Приграничье 1-13 - Павел Николаевич Корнев

Проскочив через досмотровую, на стенах которой белели листы с карандашными набросками и фотографиями находившихся в розыске преступников, мы зашли в помещение с отгороженным бронестеклом "аквариумом". Народу здесь для столь раннего времени оказалось совсем немало — в клетушке за перегородкой читал книгу дежурный колдун, за компьютером клевала носом операционистка, а двое автоматчиков подпирали стены по обе стороны от массивной бронированной двери с хромированным штурвалом.

— Документы давайте! — с раздражением глянула на Городовского девушка и включила монитор.

— Вот, — протянул Филипп ей несколько листков.

Операционистка внесла наши реквизиты в общую базу и, не дожидаясь окончания проверки, повернулась к колдуну. Отложивший книгу пожилой гимназист в вытертом на локтях свитере и вельветовых штанах уставился в хрустальный шар, сосредоточился и вяло махнул рукой:

— Порядок!

— Проходите, — разрешила девушка.

Один из солдат гарнизона, провернув несколько раз штурвал, с усилием распахнул массивную дверь, и Городовский похлопал меня по спине:

— Идите, там уже Селин встретит.

Я настороженно прошел по коридору со стенами из неоштукатуренного красного кирпича к перекрывавшим его железным воротам и, обернувшись, спросил:

— И что дальше?

— Сейчас проверят, и пойдем, — просветил меня Напалм. — Минутное дело.

— На предмет чего проверят? — захлопала глазами Марина.

— А вдруг ты контрабанду тащишь? — усмехнулся пиромант. — Ну там амулеты несертифицированные или наркоту?

— Вот еще не хватало! — фыркнула девушка.

В этот момент я почувствовал, как коридор заполняется магической энергией, а мгновенье спустя по ней, подобно хищным рыбам, начали сновать поисковые заклинания. Но наваждение почти сразу схлынуло, и вздрогнувшие створки ворот медленно разошлись в разные стороны.

Мы прошли в небольшую комнатушку, под потолком которой висел время от времени помаргивавший алхимический светильник, и сидевший в стандартном "аквариуме" колдун оторвался от лежавшего перед ним на столе хрустального шара.

— Кто тащит Л-13? — строго поинтересовался он, и скучавшие у входной двери рядовые немедленно оживились.

— У меня в лечебных целях, — обливаясь холодным потом, заявил я.

— Да? — Удивленный гимназист вновь глянул в глубь шара и кивнул: — А, ну да, есть отметка. Проходите.

Напалм хрюкнул от удивления, но промолчал. Я тяжело вздохнул и пояснил скорее даже не ему, а Марине:

— Говорю же, спину сильно потянул. В качестве обезболивающего прописали.

— До Северореченска полностью эту дрянь используй, — предупредил пиромант. — Там за такое тебя сразу и навсегда от боли избавят. Самым верным средством — петлей на шею. Спину он потянул!

Я хотел было отшутиться, но распахнувший дверь Напалм уже скрылся на улице. А там стало не до зубоскальства: накатывавшая со всех сторон магическая энергия пронзила сотнями ледяных игл, и мне с трудом удалось устоять на ногах. В голове зашумело, серость раннего утра и бескрайняя заснеженная пустошь вдруг налились нереально яркими красками, но через пару ударов сердца ясновидение подстроилось под изменившуюся обстановку и зрение пришло в норму.

Зрение пришло в норму, однако легче от этого не стало. Мороз вцепился в щеки и нос, и я немедленно пожалел, что не сообразил надеть балаклаву. На улице оказалось не просто холодно, а холодно невыносимо. Небо прояснилось, и ледяной воздух при каждом вздохе жег ноздри.

— Экомаг съесть не забудь, — предупредил Напалм Марину и достал пачку сигарет. — Это мы — кабаны, а тебе придется таблетки кушать.

— Я с утра уже выпила.

