Оливер Боуден - Assassins Creed. Откровения

– Немедленно дай ему знать! – приказал командир своему подручному, после чего крикнул во весь голос: – Ассасины братства Аббаса! Ко мне!

Альтаир стоял, спокойно оценивая свои возможности.

– Наставник! Мы здесь, – послышался знакомый голос.

Повернувшись, он увидел Джемаля и Терагани. Они привели с собой полдюжины собратьев.

– Мы не сумели вовремя спрятать тела тех двоих, – торопливо объяснил Джемаль. – Кстати, ты убил самых жестоких. Они не признавали никого, кроме Аббаса. Мы привели подкрепление. И это только начало.

– Прекрасное начало, – улыбнулся Альтаир.

Джемаль тоже улыбнулся. Ассасины из его маленького отряда почти одновременно откинули капюшоны своих плащей.

– Надо бы рот ему заткнуть, – кивнул Терагани в сторону разглагольствующего капитана.

– Позволь мне, – попросил Альтаир. – А то я давно не упражнялся.

Судя по всему, и те двое, и этот были из наемников, которыми окружил себя Аббас. За то время, пока Альтаир разговаривал со своими товарищами, к командиру сбежалось несколько верных ему солдат.

– Вот он! – вопил командир. – Убейте его! Убейте всех предателей!

– Прежде чем действовать, подумай, – посоветовал ему Альтаир. – Каждое действие имеет свои последствия.

– Ах ты, жалкий старец! Сейчас ты сдохнешь!

– Мы могли бы сохранить тебе жизнь, друг, – с прежним спокойствием сказал ему Альтаир.

Его новые соратники вышли на освещенное место.

– Я тебе не друг, старый ты пес, – огрызнулся командир.

Взмахнув мечом, он бросился на Альтаира, рассчитывая застать его врасплох.

Но Наставника, хотя он действительно был стар, этот маневр не испугал. Сражение было недолгим и кровавым. Командир и большинство его солдат нашли свою смерть возле ворот.

– Идемте со мной к башне Аббаса, – крикнул Альтаир. – И прошу вас: не проливайте больше кровь без крайней необходимости. Помните Кодекс ассасина.

Но теперь в воротах стоял еще один командир. Он был в черном плаще с темно-серым капюшоном. Плащ был перетянут поясом, на пряжке которого поблескивала эмблема ассасинов. Альтаир мысленно прикинул его возраст: лет пятьдесят, если не больше.

– Альтаир ибн Ла-Ахад, – твердым голосом произнес он. Судя по голосу, он был человеком смелым. – Двадцать лет прошло с тех пор, как мы в последний раз видели тебя в стенах Масиафа. Эти двадцать лет оказались благосклоннее к твоему лицу, нежели к нашему одряхлевшему братству… Аббас часто рассказывал нам истории… Про высокомерного Альтаира. Про Альтаира-обманщика. Про Альтаира-предателя. Но я никогда не верил его россказням. Я счастлив, что снова вижу перед собой Наставника Альтаира, и смиренно склоняю голову.

Он шагнул к Альтаиру и протянул руку. Альтаир крепко пожал ее в манере, принятой у римлян. За спиной командира виднелись солдаты, разделявшие его убеждения.

– Сейчас нам, как никогда, нужна мудрость великого Наставника.

Командир обернулся к своим и торжественно произнес:

– Наш Наставник вернулся!

Солдаты убрали мечи в ножны и откинули капюшоны плащей. Возросшая армия Альтаира направилась к башне Аббаса – черному утесу, проступавшему в темноте.

Они успели пройти совсем немного, когда навстречу им вышел Аббас. Его сопровождал отряд наемников. Лицо лженаставника оставалось узнаваемым, но и он превратился в старика со впалыми глазами и морщинистыми щеками. Власть не принесла Аббасу уверенности. В его глазах Альтаир сразу заметил испуг.

– Убейте его! – заорал Аббас. – Немедленно убейте!

Солдаты нерешительно переминались с ноги на ногу.

– Чего вы ждете? – дрожащим от напряжения голосом спросил самозванец.

Однако солдаты не двигались с места. Они переглядывались и смотрели на тех, кто принял сторону Альтаира.

– Дурни! Он вас околдовал!

И опять ничего. Взглянув на солдат, Аббас сердито плюнул и скрылся в башне.

Альтаир привык видеть ассасинов, противостоящих врагам. Противостояние между собратьями было тягостным. В этой напряженной тишине старый ассасин поднял левую руку с отсутствующим безымянным пальцем.

– Здесь нет никакого колдовства, – сказал он. – Никакой магии. Поступайте так, как подсказывает вам совесть. В Масиафе слишком долго правила смерть. А ведь у нас есть много настоящих врагов, и потому нам недопустимо воевать между собой.

Одна из недавних защитниц Аббаса сбросила капюшон, подошла к Альтаиру и опустилась на колени.

– С возвращением, Наставник, – сказала она.

К ней присоединилась другая женщина:

– Добро пожаловать домой.

Потом и третья, сказавшая:

– Я буду сражаться за тебя. За братство.

Пример троих женщин вдохновил многих. Ассасины приветствовали Альтаира, как родного отца, которого уже не чаяли увидеть. Они обнимали собратьев, с которыми еще недавно чуть не оказались по разные стороны. Лишь горстка приверженцев Аббаса, бормоча проклятия, отступила вслед за ним в башню.

Вскоре туда же повел своих сторонников и Альтаир. Они добрались до большого зала. Дальше начиналась лестница, на верху которой стоял Аббас, окруженный верными ему ассасинами. На галерее замерли лучники и копьеносцы.

Альтаир спокойно смотрел на них. Под его взглядом наемники дрогнули, но никто из них не покинул лженаставника.

– Аббас, вели своим людям сложить оружие, – приказал Альтаир.

– Никогда. Я защищаю Масиаф. Разве ты не сделал бы то же самое?

– Аббас, ты извратил все, на чем зиждилось братство. Все, чего мы когда-то достигли, твое правление превратило в развалины. Ты пожертвовал всем ради своей злобы и ненависти.

– И ты тоже, – бросил ему Аббас. – Ты потратил не один десяток лет, пялясь на это проклятое Яблоко и мечтая только о собственной славе.

Альтаир сделал шаг вперед. И сейчас же двое копьеносцев Аббаса выступили ему навстречу с оружием наперевес.

– В одном, Аббас, ты прав. Благодаря Яблоку я многое узнал и многому научился. Я узнал о жизни и смерти, о прошлом и будущем… Мой давний товарищ, как бы я ни сожалел, но вынужден применить против тебя одно из средств, о котором я тоже узнал от Яблока. Как я вижу, ничем иным тебя не остановить. Ты ни за что не согласишься измениться и увидеть свет, который и сейчас еще тебе доступен.

– Убейте предателей! – закричал Аббас. – Убейте всех, а их тела свалите в навозную кучу!

Верные Аббасу люди ощетинились, но атаковать не решались. Альтаир знал: повернуть назад уже невозможно. Он выдвинул пистолет, прицелился и выстрелил в человека, который семьдесят лет назад, пусть и недолго, был его лучшим другом.

От удара пули Аббас зашатался. На его иссохшем лице отразилось удивление. Он еще не верил в случившееся. Аббас глотал воздух, силясь устоять на ногах. Он отчаянно размахивал руками, но подмога не приходила.