Имперский триатлон - Алексей Урусов
— Я же тебе впрямую запретил что-либо делать, — медленно и с шипящим присвистом проговорил дед. — Саш, что твои по Первозванову накопали? — поинтересовался он у наследника.
— Мутный парень и много непонятного, — ответил Александр Михайлович. — Но явно не прост. Тот же конь — подарок князя Окинова, а в Москве его содержат в конюшне в имении князя Анохина.
— Подожди, расшифруем информацию для недоросля, — князь махнул рукой сыну и обратился к внуку: — Ты в папиных словах должен был услышать, что в случае, если бы твой шприц сработал, то у нас были бы неприятности не с Первозвановым, а в первую очередь с дарителем князем Окиновым и с князем Анохиным, который за содержание коня отвечал. Ты хотел для нас войну с двумя не последними княжескими родами организовать?
Жора сидел, потупив голову.
— Ладно, дальше. Что ещё есть? — князь вновь кивнул сыну.
— Он простолюдин, но не из простых — был под опекой у дворян. Имеет много собственности. В том числе кирпичный завод и ресторан с гостиницей. Деревня, в которой он живёт, построена им два года назад на своей земле и на свои деньги.
— Вот такое вот «быдло деревенское», да, Жора? — ехидно спросил Михаил Николаевич у внука. И повернувшись к сыну, продолжил: — Что ещё?
— Пока всё. Собрали много, обрабатываем и анализируем. Выводы будут позже.
— Понятно, — тяжело вздохнул князь. — Рома, — обратился он к младшему сыну, — подтягивай своих юристов, выходи на контакты, нужно о вире с Первозвановым договариваться. Не понятно, как его спецназ прессовал, но даже попытка отравления коня на хорошую компенсацию тянет. И побыстрее — если в самом деле кто-то из руководства московской полиции пострадал, то к тому времени, как в свете об этом заговорят, у нас уже проект договора на руках должен быть. И в проекте должно быть учтено всё по пунктам, начиная с пренебрежения соперником в клинковом бою, и использование этого дурацкого шеврона тоже.
— По тебе Георгий, сделаем так, — продолжил князь, — я тебя на год спрячу в нашей северной столице; отсидишься, пока поутихнет эффект от твоих неуклюжих телодвижений. Там у нас тридцать нефтяных вышек, но в последнее время доходы стали падать, зарплата у работников уменьшается, быдло ропщет. Поедешь замом управляющего комплексом, присмотришься, может и найдёшь какой способ улучшить ситуацию и поднять добычу и прибыль…
— Так нет у нас вышек в Северной Столице? — удивился Георгий.
— Я тебе не про Санкт-Петербург говорю, а про нашу, семейную северную столицу, а это Нарьян-Мар, — ответил дед. — На сборы тебе два часа, иди, готовься.
Когда дверь за внуком закрылась, князь Юрьевский продолжил: — Хороший из Георгия боевик получился — бьётся умело и упорно, боль терпит, физически развит лучше любого. Так что ему прямая дорога охраной рода командовать или в армии служить. А наследником ему будет тяжеловато. Так что, Денис — ты теперь официально наследник во втором поколении. Выводы сделай. И, Саш, — соответственно, Дениса и готовь как наследника.
Глава 24
Москва. Штаб службы внешней разведки.
— Да-да, заходите, — начальник службы внешней разведки генерал-полковник Николай Николаевич Грачёв поднялся с рабочего кресла и прошёл навстречу к вошедшим в кабинет заместителю по магии генералу Григорию Николаевичу Репнину и начальнику «магической Академии-2» генерал-майору Николаю Артуровичу Гефту.
— Информацию изучил, документы пролистал; за утро что-то новое в деле о «масках-шоу» появилось? — обратился он к подчинённым.
Николай Артурович начал: — Принципиально ничего не изменилось — есть подробности, но они не существенные и общей картины не меняют.
— Ясно, — кивнул Грачёв. — Тогда не понятна позиция начальника УВД Москвы — он отказался со мной обсуждать проблему, обозвал наши действия «беспределом» и сообщил что доложил о них министру внутренних дел, а тот — императору. Звонил адъютант от государя — завтра идём в Кремль на ковёр.
Все озадаченно задумались; помолчав с минуту, Гефт предположил: — Я утром разговаривал с командиром полка спецназа. Он проявлял страстное желание ситуацию замять, понимая, что у нас вся фактура на руках. Это же подтвердил и следователь по особо важным делам, назначенный Следственным комитетом, которому мы передаём, точнее, уже передали почти все материалы дела. Но думаю, при докладах наверх командир полка ситуацию мог несколько приукрасить в свою пользу, а приукрашивание на каждой ступеньке административной лестницы привело к тому, что министр получил информацию, кардинально отличающуюся от той, которой мы владеем. Я подготовлю для государя короткую справку, приложу основные документы. Надеюсь, он нас не просто будет драть, а выслушает.
— Ну, хотел бы он нас просто построить, мог бы и по телефону всё высказать, — согласился Грачёв с Гефтом. — Так что несколько минут для доклада у нас будет. Но раз уж у нас аудиенция, может, заодно и о новых разработках доложим? Тем более, что спецназ своими неуклюжими действиями мог на это всё повлиять и у нас для государя главным аргументом будет возможный срыв разработки магических устройств в результате беззаконной акции полицейского спецназа.
— Сыроваты пока разработки, но как новые направления работы озвучить можно, и даже нужно — чтобы у государя не появилось ощущения, что мы что-то недоговариваем о своей работе в магическом направлении. Я альбомы подготовлю, — доложил Гефт. — Плюс, с последних испытаний почти смонтирован клип как магическая сила исчезает, хотя руки у заключённых уложены на ниобиево-танталово-титановые плиты. Есть ещё анимация, раскрывающая принципы действия и возможного боевого применения магических зарядов.
— Хорошо, готовьтесь. И варианты ответов на возможные вопросы государя проработайте, — согласно кивнул Грачёв.
— И ещё один момент, — Гефт развёл руки: — Думаю, для предотвращения