— И это правильно, — кивнул пиромант и взглядом заставил сигарету загореться.

— Завязывай с этими фокусами, если спалиться не хочешь, — одернул я его и спустился с крыльца.

— А, черт! — выругался Напалм, сообразив, что едва не прокололся. — Специально же еще зажигалку с собой взял. — И он продемонстрировал мне одноразовую пластиковую зажигалку. — Все, теперь полная конспирация!

— И куда нам? — Марина окинула взглядом запорошенные снегом ларьки Торгового пятачка, меж которых только начинали бродить вернувшиеся с ночевки в Форте хозяева. — Кто-нибудь знает?

— К видеосалону, Селин там должен быть.

— Уверен?

— Разумеется.

Скрипя промороженным снегом, я первым зашагал по тропинке и сразу понял, что долго тащить две сумки точно не смогу. В спине так и похрустывало, а под лопаткой и вовсе опять заворочалась стихшая было за ночь боль.

Но не отдавать же баул обратно Марине?! Вот ведь!

— Слушай, а чего там было-то? — нагнал меня пиромант. — Так жахнуло, до сих пор в ушах звенит!

— Где?

— Ну когда нас дружинники тормознули! Я почти не помню ничего.

— Да ничего особенного и не было, Гамлет все порешал.

— Гамлет такой, — с непонятно ехидцей выдала прислушивавшаяся к нашему разговору Марина. — Если еще б за каждой юбкой не бегал, вообще бы цены не было. Давно бы на себе женила.

— Ну а кто из нас идеален? — философски заметил я.

— А я? — немедленно откликнулась девушка. — Разве я не само совершенство?

— "Я ваше ненаглядное пособие нарядное…" — пропел пиромант и выкинул докуренную до фильтра сигарету в снег.

— Нет, ты точно когда-нибудь нарвешься, — пообещала ему Марина.

— Шевелитесь уже!

До видеосалона я еле дошел. Серьезно, еще немного — и меня самого вместе с сумками тащить бы пришлось. Да и так, ввалившись внутрь принадлежавшего Шахраю павильона, немедленно кинул баулы на пол и без сил повалился на стоявший у захламленного прилавка свободный стул.

— Привет, привет! — помахал мне устроившийся на хозяйском месте Селин и продолжил что-то записывать в лежавший перед ним блокнот, не боясь испортить зрение из-за неровного света беспрестанно моргавшего под потолком чародейского светильника.

— Ты нас вроде встретить должен был, — откашлявшись, напомнил я и стянул с головы ушанку. Щеки после мороза горели огнем, а вот волосы слиплись от пота, да и отдышаться никак толком не получалось. Совсем плохой стал…

— Дела, — отмахнулся парень. — Мы тут еще кое-что прикупить надумали…

— Очередные прожекты? — улыбнулась Марина.

— Именно, ехидная ты наша, — подтвердил Денис и, резко вскинувшись, уставился на пироманта. — Напалм, ты б поосторожней с ружьем!

— Блин, да вы все сговорились, что ли?! — возмутился тот и поставил дробовик в угол. — Сначала один, потом другой!

— Что за ствол? — обмахиваясь ушанкой, будто веером, присмотрелся я к оружию.

— "Моссберг" пятьсот девяностый.

— А чего "сайгу" не взял? Там, поди, патронов в магазин больше влезает.

— Что дали, то и взял.

— Помпу зато не заклинит. — Селин отложил блокнот и хрустнул костяшками пальцев. — Да и патронов не намного меньше помещается.

— Сколько?

— Восемь в магазин, один в патронник. И чтобы пулевой патрон на картечь поменять, магазин отщелкивать не придется.

— А! Тогда понятно.

— Никак, мальчики, игрушками своими наиграться не можете? — Марина закурила и скинула с головы капюшон. — Вы б еще пиписьками померились!

— Для кого игрушки, а для кого и орудия труда, — резонно возразил Напалм, сделал паузу и усмехнулся. — Но для