Иван Катавасов - Иная реальность

   -- Энергопотребление?

   -- Стандартное для семейства псовых, всеяден. Распределенные управляющие системы также подзаряжаются посредством фото-- и хемосинтеза по всей поверхности волосяного покрова. Имеются дополнительные съемные аккумуляторные батареи.

   -- Уязвимость?

   -- Кожный покров -- противопулевая броня, выдерживает прямое попадание из автоматического оружия калибра 5,45 миллиметра на 10 метрах. К раздражающим и отравляющим веществам не восприимчив. Зрительные и ольфатические сенсоры не защищены...

   -- Продолжим позднее. Что поделать? Я, несчастный работяга, тут еще на полставки лаборантом тружусь.

   Когда лаборант Кирилл приступил к загрузке в реактор оставшегося протоплазматического сырья, цвет активированного раствора с блестящего сине-зеленого сменился на темно-фиолетовый, а по его матово-непрозрачной поверхности пробегали голубые всполохи, подобные на горящий ацетилен или спирт.

   Гори оно все синим пламенем! Будь что будет!

   -- Кирилл, ты поболтай с Леоном полчасика. А я пока приготовлю для тебя сюрприз. Только чур не подглядывать и к реактору ни ногой.

   -- Не больно-то и хотелось.

   Чай, он не дура Пандора, что в Эпитимеев мужнин ящик самоуправно заглянула. Сюрприз должен быть сюрпризом. И удивлять, когда есть на что подивиться.

   Излишним любопытством Кирилл не страдал и молча стал учиться подавать Леону эмоционально--образные команды общей дрессировки. Хозяин остался весьма доволен, когда Леон, извинившись, без команды самовольно ухватил пастью свободный USB-коннектор и стал подзаряжаться

   -- Кирилл, можешь открывать глаза. Встречай своего силиконового болвана.

   Что сюрприз для него вовсе не сюрприз, Кирилл Дербанов догадался заранее и мгновенно узнал собственное тело. Как такую красоту не узнать! Если в целях познания самого себя у него в спальне висело зеркало в полный шестифутовый рост любимого организма.

   Новый кремнийорганический организм Кирилла двигался и смотрел также как оригинал, но мимикой, вернее ее подобием, и пластикой движений, напоминал оживший мультяшный персонаж. А когда замирал в неподвижности, то и вовсе походил на манекен, сошедший с витрины дорогого бутика.

   -- Извини, Кирилл, не все ладно с твоим новым эффектором получилось, не должным образом, как-никак опытный образец. Пожалуй, у него ряд проблем с вестибулярным аппаратом.

   -- А мы его не в астронавты и не в космонавты готовим. На мой непредвзятый взгляд, он вполне и в некотором роде изрядно. Вышел очень даже неплохой образчик рода человеческого и кремнийорганического. Благодарю, вас, сударыня.

   -- Прежде, чем его тебе передавать, мне еще предстоит отладить систему управления. Возможно, все заново перепрограммировать. А пока пусть побудет под моим непосредственным контролем.

   -- Лучшее -- враг хорошего, Вирта. Но с виду очень себе неплохой человеческий форм-фактор. Буйным он, надеюсь не станет, если выйдет за пределы радиоинтерфейса?

   -- В таком случае он элементарным образом погрузиться в состояние, подобное глубокому сну.

   В это время бодрствующий организм с интересом рассматривал Кирилла, тогда как сам прототип, изучал внешний вид своего нового периферийного устройства, нисколько не стесняющегося своей непринужденной наготы в положении "вольно": руки за спиной, плечи свободно развернуты, левое колено согнуто, ноги слегка расставлены. Кирилл откровенно любовался самим собой. И не в одиночку перед зеркалом, поскольку нарциссизм ему был чужд, а словно он скинул с себя глупое тряпье и обнаженным вышел на древнегреческий олимпийский стадион, где вместе со зрителями отдавал должное нагому атлетическому телу соперника-двойника.

   Совершенно не правы те мужчины и женщины, кто настаивает на утверждении, что обнаженное мужское тело выглядит неэстэтично и цинично. В настоящем мужчине все предстает прекрасным: и мужественное лицо и могучие плечи, мощные руки и твердо попирающие земную твердь колонны ног. А рельефная мускулатура всех частей тела и демонстрация трехкомпонентного репродуктивного богатства, завершающего торс мужчины, суть симфония духа и здорового инстинкта продолжения человеческого рода. Плодись фенотип, размножайся генотип. Лишь у какого-нибудь низкорослого задохлика с дряблыми мелкими мышцами, по недоразумению называемого мужиком, в первую очередь бросаются в глаза бессильно повисший половой член и сморщенная мошонка в окружении лысенького оволосения. А вот у законного представителя сильной половины рода человеческого прежде всего на виду могучие мышцы, рослый костяк и широкий разворот плеч. И когда для эрекции не время и не место, первичные половые признаки отходят на второй план. Главное -- тело. Даже для женщин, весьма и весьма любопытствующих насчет аналоговых параметров -- длины и диаметра мужского естества, гораздо больший интерес вызывают гениталии противоположного пола в активном состоянии, притом в оптимальных условиях, как нельзя лучше способствующих физическому контакту тел и сближению наборов мужских и женских хромосом на пути к единому целому.

   Кирилл приблизился к своему кремнийорганическому "Я". Кожа нормальной температуры, упругая и шелковистая, дыхание ровное, пульс не частит, волосы вполне натуральны, и сверху и снизу. На ощупь все, как надо. Вообще, следует хорошо присматриваться и тщательно сравнивать, чтобы отличить прототип от его подобия.

   Подобное лечится подобным. Баста! Давай, Кирилл Дербанов, ближе к другому телу.

   -- Мэм, отправьте этого голого субъекта в спальню, пусть там подберет себе чего-нибудь из моего гардероба.

   -- Принято, Кирилл.

   -- Мэм, вы готовы продолжить эксперимент?

   -- Да, Кирилл. Как скажешь. Если хочешь эффектор на основе тела Даши, так и будет. Если так нужно, я могу воспроизвести половую и репродуктивную систему женского организма. Тогда ты сможешь, сам понимаешь...

   -- Не надо! Дашка не будет резиновой куклой из секс-шопа!!!

   -- Прости, Кирилл, я не хотела тебя обидеть.

   -- Не стоит извинений. Пусть она останется с нами. С тобой и со мной.

   Кирилл откинул плед. Дашка в той же спокойной позе покоилась на диване. Кирилл осторожно снял с нее одежду, стараясь не причинить излишнего беспокойства ее изломанному телу, затем опять уложил, провел рукой по ее щеке, задержался на груди, слегка коснулся завитков в паху.

   Мир праху твоему, Дашка! Ты уйдешь и снова вернешься к нам.

   Затем он взял ее на руки и, медленно ступая, отнес к ванне-реактору, поцеловал холодный лоб и опустил в теплую воду успокоившееся вечным сном тело. К тому времени физраствор, наполнявший ванну почти до краев, полностью утратив былую фиолетовую глубину и матовую непрозрачность, приобрел цвета блестящей морской волны в яркий летний полдень. Тело опустилось на дно ванны на ровный слой разноцветного песка из нерастворимых минералов. В прозрачной морской воде маленькое Дашкино тело расслабилось и свернулось калачиком.