Пауль Локамп - Есть время жить

— Роберт, — Линас потряс меня за плечо, — заснул?

— Задумался, — я провёл рукой по лицу. Точно, чуть не заснул.

— Эти — Линас кивнул на баррикаду, — никуда не ушли. Спрятались, но слышно, как рядом с дверьми возятся.

Весело жить становится, раз морфы прятаться научились. Еще не хватает им научиться оружием пользоваться — и прости-прощай. С обычными зомби проще — слышно, как в двери скребутся, словно мыши.

— Ну что делать будем, господа разбойники? — я подошел к окну. — Док, до твоей нычки далеко?

— В следующем кабинете. В комнате отдыха. Диван. В нём две сумки, — он говорил, словно кирпичи в воду кидал — медленно, но увесисто. Впечатляет. Эх, вляпались у самой цели! Считай, пару метров не дошли, обидно. Теперь имеем геморрой в виде морфов за дверью.

— Линас, а давай им Дока отдадим, а? Он нам теперь не нужен, пока они его жрать будут, глядишь и прорвёмся. Ну и куда ты ствол тянешь, дурья твоя голова? — я усмехнулся, глядя, как Док тянется к пистолету. — Шучу!

— Айвар, вы там как, живы? — в наушнике что-то затрещало.

— Живы. Удачно зашли, Аста собирает какие-то инструменты, говорит — пригодятся. Какие планы?

— План? А нет никакого плана. Думать надо. Тебе там видно что-нибудь?

— Нет, я двери шкафом завалил, так что только в окошко можем смотреть...

Окошко, говоришь... Я подошёл к окну, открыл и выглянул наружу. Ну да, конечно. Ни тебе карнизов, по которым можно было бы пройти в соседнее помещение, ни трубы, чтобы спуститься вниз. Эка мы не подготовились... Я оглянулся и осмотрел кабинет — вот чёрт, даже вентиляции нет, что вообще ни в какие ворота не лезет. В любом приличном фильме, если герои попали в ловушку, они обязательно выбираются по шахте вентиляции, разглядывая в решётки беснующихся внизу врагов. А тут хрен тебе, а не шахта! До соседнего окна было метра два. Хм... А ведь это окно коридора, где сейчас зомби беснуются. В голове начали мелькать какие-то мысли, еще не оформившиеся в план, но ниточку я уже улавливал. Если дело выгорит, то есть шанс выбраться отсюда.

— Линас, иди сюда. Смотри, видишь соседнее окно?

— Нет, не достанем, — опять он со своим «нет». — Если ты хочешь добраться до него, то вряд ли получится. И верёвок у нас нет.

— А верёвки нам и не нужны, я туда лезть не собираюсь! Смотри, что думаю сделать...

— Нет, не дотянемся, — Линас вытянул шею, пытаясь рассмотреть соседнее окно. — Там зацепиться не за что. Могу не удержать, да и подоконник от дождя скользкий, если что — жить тебе останется семь этажей, пока лететь будешь. Может, отсюда попробуешь?

— Еще раз говорю — не полезу я туда! Надо только за ремень подержать, на отвесе у нашего окна, стекло расстреляю.

— Ну смотри, разве что, — Линас задумался. — Может, и зря я пулемёт не взял вместо этой трещотки...

— Зря, но поздно пить политически правильный Боржом, когда у пациента уже отвалилась печень. Кстати, а что с аптеками внизу будем делать? — я посмотрел на своих вынужденных «сокамерников». — При таком количестве нежити вынести аптеки не получится. Какие мысли, бояре?

— Да, по-моему, с аптеками мы пролетаем, — Док посмотрел на Линаса. — Или пробуем?

— Надо для начала отсюда выбраться, а потом про аптеки базарить, — Линас задумался, повёл плечами и добавил, — думаю, не стоит — риск большой. Главное — нычку Дока забрать и разведку провести. В аптеки можно и потом вернуться.

— Умные речи и слушать приятно, — кивнул я. — Ладно, сначала надо из кабинетов выбираться, особенно из таких, как этот.

— А что тебе в этом кабинете не нравится? — вскинулся Док. Нервный он какой-то стал.

— Да нет, ничего такого, просто больницы не люблю. Кстати, один случай вспомнился, как прошлой весной медкомиссию проходили, — я усмехнулся. — Пришло к нам в федерацию письмо из одной, не побоюсь этого слова, братской республики. Если точнее — из Латвии. Мол так и так, парни, форма «эф» дробь двадцать восемь, конечно, хорошо, но ваши соревнования — это великий соблазн пойди налево даже самым стойким и семейным людям. Засим, при предоставлении справки, просьба предоставить и справку о посещении венеролога, где вы должны пройти тесты на это, это и прочие радости. Дата, подпись. И мы, пройдя, будь они неладны, все эти квесты по коридорам больницы, через неделю дружной компанией пошли забирать результаты проверки и справки о том, что: «характер нордический, в поступках, порочащих его, участвовал, но замечен не был». Кстати, в лабораториях очередей не заметили, а к доктору пришли — очередь человек в десять, некоторые даже в полном семейном составе. Ждать, чтобы просто забрать бумажку, глупо, и мы вежливо поинтересовались, а не пропустят ли нас без очереди? Все молча кивнули, мол, валите, пока тут все добрые такие. Только один мужичок, грустно сидящий в компании своей жены, вдруг встрепенулся и бодрым голосом начал — мол, тоже не просто так сидим, а по делу... Очередь для всех одна... И тут его голосок перекрывает сержантский рык его супруги: Сиди, с-у-ука такая! — затем поворачивается к нам и эдаким нежным голосом: — Идите, ребята, идите без очереди...

Когда все нервно отсмеялись, щелкнула рация. Айвар, кто же ещё:

— Чего вы там ржёте, как лошади? Фляжку бренди уговорили? Робби, может, вам этажом ниже спуститься? Через окно. А потом повторить заход снизу.

— Угу, ща-з. Впятером еле два коридора прошли, а теперь втроём этаж пройдём? Ерунду не говори! Надо сквозь двери пострелять, это морфов немного отпугнёт, они, суки, умные, а с оставшимися мы как-нибудь разберёмся.

— Их отвлечь как-то надо, — Док кивнул на двери. — Начнём баррикаду разбирать, морфы навалятся — и трындец. Высадят дверь — гавкнуть не успеем.

— Отвлечь, говоришь... Линас, у тебя еще файер[77] есть?

— Есть. Даже не один, а два.

— Давай сюда.

Немного переделали баррикаду, чтобы при необходимости немного приоткрыть дверь, и начали. Висеть, упираясь ногами в скользкий подоконник, было неприятно, особенно когда видишь под собой по меньшей мере двадцать метров. По жилам стремительно растекался адреналин, словно я не в окне висел, а с трёх тысяч затяжным прыгал. Э-эх были времена!

— Айвар, живой?

— Живой еще.

— Слушай, сейчас мы немного шумнём, стреляем на уровне головы, через двери, они здесь хлипкие. Вы там тоже присоединяйтесь, но стреляете наискосок, из левого угла, на два часа от двери, чтобы нас не зацепить. Напротив дверей не стойте, нам еще раненых от friendly fire[78] не хватает для полного счастья. Начинай, когда услышишь выстрелы. Ушли от двери?