Андрей Земляной - Крылья Родины

Завозившись до вечера, он остался на ночь, а с утра началась подготовка к принятию присяги новыми гражданами России. Анатолий не один час потратил, чтобы объяснить, что именно изменится в статусе новых членов общества, но сами нигронцы восприняли это скорее с облегчением. Кое-кто уже получил предложение занять места в исследовательских коллективах и в Вооруженных силах, а кто-то, как Сайна, хотел заниматься искусством. На торжественный ужин приехало очень много народа. Всем новым российским гражданам дарили подарки, а Анатолий вручил каждому из своих «крестников» роскошный комбинезон с подогревом, теплые сапоги, а трем малышам еще и по большому игровому планшету. На этом торжественная часть закончилась, и присутствующие начали собираться мелкими группами по интересам.

С трудом отбившись от очередной попытки нескольких нигронок затащить его в постель, Барков сел в свой самолет и уже через десять минут был на подмосковном аэродроме, откуда наземным транспортом метнулся сначала по магазинам, а потом, отягощенный подарками, поехал в дом, где его уже ждали.

Из сладких грез в объятиях двух красавиц его вырвал звонок комма.

— Ну вот, кому не спится. — Он нащупал на тумбочке коммуникатор и, не открывая глаз, нажал кнопку «ответ».

— Разлагаешься? — голос у Воропаева был донельзя ехидный.

— Наоборот. — Барков мгновенно стряхнул сонную одурь и стал торопливо одеваться. — Поддерживаю всеми силами высокую репутацию Воздушного флота.

— А ну-ка подсунь приборчик под ухо рыжей.

— Сейчас. — Анатолий переключил на громкую связь и аккуратно, чтобы не разбудить, приложил коммуникатор к голове Елены.

— Лейтенант Егорова!

Девушка, еще мгновение назад пребывавшая в сладком полусне, взвилась с кровати, подскочив почти на метр в воздух.

— Накормить героя и посадить в машину!

— Слушаюсь! — выпалила Лена, глядя вытаращенными глазами в пространство. Потом рывком сдернула одеяло с подруги. — Подъем, тревога!

— Да встаю уже. — Широко зевнув, Светлана встала, пятерней убрала растрепанные волосы с лица и, проморгавшись, нашла сонным взглядом Баркова. — Кофе, бутерброды?

— И поцелуй на прощание. — Анатолий с улыбкой смотрел на обнаженное тело девушки.

— Хоть бы отвернулся, охальник. — Лена, уже надевшая тонкий шелковый халат, прошмыгнула мимо, успев по дороге отвесить шутливый подзатыльник Анатолию.

— Э, у меня голова, между прочим, самое ценное место! — возмутился Барков. — Я им ем и иногда думаю.

— Самое ценное место у тебя в другом месте, — безапелляционно заявила Светлана и скрылась в ванной комнате.

— И думаешь ты именно им, — донеслось из кухни. — Хотя и неплохо.

Выйдя в прохладное сентябрьское утро, Анатолий оглянулся. Тяжелой «Веги», которая входила в парк штаба ВВС, нигде не было, а возле подъезда стоял лишь чей-то лимузин.

— Товарищ Барков? — Дверь машины отъехала назад, открывая внутренности машины и сидящего там офицера.

— Да. — Анатолий заглянул внутрь.

— Садитесь. Меня прислал за вами Алексей Егорыч.

Машина, тяжело скрипнув подвеской, развернулась во дворе и, быстро набрав скорость, выскочила на трассу.

— А куда едем, товарищ майор?

— С вами хотят поговорить. — Майор успокаивающе кивнул и открыл створки бара. — Сок, минералку?

Кто именно с ним хочет поговорить, Барков понял, когда, проскочив по Знаменке, машина въехала в Кремль.

Пройдя через несколько постов охраны, пилот вместе с сопровождающим поднялся на второй этаж Сенатского дворца и остановился у монументальных дверей.

Майор внимательно посмотрел на Баркова, словно проверяя готовность к встрече с первым лицом государства, и отошел в сторону. Через секунду двери распахнулись, и капитан шагнул вперед.

Рабочий кабинет председателя ГКО не отличался ни роскошью, ни размерами. Не успел капитан оглядеться, как в комнату вошел Тарасов.

— Садись. — Он кивнул в сторону кресла и занял свое место. — Давно хотел познакомиться поближе, да все времени не было. — Генерал улыбнулся. — Есть хочешь?

— Нет, товарищ председатель Комитета обороны. Я позавтракал.

— Много теряешь. — Тарасов неожиданно подмигнул. — Здесь замечательно готовят.

Тарасов интересовался всем. Хорошо ли кормят на борту «России» и как организован быт летчиков, как они летают и даже каковы планы Анатолия на послевоенное время. И если по поводу всего предыдущего у Баркова был ясный и четкий ответ, то тут он замялся, не зная, что сказать.

— Ну, когда еще в небе спокойно будет. — Анатолий задумался. — Если вокруг такие друзья, я имею в виду евров и прочих, никаких врагов не нужно. В восемнадцатом едва-едва удержались от бойни, и то потому, что у нас палец на крючке плясал вовсю. Так что буду летать, пока погонами к земле не придавят. Да и потом тоже летать буду. Вон генерал Зорин до сих пор за штурвалом сидит.

— Этот Зорин меня скоро до инфаркта доведет, — проворчал Тарасов. — Крайний раз сам повел авиагруппу. Хорошо, что ума хватило в свалку не соваться.

— Так отбери у нас небо, что останется? — Анатолий развел руками.

— Молодые пусть летают. — Генерал вздохнул. — Если все военачальники будут в атаку ходить, то армией очень скоро будут командовать недоучки. А хороший командир — продукт штучный. Его на конвейере, как сержанта или даже лейтенанта, не сделаешь.

Из Кремля Барков вышел через два часа, так и не поняв, чего от него хотел руководитель страны. А как раз в это время председатель ГКО разговаривал по спецсвязи с начальником ГРУ вице-адмиралом Воропаевым.

— Да, Алексей Егорыч. Пообщался. Готовь документы, я подпишу… В смысле? Почему не делается? Я не могу назначить командира полка? Ну так пусть будет. И все, не парь меня этой фигней. — Тарасов хлопнул тяжелой ладонью по столу. — Сам просил подумать и разобраться. Вот я и разобрался. А если кто из начальничков будет пыхтеть по этому поводу, то я сразу найду ему место на гражданке или еще где. Россия большая, и интересных мест у нас хватает.

Командующему 8-м региональным управлением полиции генерал-комиссару Джону Трево

Во исполнение приказа командующего объединенными полицейскими силами ЕАС всем подразделениям ПЖК 205–212 обеспечить соблюдение усиленного режима. Подразделениям зоны 208, кроме того, оказывать помощь и поддержку выделенным армейским частям в наведении порядка, поддерживать режим информационной блокады Комплекса и способствовать скорейшему поиску и изоляции радикальных элементов.