Алан Фостер - Призыв к оружию
– Мы обещаем, – сказал Т’вар.
«Как будто мы можем поступить как-то иначе!» – возмутился про себя с’ван.
Удивительная подозрительность и предубеждённость. Что это? Причудливая особенность характера единичного индивида или болезнь расы? После этого разговора с’ван больше чем когда-либо хотел подвергнуть землянина сложному обследованию.
Землянин остался в восторге от внутренней обстановки и внешней грандиозности экспедиционного корабля, хотя от представителя цивилизации, ещё не вышедшей на настоящие космические просторы, можно было ожидать и большего. Создавалось такое впечатление, что он поражён лишь самим кораблём, а не фактом его существования.
Кальдак завёл специальный банк данных, помеченный одним словом:
«ЗЕМЛЯНЕ».
Члены команды сторонились по стенам и с любопытством глазели на аборигена, когда его водили на экскурсию по кораблю. Наконец они дошли до того помещения, где было намечено провести более глубокое обследование организма землянина. Уилл увидел посреди комнаты низкое, но довольно комфортабельное кресло. Он ожидал, что придётся ложиться на такую же жестковатую платформу, что и на борту челнока. Кресло было обито чем-то мягким, от этого выглядело неофициально и казалось едва ли не по-домашнему уютным.
– Насколько я понял, опять станете щупать меня? – спросил он, уже начиная расстёгивать рубашку. – Хотите, чтоб я снова разделся?
– Нет, это совсем не обязательно, – шипяще проговорила помощник руководителя по медицине. Уилл улыбнулся.
Эта комната как-то настраивала на добрый лад, убаюкивала что ли. Он чувствовал себя здесь гораздо увереннее и спокойнее в сравнении с импровизированной операционной на челноке. Он взобрался на это огромное мягкое кресло, которое могло бы вместить по меньшей мере двух человек, закинул руки за голову и расслабился.
Кальдак пригласил наблюдать за ходом проведения обследования Соливик и Т’вара. З’мам находился на вахте – на нём лежала ответственность за управление кораблём и работу экипажа. Все они собрались в небольшой наблюдательной комнате, которая располагалась над залом, где было назначено обследование, и соединялась с ним стеклянной стеной, через которую всё было отлично видно.
Соливик, как и всегда, говорила прямо и откровенно:
– Что за забавные создания! Впрочем, не смешнее с’ванов.
– Спасибо на добром слове, – сухо отозвался Т’вар.
– Вы только поглядите! Как нелепо смотрится тот клочок волос на черепе! А больше их нигде нет? Невозможно поверить! Какой абсурд! А глаза… Они не больше, чем у лепара. Плоское лицо… Беспомощные зубы… Признаю за ним хорошо развитую мускулатуру, но в остальном – весьма убого.
– Она повернулась к Кальдаку. – Как вы думаете, какая у него будет реакция на сканирование?
– Не знаю, – ответил командир, который стоял почти у самого стекла. – И никто не знает. Руководитель по медицине полагает, что объективные, незамутнённые результаты можно будет получить только в том случае, если землянину не сообщать о том, что сейчас с ним будет происходить. Так что он ничего сам не ведает. Не уверен, что мне это нравится, но я не стал спорить с медиками. Предпочитаю не совать свой нос в те дела, в которых ничего не смыслю. Кстати, у помощника руководителя по медицине тоже имеются кое-какие оговорки, которые она почему-то не может нам объяснить. Впрочем, боюсь, она не может их объяснить даже самой себе. Меня её колебания интересуют гораздо больше, чем мотивы, их вызвавшие. Мозговое сканирование являлось методом, который позволял учёным Узора подвергать пациентов воздействию, схожему с внушением амплитуров. Разработка этого метода считалась триумфом науки и медицины Узора. Ведь за всю историю конфликта Узора с народами Назначения случаи пленения живых представителей расы амплитуров были практически единичными. А изучение таких пленников было по-настоящему опасным и рискованным делом. Оно проводилось на расстоянии вне досягаемости импульсов внушения для того, чтобы обезопасить медиков и учёных. Хотя всегда был риск переступить случайно невидимую черту, и тогда…
Основную часть информации об амплитурах и их удивительной телепатической способности учёные Узора почерпнули из общения с теми, кто в своё время попал в план к врагу, был подчинён ему и отпущен к своим в пропагандистских целях. Бедняги теряли всякую способность к независимому, самостоятельному мышлению после «общения» с представителями Амплитура. Всем было ясно, какое значение могло бы иметь создание технологии, обеспечивающей экранную защиту от влияния врага. Учёные бились над этой проблемой сотни лет, без очевидных успехов, движимые больше надеждой, чем уверенностью. Если бы подобный метод защиты был открыт, это коренным образом изменило бы обстановку в той части галактики, которая столетиями, по сути, находилась на военном положении.
Соливик показала рукой на испытательный зал.
– Кажется, начинается. Землянину что-то не нравится, по-моему…
И в самом деле они видели, что землянин протестует против того, чтобы на него натянули сканирующую сетку. Медики растерялись. До наблюдательной комнаты доносились ругательства аборигена.
– Похоже, я должен вмешаться, – сказал Т’вар и откланялся.
Спустя несколько секунд командир и его первый заместитель увидали, как с’ван бодро вошёл в испытательный зал и сразу же направился к креслу, на котором сидел землянин. Остановившись рядом с вейс и временами поглядывая на неё, он стал разговаривать с аборигеном. Наконец, тот покорно опустил руки и кивнул головой. С’ван сделал знак медикам, которые с опаской вновь стали приближаться к испытуемому. Им удалось-таки натянуть ему на голову требуемую сетку, хотя землянин по инерции и продолжал слабо упираться.
– Удивляюсь скрытности помощника руководителя по медицине, – сказала Соливик, стоя у стеклянной стены. – Обычно у гивистамов все их переживания отражены на лицах.
Похоже, её тревожит спешка, в которой проходит обследование. Но у нас нет выхода. Амплитур ведь не объявит временного перемирия, чтобы дать нам возможность без помех закончить изучение этой расы.
– Не понимаю, чего тут можно опасаться? Какая ценность в этом существе? Из того, что я видела уже и слышала, могу сделать один-единственный вывод: эта раса едва-едва цивилизованна.
– Просто их трудно классифицировать. Как и их планету. Но утверждать сейчас, что они бесполезны в качестве союзников, по меньшей мере преждевременно. Помощник руководителя по медицине, разумеется, имеет право высказывать иное мнение, но насколько я понял, среди своих коллег она в меньшинстве.