Майкл Стэкпол - Цена риска

— Похоже, это какая-то супергероиня. — Тормано пришел в себя, и его мозги заработали с лихорадочной быстротой, выстраивая новые схемы и планы. Он уже прокручивал в голове десятки сценариев, основу которых составляли только два события.

Первое — грубый отказ Кая от предложения Тормано.

Второе событие вытекало из подслушанного Тормано разговора между Каем и Ву Дэнь Танем. «Мой племянник, — размышлял Тормано, — утверждал, что у него нет детей». Однако одного взгляда на появившегося на экране головидеопроигрывателя малыша было достаточно, чтобы безошибочно определить, кто его отец.

Просмотрев передачу, Тормано чуть не прослезился от счастья и умиления. Он ласково посмотрел на Нэнси.

— Это, конечно, не супергероиня, — поправился он, — но женщина действительно замечательная. Я хочу пригласить ее к себе и наградить за мужественный поступок. Пошлите ей приглашение и поселите ее в моем имении на Экуатусе.

— Как прикажете, мой лорд.

— И помните, Нэнси, Каю об этом ни слова, пусть ее приезд будет для него сюрпризом. Она улыбнулась:

— Если это его сын, Кай будет очень рад.

— И мы с тобой доставим ему такую радость. — На губах Тормано заиграла зловещая улыбка. — Но только в том случае, если он будет умницей и станет делать то, что мы ему скажем.

Солярис, Солярис-7, Маршрут Тамаринд. Федеративное Содружество 8 апреля 3056 г.

Герцог Риан сидел в своем офисе в окружении помощников и заразительно смеялся, слушая подробный доклад Ханау о лихорадочных действиях принца Виктора на Острове Скаи.

— Браво, Виктор, браво, просто прекрасно! Ханау хмуро посмотрел на герцога и взволнованно произнес:

— Мой лорд, но принятые Виктором мероприятия значительно снизили активность повстанцев, среди верных нам войск только одно подразделение на Скае еще более или менее лояльно по отношению к вам. Виктор свел на нет все наши усилия. Своей федерализацией подразделений милиции он отнял у нас все возможности действовать, теперь все наши попытки ввести войска Ричарда Штайнера с других планет Ская превращаются в навязывание гражданской войны, а этого не допустит само население.

Риан вытянул руки, останавливая разгорячившегося помощника:

— Я понимаю вашу тревогу, но умоляю вас, не волнуйтесь, все идет так, как надо. Ричард нам сейчас совсем не нужен.

— Но если Ричард будет сидеть и ничего не делать, тогда Гленгарри останется в руках этого дэвионовского выкормыша.

Риан пожал плечами, изображая полное безразличие:

— Он чрезмерно честолюбив, но безнадежно глуп. Если ему удастся выбить планету из рук Карлайла, то для того, чтобы ее удержать в своих руках, ему потребуются провиант, вооружение, боеприпасы, одежда, наконец. А где он все это возьмет? Кто ему все это даст? Никто! И он неизбежно обратится к нам, а мы решим, что с ним делать. Если же его попытка завладеть планетой кончится провалом, мы объявим его опасным потенциальным врагом и вместе со всеми возрадуемся тому, что он получил по заслугам. Я надеюсь, господин Ханау, что вы поняли, почему мы не будем помогать ему именно сейчас, в данный момент. Поняли? — Ханау утвердительно кивнул. — И правильно сделали, дорогой Ханау. Наше время еще не пришло, давайте немного подождем, если вы, конечно, не против. Ханау смущенно улыбнулся:

— Я все отлично понял, мой лорд, и согласен подождать. Я так волновался, потому что думал, вам будет очень неприятна моя новость и вы предпримете соответствующие шаги.

— Все, что сейчас делает Виктор, это для нас буря в стакане воды. Уровень недовольства все равно достаточно высок, и мы сможем легко и непринужденно завершить наши планы. Я не говорю уже о том, что насыщение товарами играет на руку нам больше, чем Виктору. К сожалению, люди привыкают к изобилию очень быстро, а запасы Виктора не беспредельны. Когда-нибудь, а я думаю, что довольно скоро, ему придется снова посадить население на голодный паек. Вот тогда-то, милый Ханау, вы и увидите, как трудно людям от изобилия снова возвращаться к нищете. Виктор не понимает, что своими действиями он провоцирует будущее активное недовольство народа.

— То есть мы будем ждать? — переспросил Ханау.

— Да, — ответил Риан, — но не все, кое-кто из нас будет действовать. — Он повернулся к Ньюмарку. — Вы приступите к выполнению плана «Устрица Три Окно» немедленно. Не возражаю против приписки «Объект Неподвижен», но предпочел бы, чтобы вы обошлись без этого.

Расалхагский беженец кивнул:

— Я так понимаю, что вы хотели бы видеть результат накануне битвы?

— Да, это время предпочтительно. — Видя на лице Ханау изумление, Риан улыбнулся. — Вам, дорогой Ханау, об этом лучше ничего не знать.

Ханау согласно кивнул:

— Чем меньше знаешь, тем крепче спишь.

— Вы совершенно правы. — Риан сложил ладони. — Ну что ж, мы славно поработали. Ричард находится в полном бездействии, а Виктор Дэвион начинает расплачиваться за свою наглость, — произнес на прощанье Риан и отпустил своих помощников.

Свен Ньюмарк вышел из кабинета с твердым намерением сейчас же отправить секретное послание и запустить в действие план «Устрица Три Окно». Название плана было шифром, составленным из трех частей. Две из них можно было понять, если воспользоваться той же ссылкой, которой пользовались Риан, Свен и координатор милиции Свободного Ская, которому и предназначалось все послание. Слово «окно» служило командой и обозначало, что Риану требовалось визуальное подтверждение результатов операции. Это было необходимо для возможной последующей передачи материалов в средства массовой информации. Если бы вместо этого слова стояло слово «замок», то это обозначало бы, что подтверждение нужно только Риану. Отсутствие третьего слова говорило о том, что никаких подтверждений о результатах операции не нужно. В посылаемых шифровках на третьем месте часто стояло слово «гроб», означающее, что вся операция и ее последствия должны храниться в строгом секрете. Были и слова, содержащие информацию о том, на кого нужно свалить ответственность за проводимую операцию, но в данном случае такого слова не требовалось, так как виновник будет очевиден.

Слово «три» обозначало, что операция нацелена против Питера Дэвиона. Каждый из детей Мелиссы получил в кругу Риана свой порядковый номер, правда, герцог часто называл Виктора «капрал», намекая на его низкий, как у Наполеона, рост. Послание отправлялось на Лион, где в настоящее время находился Питер, а проводить операцию должен был один из тайных сторонников милиции Свободного Ская.

Слово «устрица» в шифровках было самым простым, оно обозначало, что операция эта обычного типа, не требует особой подготовки, однако при всей своей рутинности она может иметь неожиданные и далеко идущие последствия. Риан сам определил число операций типа «устрица», которые следует регулярно проводить с Питером, и во всех них основу составлял невыдержанный, вспыльчивый характер младшего брата Виктора. Питер фанатически не терпел обид или угроз в адрес своей семьи, и хотя во время инцидента в баре он повел себя весьма находчиво и благоразумно, в сообщении, присланном после взрыва бомбы в школе, говорилось, что он снова потерял контроль над собой.