? Так, что ли? Нет! Я думаю, что остальные племена дали «нашим» волкам несколько добровольцев от каждого племени, а сами просто выжидают, что им делать дальше. Но, если мы взорвем их, то у них не останется другого выхода, кроме как прийти к нам.

– И мы сможем выбрать момент, когда их будет много вокруг периметра и воспользоваться нашей авиацией, – закончил за Майкла Ричард.

– Вот именно, малыш Ричи. Или мы, или они.

– Я дам два месяца на установку внешнего периметра, – сказал Адам, – за это время мы должны сделать непроходимую, непреодолимую для них полосу отчуждения. Мы должны дать людям то, что обещали – безопасную жизнь.

– А еще мы должны заняться своим делом, Эйд, – сказал Майкл, – мы, все-таки, солдаты, а не охранники.

– Ты молодец, Майки, – посмотрел на него Адам, – ты хоть понимаешь, что ты сделал для нас всех?

– Сначала я предложил способ спасти наши задницы, а потом подкинул идею, как бы нам побыстрей распрощаться с ними, в смысле, с нашими задницами, – рассмеялся Майкл. – Я знаю, что я – гений, но согласен не кричать об этом на каждом углу, если мы сейчас пойдем в кабинет Адама и он достанет бутылку коньяка, чтобы нормально помянуть наших парней.