"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

Вашу ж собачью жизнь! Да ты издеваешься, что ли, надо мной, мегера неблагодарная?

Так-так-так. Вот же змея неугомонная.

Честно признаться процентов на пятьдесят я предполагал, что подобное может произойти, только по этой причине не стал распыляться на первого противника. Теплил надежду, что бывший смертник, хоть и малость гениальный, привлечет чуть меньше должного внимания в глазах могущественных аристократов. Однако по всей видимости Диана оказалась ближе к истине всего этого фарса.

Не знаю почему, но с ложными иллюзиями за двадцать три года надо было давным-давно прекратить. Ты должен был уяснить это с детства… Пустой.

Впрочем, Бетал всегда твердил, что надежда обязана умирать последней на закате погожего дня. Сейчас, в принципе, еще не вечер. Да и день… так себе. Значит, не считается.

— Проклятье, — выдохнул тяжело я, отрешенно наблюдая за тем, как пара чёрных утаскивает бессознательного губителя прочь из ямы. — Находясь в полном дерьме я по-прежнему продолжаю помнить твою науку, старый пень, и… твои слова.

Держи себя в руках, Дебошир…

Держи эмоции под контролем…

Даже на пороге смерти не дай им захлестнуть себя…

Зачем мне держать себя в руках? Зачем держать эмоции под контролем? Почему я вынужден сдерживать себя на пороге смерти? Тогда в холле с устранителями я так и поступил. Почему я не могу никого прикончить? Имеется ли с этого толк? Я ведь делал, как ты хотел. Поступал, как ты учил.

Ответь, Бетал… ОТВЕТЬ МНЕ! Почему ты молчишь⁈ ПОЧЕМУ⁈ Ну да что об этом может знать калека и обычный дворник из приюта? Что об этом может знать… мертвец?

Ты… не в себе, — раздался в подсознании голос. — Я это чувствую.

Настроение и без того являлось скверным, а мрачные мысли лишь усугубили расположение духа. Слова Руны я пропустил мимо ушей, продолжая подстрекать самого себя.

Откуда все эти печати во внутреннем мире? От кого мне досталась моя проклятая кровь? Знал бы кто ответ…

Уймись, обладатель, — тон девицы стал заметно тревожнее. — Если раскроешь себя, то станет только хуже…

Не тарахти, — отмахнулся мысленно я, перебивая спату. — На меня порой накатывает. Из-за такой ерунды не расклеюсь. Не для красоты тренировал клин столько лет. Когда-нибудь я разберусь во всём. Да, когда-нибудь. Однако сейчас… неведение убивает.

Не знаю, кто ты такой на самом деле, но мы сможем найти ответы на эти вопросы, – ошарашила та вдруг меня. — Я постараюсь помочь. Думаю, смогу разобраться с ограничениям или же снять их. А еще я попытаюсь понять, что именно ограничивают печати в твоем теле.

Чего⁈ Почему раньше молчала?

Мой процесс ассимиляции с твоим телом до конца не завершен. Я необычайно слаба, — спокойно отозвалась Руна. — Да ты и сам видишь в какой ситуации ныне пребываешь. Если у нас всё получится, то при помощи моей силы истребления я смогу постепенно разрушать печати с твоего внутреннего мира.

Что тебе нужно для этого?

Время и… ресурсы, пожалуй, – задумчиво изрекла девица. — Точнее огромное количество ресурсов. Ну а нынешнюю ситуацию можно обернуть в свою пользу. Боюсь у тех, кто замыслил испытать тебя, достаточно активов и средств для восхождения. Устроим им незабываемое зрелище. Продемонстрируй часть своей силы. Дай им что-нибудь для затравки. Отвлеки таким образом внимание.

Восхождение, затравка, отвлечение внимания и зрелище. Это проще простого. Ладно, будет им зрелище. Да такое, что они запомнят его надолго.

Весь диалог с Руной и извечные внутренние терзания заняли не более пары вдохов, ну а в эти секунды во внешнем дворе начали происходить существенные изменения. Небывалое оживление на стенах среди чёрных стало возрастать. Десятки воинов прямо на глазах быстро сбрасывали с себя доспехи, оставаясь совсем уж налегке.

Желающих стало гораздо больше, чем в прошлый раз.

Глаза невольно прошлись по заметно встревоженным «Осколкам» за моей спиной, затем натолкнулись на симпатичную мордашку дриады, которая раздраженно фыркнула, завидев моё внимание, а под конец пришлось обернуться к постаменту.

Как ни странно, но самым довольным из всех глав был Мараал. Хаззак по-прежнему казался беспристрастным, а вот нимфа вела себя так, словно я прошлой ночью пробрался к ней в постель и совершил нечто непотребное. Прочие же власть имущие тихо перешептывались между собой под пологом тишины и лишь бросали свои взоры в мою сторону.

Но более остальных позабавило выражение горгоны. Та хоть и выглядела, как и прежде скучающей, но теперь образовалась странная улыбка на её личике. Подобное наводило на определённые мысли.

Значит, хочешь повеселиться? Устрою тебе веселье.

Не найдя ничего лучше, я попросту изогнул губы, что ни на есть в самой обольстительной и озорной усмешке, а затем с хитрым прищуром чуть склонил голову перед Дэймоном, который на такой мой выверт загадочно хмыкнул.

Если начинать своё восхождение, то в меру с адекватными покровителями. К тому же охоту за деньгами и ресурсами никто не отменял. Из всех глав только Хаззак внушает крупицы доверия. Мараал слишком подозрительный и себе на уме. Ну а о Креамх и говорить не стоит. Боюсь за мои выкрутасы единственное, чем она пожелает наградить, так это вспоротым брюхом и перерезанной от уха до уха глоткой. Об остальных пяти главах я ничего не знаю.

Перешептывания прекратились, а могильная тишина над внешним двором образовалась именно тогда, когда сатир сделал несколько шагов вперед и остановился у самого края постамента. Несколько долгих мгновений тот блуждал пристальным взором по стенам и по разумным. По взбудораженным физиономиям становилось ясно, что они в любой момент, после отмашки Яна, готовы спрыгнуть вниз и рвануть немедля в яму по мою душу.

Глава доминирующего дома Мараал не заставил себя долго ждать.

— ТЫ! — выкрикнул он, указывая пальцем куда-то в сторону, а обозначенный воин чуть не обделался от свалившейся на него чести. — ВПЕРЕД! ИСПОЛЬЗУЙ СВОЙ ШАНС!

Навстречу своей судьбе вышеупомянутый помчался словно умалишенный. Он моментально выхватил из рук своего товарища парные сабли и ловко спикировал вниз, а затем перемахнул через край ямы и через секунду оказался в метрах пяти напротив.

Осторожные движения. Хищный взгляд. По мимике и глазам стало понятно, что истязатель сгорал от нетерпения. Черно-багровые цвета твердили о том, что он из младшего дома, которые подчиненны Хаззаку.

— Будь паинькой и попросту сдайся, — самодовольно осклабился он и дважды взмахнул саблями