Андрей Буревой - Карантин класса «Т»
— М-да, все страньше и страньше, как говаривала одна девочка… — озадаченно пробормотал я и едва слышно вопросил: — Кто же ты тогда такая, а, Эвелин Лэйн?..
Да, та еще загадка. Разгадать которую с кондачка не получится… Впрочем, возможно, все дело в том, что я просто зашел не с той стороны. Надо было обращаться не к Ивену, а сразу двигать к Свону. Он бы точно эту девчонку по голофото в столь удачном ракурсе опознал! Жаль, я удалил его, от греха подальше, из памяти комма, сразу как услышал о дочери главы службы безопасности Базы…
Постояв и поразмышляв, я все же отправил Эвелин Лэйн старый договор. Продлив его еще на восемь дней и… и оставив, по здравом размышлении, пункт с неустойкой. Да, откровенно странная девушка, но что делать? Где я еще такую дуру найду, что согласится работать в команде всего за пару кредов в день?
* * *— А, да… держи вот тоже… угощайся… — с набитым ртом проговорил я и, не оборачиваясь, протянул за спину второй питательный батончик из вытащенных — непочатый, и в этот раз, разнообразия ради, со вкусом клубники, а не шоколада.
— Ты опять не успел позавтракать?.. — после долгой паузы уточнила Эвелин, кажется, уже начавшая подозревать что-то неладное во всем этом действе, повторяющемся который день кряду.
— Ага, типа того, — с самым беспечным видом отозвался я.
Поколебавшись еще чуть, девушка забрала вкусняшку из моей протянутой назад руки, тихо произнеся по своему обыкновению:
— Спасибо…
— Да не за что, — небрежно отмахнулся я, стараясь создать впечатление, что все происходящее в порядке вещей.
Пока прокатывает. Видимо, потому, что моя напарница никак не догадается во время пребывания на Базе пробить стоимость высокоэнергетических батончиков, вытащенных из офицерских пайков. А они по двенадцать — пятнадцать кредов за штуку идут, в зависимости от вкуса…
«Одни нецелевые расходы, можно сказать», — мысленно вздохнул я, слыша, как девушка зашелестела надорванной упаковкой. А по-другому никак… Учитывая все, что удалось выяснить о загадочной Эвелин Лэйн.
Да, тут я сам себя наказал, что называется… Если бы тупо проигнорировал таинственный ореол вокруг этой девчонки, просто попользовался ею эти восемь дней, которые она согласилась работать в команде, а затем, после появления Пита Форсайта, незамедлительно избавился от нее, как поначалу намеревался, то и подобных сложностей не было бы… Хотя кто знал, что мое расследование приведет к такому результату?
Впрочем, если здраво рассуждать, то возможность соскочить с этой темы у меня имелась. В тот момент, когда прозвенел первый тревожный звоночек, то есть на третий день нашего с Эвелин компаньонства, когда она вечером, после сдачи добытого металла, помявшись, смущенно спросила:
— А можно я буду ждать тебя завтра за воротами Базы, а не перед ними?..
— Это где, у подъемника, что ли? — спросил я, искренне недоумевая, что это ей за блажь такая в голову взбрела.
— Ну, или там, или вообще на въезде в город… — ответила она.
— Да как пожелаешь, — пожал я плечами, не увидев проблемы в изменении места нашей встречи. К тому же меня не на шутку заинтриговало, зачем Эвелин это понадобилось.
Назавтра контрольно-досмотровый пункт на выезде с Базы я проходил в одиночку. Напарницы моей не было. Видимо, из-за этого всю дорогу к поверхности меня не оставляло ощущение какого-то подвоха… Которое развеялось без следа, когда, выехав с подземной стоянки, я увидел стоящую у стены одинокую фигурку в обтягивающем черно-белом комбезе.
Я остановил «блоху», открыл левую пассажирскую дверь, и Эвелин как ни в чем не бывало забралась внутрь. Сразу же разложила свою винтовку и полезла в орудийную башенку.
На следующий день история повторилась. И у меня невольно забрезжило прозрение по поводу причины, по которой Эвелин попросила подбирать ее здесь, а не на самой Базе: девушка, похоже, на ней просто не живет! Устроилась где-то неподалеку в городе и ночует там!
Против этой догадки у меня не нашлось что возразить. Реально такое вполне возможно. К примеру, если Лэйн вообще нездешняя и у нее недостаточно наличных денег и связей, чтобы обзавестись нормальным жильем под куполом. Вариант же, доступный по ценам даже тем, кто сидит на мели, — сектор «D» я бы и сам рассматривать не стал, тем более на месте столь сексуально привлекательной девушки, как Эвелин. Такая отпадная девчонка, на стройную фигурку которой неизменно заглядываются все встреченные представители мужского рода, зачастую не скрывая возникшего интимного интереса, немедля привлечет внимание всех обитающих в секторе «D» уродов, коих там в избытке, и они не будут церемониться, пытаясь сделать ее доступной для себя… А от всех не отстреляешься…
Да, по меньшей мере странно, что девушка в столь качественной экипировке и с таким серьезным стволом не может приобрести жилмодуль хотя бы в секторе «C» и вынуждена ютиться в покинутом и неуютном, особенно ночью, городе. Но… но в жизни всякое бывает. По себе сужу…
Вот тут-то мне и следовало остановиться в своем расследовании. Остановиться и забить на попытки разузнать что-то еще об Эвелин Лэйн. Но меня все это только раззадорило еще больше.
Во время следующего выезда на резку металла я предпринял попытку разговорить напарницу. Пусть она, попытка эта, и привела к достаточно неожиданному результату. А именно — заставила меня проникнуться определенным расположением к Эвелин. Ведь когда я начал задавать ей наводящие вопросы о том, с какой она Базы вообще к нам заявилась и кто ее родители, девушка после долгого молчания наконец промямлила, кажется, борясь со спазмами в горле:
— Я… Мне… сложно об этом говорить… — А потом прошептала сдавленно: — Я сирота…
— Недавно потеряла семью? — понимающе протянул я, почувствовав себя в этот момент достаточно неловко. И попытался приободрить девушку, которая совсем уж повесила голову: — Ничего, время пройдет — полегче будет… поверь… — Криво-криво усмехнувшись, я едва слышно вздохнул: — Сам подобное пережил…
И не стал больше донимать Эвелин расспросами. Ну зачем лезть к человеку в истерзанную душу немытыми лапами, бередить недавние раны? По большому счету мне нет никакой необходимости знать что-то сверх известного о своей спутнице, учитывая ожидаемую краткосрочность нашего с ней сотрудничества.
Определенным сочувствием к Лэйн я проникся в итоге, да. Но и только! И возможность соскочить с этой темы у меня еще имелась. До вечера того же дня… когда я, едва отъехав от лавки «Всякая всячина», куда Эвелин вновь попросила ее подбросить, лихо развернулся на перекрестке и вернулся назад. «Блоху» остановил у входа и тихонечко зашел следом за девушкой, недавно скрывшейся внутри, с целью выяснить наконец, что же она тут делает.