Эрин Боуман - Замерзший (ЛП)

- Он единственный шпион? - спрашивает мой отец.

- Думаю, да. По крайней мере, он - единственный человек, которого я встретил между штабом и этим местом.

- Твое имя? - спрашивает мой отец заключенного, чья кожа бледнеет, в первых лучах рассвета. Он выглядит примерно моего возраста и, возможно, так же безрассуден, потому что вместо ответа на вопрос отца, он плюет на его ботинки.

Блейн сильнее встряхивает его.

- Джексон,- пробормотал шпион Ордена. - Меня зовут Джексон.

Мой отец поднимает свое оружие.

- Ну, Джексон. Твои последние слова?

- Вы не можете убить меня.

- Это интересное предположение. Возможно, нам следует проверить это.

- О, я умру, - говорит он, хитро улыбаясь, - но об этом узнает Франк. Как только он перестанет получать от меня данные, он пошлет кого-нибудь, чтобы заменить меня. Вам лучше держать меня у себя, чтобы он думал, что я по-прежнему вас преследую.

Я нахмуриваюсь, потому что он прав. Франк внедрял датчики слежения во всех своих солдат, членов Ордена и Похищенных парней. Один был неосознанно введен под мою собственную кожу прошлым летом. Клиппер удалил его, оправдывая свое прозвище, спустя всего лишь несколько мгновений после того, как я его встретил. После того, как удалили устройство, Франк поверил, что я мертв. По крайней мере, до тех пор, пока я не бросился обратно, в Таем с Харви и Бри, на поиски вакцины.

- Я думаю, мы воспользуемся шансом. Твоя смерть даст нам фору.

- Оуэн положил палец на спусковой крючок, и лицо Джексона охватила паника.

- Ладно, стойте-стойте-стойте, - пробормотал он. - Давайте обсудим это через минуту. Я не знаю, в чем заключается ваша миссия, Орден не смог это вытащить из парня, которого мы захватили. Все, что мы знаем, что вы направляетесь на запад, так что я был послан, чтобы перехватить вас, выяснить детали вашей миссии, и в процессе этого разузнать расположение вашего штаба. Но давайте просто забудем все это на секунду, а вместо этого подумаем, как это может быть полезно - иметь при себе члена Ордена. Верно? А? - Он оглядывается в поисках одобрения. - Вы даже можете удалить мой датчик, если вы готовы дать шанс тому, кто будет послан за вами, но не убивайте меня. Ладно? Пожалуйста, только не убивайте.

Вся команда смотрит друг на друга, пораженная полной готовностью Джексона сдаться.

- Это признак слабости, - сказал Оуэн с оружием наготове, - так быстро предать своих.

- Только если вы верите, что ваша жизнь стоит меньше, чем успех миссии, - ответил шпион. - А я нет. Я ставлю свою собственную жизнь выше знания Франка, почему горстка Повстанцев отправилась в поход. Некоторые сказали бы, что самосохранение - полная противоположность слабости. - Он улыбнулся. Широко.

- Выруби его, - сказал Оуэн Блейну.

Блейн на этот раз сильнее ударил Джексона своим оружием, обрушив пленника на землю. Ксавье подбежал, чтобы связать его руки и ноги, но мой отец все еще держал свое оружие нацеленным на Блейна, и его палец был опасно близко к спусковому крючку.

- А теперь убери свое оружие в кобуру, - сказал он.

Блейн убрал, но даже теперь Оуэн не снимал его с прицела.

- Мне нужны доказательства, - сказал он, тыча стволом в направлении Блейна. - Они мне нужны или я нажму на курок.

Мой брат выглядел ошеломленным.

- Что еще я могу сказать тебе? Он подтвердил, что он из Ордена.

- Да, а теперь мне нужны доказательства, что ты тоже не с ними.

Я знаю, чем это вызвано, но это не может быть правдой. Я готов это сказать. Это Блейн - испуганный, встревоженный, разъяренный на шпиона, который хотел напасть на нас - но это он.

- Па, - говорю я, делая шаг к нему. - Это Блейн. Точно. Он упомянул, о тесте физической подготовки, и Райдера, и…

- Повстанцы обманывались Клонами и раньше. Сейчас опасное время и мы должны быть очень осторожными. - Он посмотрел на Блейна, прищурившись. - У твоего брата есть несколько шрамов. Назови их.

Блейна разбирает смешок.

- Несколько? У него их больше, чем несколько.

- Если ты действительно мой сын, ты знаешь Грея лучше, чем кто-либо еще в этом мире и этот вопрос не будет для тебя проблемой.

Блейн смотрит на меня. Его голубые глаза, единственная особенность, которая отличает нас, кажутся бесцветными в плохом освещении, так что он может сойти за мое отражение. Я ободряюще ему киваю, и он начинает перечислять шрамы. Зарубка на моем плече от промаха стрелой - его ошибка, когда мы были детьми. Линия на моей ладони от плохого владения ножом - моя вина, когда стругал. Отметина на груди от падения на неровную ветку, швы, что остались на моем подбородке от драки с Челси, линия вдоль шеи, оставшаяся после того, как Клиппер вытащил маячок.

- И на предплечье, - говорит Блейн. – Ожоги из-за пожара на городской площади Таема, которые действительно плохо зажили.

Я касаюсь руки, вспоминая свою поездку осенью в Таем. Бри стреляла в меня резиновой пулей, так чтобы мне не пришлось казнить Харви по приказу Франка, и я стоял парализованный на горящей платформе, пока Бо не затащил меня к безопасное место. Мой отец, должно быть, ждал, пока Блейн скажет об этом шраме, ждал подробного рассказа о травме, которая зажила в безопасности в Долине Расселин, вдали от глаз Ордена - потому что, он, наконец, опускает винтовку.

Оуэн отдергивает воротник куртки Блейна, открывая небольшой, тонкий шрам. Работа Клиппера, сделанная в тот же день, когда он вытащил мой следящий жучок. Потом Оуэн обхватывает руками лицо Блейна.

- Мне жаль, что я должен был допросить тебя таким образом.

Блейн подмигивает.

- Каким?

Оуэн заключает его в быстрые объятия и затем поворачивается, чтобы обратиться к остальным.

- Шпион прав. Иметь кого-то, кто прикроет нас, если мы наткнемся на Орден - это преимущество, от которого мы не можем отказаться. И его жизнь является разменной монетой для нас. Вскоре, как только мы снимем с него датчик, Франк обязательно пошлет кого-то другого на его место, поэтому давайте быстро поедим и отправимся в путь.

Группа разошлась на завтрак, а я остался наедине с Блейном, все еще не веря своим глазам.

- Ты в самом деле здесь, - сказал я.

Он улыбается мне.

- Я должен заботиться о тебе, не так ли? Ты долго без меня не протянешь.

Почти тоже самое он сказал, когда очнулся от комы. В шутку он делает это снова и снова, потому что хотя мы оба по одиночке совершенно самодостаточны, мы оба знаем, что нам лучше вместе.

- В этом весь ты, - сказал я, тяня его в свои объятия. Его руки крепкие, а объятия слабые. Когда я отстраняюсь, он выглядит опустошенным.

- Все в порядке?

- Да, просто устал. И простыл. Моя грудь горит последние несколько дней. Может быть, Райдер был прав. Может быть, я не был готов к этому.