Николай Гуданец - Полигон

В ночь на 3.07 убит унтер Гронски, предположительно причастный к покушению. Инсценировано самоубийство. Файл трассологической реконструкции прилагается.

Надежность биороботов, выпускаемых в рамках проекта ФАБР-2, находится под сомнением. После уточнения некоторых обстоятельств, связанных с гибелью 18.06 пяти солдат, сообщу свои выводы о причинах инцидента.

Есть основания полагать, что руководство гарнизона подкуплено служащими концерна. С ними оформлены договоры якобы на консультационные услуги, а также параллельные банковские счета. В частности, терц-офицер АрКона Д. Нариман изъял из сети отдела секретные данные, передав их на сервер лаборатории концерна. Таблица файлов со следами изъятия и файл протоколов обмена прилагаются. Вечером 3.07 шеф лаборатории концерна Р. Харагва вышел на меня с попыткой вербовки путем подкупа для получения сведений о Генштабе. Файл записи беседы с ним прилагается.

Возможно, оперативная ситуация вынудит меня раскрыть инкогнито и реализовать предоставленные Вами полномочия в полном объеме.

** ПРИЛОЖЕНИЯ: 4 (четыре) файла**

Без малейшей запинки набрав текст, Кин вставил в панель компьютера шифровальную кристалетку и закодировал донесение вместе с прилагаемыми к нему файлами. Суммарный объем получился внушительным, ну да ничего, ведь умопомрачительная плата за сеанс СДС идет не из его кармана. Он переписал депешу на отдельную кристалетку, затем вставил в панель следующую и скопировал на нее результаты трассологической экспертизы. Часы показывали без четверти десять, он уложился по времени минута в минуту.

Кин вышел в коридор, надевая шлем на ходу.

— Идемте в блокгауз, Ронч! — окликнул он своего телохранителя.

Тот соскочил с подоконника, шагнул навстречу Кину, его рука скользнула к кобуре.

«ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ РОНЧА» — вспыхнули в мозгу Кина жаркие артериальные буквы.

С пронзительной ясностью он осознал, что попросту не успеет выхватить свой икстер, что в узком коридоре не получится уйти от выстрела финтом. Лишь доля секунды отделяла его от неминуемой смерти, и он потратил ее на то, чтобы усилием воли сжать мочеиспускательный сфинктер. Он никак не предполагал погибнуть настолько быстро и глупо, а еще не ожидал от себя рекордной по абсурдности реакции: замереть в тоскливом оцепенении, заботясь лишь о том, чтобы не напустить лужу в брюки. Между тем эта пакость неизбежно произойдет в следующую секунду, когда его тело станет трупом…

— Я готов, — доложил бравый Ронч.

Он просто-напросто поправил поясной ремень портупеи.

Быстро стряхнув легкий ступор, Кин повернулся и зашагал по коридору. На лестнице, при выходе из дома, по дороге к блокгаузу то и дело у него перед глазами глумливо приплясывали красные строки: ЗАВТРА СУМАСШЕДШИЙ РЫБОГЛАЗ СОВСЕМ РЕХНЕТСЯ И ЗАСТРЕЛИТСЯ!

При входе в командный пункт Кин помотал головой, отгоняя наваждение, и скрипнул зубами от неутолимой ярости. Из-за этого циничного поганого пророчества он действительно близок к тому, чтобы рехнуться. Остальное сделают за него. Импульс в лоб. Мертвые пальцы на рукоять. Продажные ублюдки. Однако, пока еще он жив, и сейчас его шифрограмма уйдет в штаб-квартиру к Дервенову, а там посмотрим, кто кого.

Сидевший за мультифункциональным пультом толстощекий коротышка при появлении офицеров немедленно вскочил и отдал честь. Мельком Кин подумал, уж не возымел ли вчерашний разговор с Абурхадом некоторые благотворные последствия вроде воспитательной беседы с персоналом блокгауза.

Хотя бы единожды просмотрев досье толстячка больше ни с кем его не спутаешь, настолько гармонировали потешная круглая физиономия и несуразная фамилия. Перед Кином стоял навытяжку унтер Дживло, тот самый, что сменил покойного Гронски на его последней вахте в блокгаузе, а затем давал Тарпицу чрезвычайно удобные показания.

— Передайте в Генштаб, срочно, — приказал Кин, подавая дежурному кристалетку с шифрограммой. — Командир у себя?

— Да, конечно, гражданин инспектор. Вы можете войти, он сказал, что ждет вас.

— С вами я еще не имел случая познакомиться. Как ваша фамилия?

— Унтер Дживло, гражданин секунд-офицер, — отрапортовал тот.

— Можете садиться, унтер Дживло, — разрешил Кин, выпрастываясь из бронекостюма. Повесив бронекостюм в шкаф и причесавшись перед зеркалом, он подсел к пульту напротив дежурного. — Если не ошибаюсь, это вы сменили унтера Гронски позавчера в одиннадцать вечера?

— Так точно, я, — подтвердил толстячок.

— Скажите, пожалуйста, в каком настроении пребывал Гронски?

— Вообще-то меня уже об этом спрашивали… выгадывая время на размышление, промямлил унтер. — Следователь Тарпиц ведет это дело.

— Вообще-то я инспектор Генштаба, — терпеливо разъяснил Кин. — И жду вашего ответа на мой вопрос.

— Извините, инспектор. — Дживло поерзал на своем конторском полукресле. — Ну, ничего такого особенного. Хотя вроде как он был слегка не в себе. Да, не в себе, точно.

— Давайте уточним. Или ничего особенного, или точно не в себе. Опишите его поведение, пожалуйста.

Обескураженный толстячок возвел глаза к потолку, собираясь с мыслями.

— Он был дерганый какой-то, — неуверенно промолвил он. — Обычно мы калякаем, обмениваемся новостями, а тут он спешил. Быстренько сдал дежурство и шмыг за дверь.

— А как вы расцениваете его состояние в тот вечер? То есть он был подавлен или перевозбужден?

— Н-ну, я бы не сказал, что подавлен. Когда уходил, хлопнул меня по плечу и подмигнул.

— Очень хорошо. Благодарю вас. — Кин еще чуточку поразмыслил и встал.

Что и требовалось доказать. Вчера Тарпиц упоминал о свидетельстве унтера Дживло, который якобы застал Гронски в блокгаузе глубоко удрученным. Либо Тарпиц словчил при допросе, выжимая требуемые по его версии показания, либо попросту солгал.

Ронч расстегнул бронекостюм на груди и ссутулился в углу на стуле, теребя пальцами усы, безучастно вперившись в кубическую тумбу приемопередатчика для сверхдальней связи.

К удивлению Кина, войдя в кабинет, он увидел сидящую в углу Жиану Буанье. Она вольготно развалилась в кресле, вытянув скрещенные костлявые ноги, обутые в массивные армейские ботинки. Ее бронекостюм и шлем висели на вешалке рядом с электронной картой. Похоже, она расположилась тут надолго. Работавший за своим столом на компьютере Абурхад оторвал взгляд от монитора и рассеянно кивнул вошедшему.